Предназначение - Ирен Блейк

Утро наступило как всегда неожиданно. Казалось, я только уснула, а тут вставай. Ранний подъём - моя слабость. Пока я тёрла и разлепляла заспанные глаза, Кристина и её команда девчонок, кстати, тоже таких же высоких и надменных, уже успели одеться и застелить постель. Они хихикали и переглядывались, глядя на меня и сонную Юлиану.

- Юлька вставай! - сказала я и потрясла девчонку за плечо. Она лишь перевернулась на другой бок, что-то недовольно промычав. Я потрясла её сильнее, но Юля не просыпалась. Мне хотелось громко закричать или принести холодной воды, чтобы плеснуть ей в лицо. Этому жестокому способу научил меня Сигизмунд. Мера была действенной и всегда срабатывала. Проверено горьким опытом на себе. Я потянулась к бутылке с минералкой, стоящей на тумбочке. Внезапно появилась мисс Симмонс. Она неслышно подкралась ко мне сзади и сказала:

-Дженсен, уже все давно собрались, беги на зарядку, а мисс Крайек я сама научу дисциплине.

Я ушла, зная, что ничем не смогу помочь.

Стадион был большим и зелёным. Построенные в ряд стояли мальчишки, среди них были мои братья. Бен, как только меня увидел, то сразу замахал мне рукой. Я помахала ему в ответ. Фитч погрозил ему пальцем, жестом говоря не отвлекаться. Девчонки смело разглядывали ребят. Кто-то хихикал. Все ждали мисс Симмонс.

Её появление принесло тишину. Юлиана, пришедшая с тренершой, выглядела бледной и поникшей. У Аманды глаза торжествовали злобой, горевшей в них.

Мне стало зябко, когда я встретилась с ней взглядом. Я повела плечами, думая, что тренерша жестокая и деспотичная и по головке не погладит, скорее, даст пинка под зад, и при этом будет усмехаться во весь свой хорошенький, кукольный ротик. Словно почувствовав мои мысли, она громко сказала:

-Итак, все построились. Ты, Дженсен, - она ткнула в меня пальцем, в самый конец. А потом, - говоря приторно-сладким голосом, обращаясь лично ко мне, словно у нас с ней были особые отношения.

- Дорогая, если не сможешь тренироваться вместе с моими девочками, на то, чтобы играть в команде, не надейся. Будешь, как самая маленькая, сидеть в запасных, мячики приносить. Ты поняла меня, Айрис?

- Да, мисс Симмонс, я поняла.

Когда тренерша отвернулась, Юлька шепнула мне на ушко:

- Ты не бойся, Айрис. Тренерша любит запугивать. Она этим подпитывается, и чем сильнее твой страх, тем ей лучше. Это мне мама рассказывала.

Моя подружка стояла рядом со мной. Для своих лет девочка была невысокой. Остальные девчонки были примерно одного роста. Кристина Нортон со своей командой были, как на подбор, одной высоты.

Тренировка проходила в темпе. Мы бегали, приседали, качали пресс. Также делали упражнения на различные группы мышц. Тренерша сообщила нам, что мы будем сдавать физические нормативы в начале месяца и в конце, чтобы по результатам узнать, кто и чего достиг. Мальчики с мистером Фитчем тренировались отдельно.

После тренировки мы пошли завтракать.

Две недели пролетели незаметно. Поначалу было тяжело привыкать к новому для меня режиму и физическим нагрузкам, но я адаптировалась

. Нормативы дались мне на удивление легко, а в беге я была одной из первых. Аманда Симмонс не могла скрыть удивления, когда смотрела на секундомер. Её глаза широко раскрылись, и она стала похожей на лягушку. Я сама была в шоке, никогда бы не подумала, что могу так бегать. Гиза похлопал меня по плечу, говоря:

- Молодец, сестричка. Ты прирождённая спортсменка, далеко пойдёшь.

Чарльз Фитч задумчиво чесал лохматый затылок, хмурил лоб. Видно жалел, что я девчонка, а так бы взял меня в свою команду.

Мисс Симмонс заметно подобрела, видя во мне кандидатку к себе в группу. Теперь я тоже играла в волейбол с её девчонками. Я подавала мяч. У меня отлично получалось кидать его на большие расстояния.

Кристина Нортон меня возненавидела. Её ледяные глаза очень часто буравили мою спину. Она шепталась с девчонками и злобно хихикала...Я была настороже, так как чувствовала, что она задумала пакость. Правда, Кристина медлила и не приводила своего плана в действие.

В субботу мы ездили в маленький городок, расположенный в горах. Туда можно было дойти пешком, затратив чуть более получаса, но тренерша не рискнула, и мы поехали на автобусе.

Весь день, начиная с утра и до самого вечера, мы осматривали местные достопримечательности.

Городок был старым. Одинаковые маленькие дома, белые стены и красная черепичная крыша радовали взгляд.

Население не говорило по-английски.

Здесь жили смуглые люди, похожие на цыган. Они разводили овец и выращивали виноград.

Смотреть было не на что, только на главной площади находился единственный в городе музей. В нём мы провели два часа, устало, слушая нудную лекцию старушки- экскурсовода. Я не выспалась, и меня клонило в сон, поэтому я практически ничего не услышала, слова седовласой женщины роем надоедливых ос пролетали мимо меня, не оставаясь в памяти.

Обедали мы в маленьком кафе, с такой же, как у большинства домов, красной черепичной крышей. Посоветовавшись с мистером Фитчем, Аманда заказала ' дежурное блюдо' по меню. Я сидела за столиком с Юлианой и медленно пила горячий ароматный кофе. За стеклом стояла старая деревянная телега с конём. Конь был красивый: весь чёрный с белой звездой на лбу. Он карими умными глазами смотрел прямо на меня. Яркое солнце пекло, лошади было жарко, она хвостом отбивалась от надоедливых слепней и гудящих мух. Стройная молодая женщина подошла к коню, протянув той зелёное, сочное яблоко. Животное тыкало мордой в её ладонь, прося добавки. Женщина погладила коня по голове и шепнула что-то ласковое в её оттопыренное ушко.

Жаль, что я не понимаю их языка.

Из-за поворота вышел старый мужчина. Он знаком махнул женщине, показывая ей садиться в повозку. Старик нёс тюки с тканью и потертый коричневый чемодан. Они уехали.

Я зевала, кофе мне не помог, спать всё равно хотелось.

После обеда мы лениво ходили по маленьким магазинчикам и крохотным лавкам, покупая сувениры. Я купила яркие цветные бусы, и платок из белой шерсти с цветочным рисунком.

Юлиана восторженно что-то рассказывала. Я слушала её вполуха, почти не обращая на её трескотню внимания. Подруга заметила, что я не слушаю, и, обидевшись, замолчала. ' Ну и ладно', - подумала я.

К вечеру гонимый лёгким ветерком зной спал, принося желанное облегчение. Мои руки и плечи стали багровыми. Зря я не намазалась лосьоном. Теперь будет жечь, и, возможно, кожа облезет.

Мы ехали обратно, уставшие, но довольные. В восемь часов наступили сумерки. Здесь всегда так: солнце рано заходит, а восходит ровно в шесть утра. День жаркий солнечный, а ночь длинная и холодная.