Жребий некроманта 2 (СИ) - Решетов Евгений Валерьевич "Данте"

— Иван, сожги и книгу. В ней ведь и Поцелуй, и портал. Она очень опасна для нас.

— Жалко, — бросил я и задумчиво добавил, постукивая себя согнутым пальцем по подбородку: — Но я зашифрую заклятия. Так будет надёжнее.

— Кабы ты быстрее в узилище не оказался, — пробурчал брат, остро посмотрел на меня и прямо спросил: — Это ты убил Хрюна?

— Я похож на умалишённого? — огрызнулся я, недовольно глянув на молчащего парня. — Что за заминка?

— Нет, не похож, — примирительно отбарабанил Сашка и добавил, плаксиво сморщив лицо: — Но кто-то его умертвил. И полиция теперь думает на тебя. Они полтора часа допрашивали меня. Я им три раза рассказывал обо всех стычках между тобой и Хрюном. Чуть язык не стёр. А они всё не унимались.

— Меня тоже допрашивали, — хмуро произнёс я, поняв, что к моменту начала моего допроса Никифор Фомич уже беседовал с Шуриком. — Полицейские пытались поймать нас на лжи. Надеюсь, ты всё честно рассказал им?

— Всё поведал, как на духу. Я сразу смекнул, что лучше не кривить душой. Так только хуже будет, — протараторил парень.

— Молодец, — похвалил я брата и наконец-то стал снимать верхнюю одежду. А то запарился уже в ней. В общаге оказалось жарко натоплено.

— Вань, я за родителей боюсь, — жалобно промычал Санек, хлопая коровьими глазами. — Ежели Хрюнов-старший узнает, что тебя подозревают в убийстве его отпрыска, то он нашим матери с отцом житья не даст. Как пить дать сгубит.

— Значит, надо отвести от меня подозрения. Невеста Хрюна какой магией владеет? — сдавленно проговорил я, почувствовав приступ сильного волнения. Ведь мои приёмные родители в этой истории реально самое слабое звено. Их надо как-то обезопасить от гнева Хрюнова-старшего.

— Водой она владеет, — печально вздохнул Шурик. — К сожалению, не она убила Хрюна.

— Но мне с ней всё равно надо поговорить. У неё был мотив. Она страсть как не хотела замуж за этого рыжего урода, — задумчиво проговорил я и вытянулся на кровати. — Блин, и ведь больше ни у кого нет мотивов. Хрюн хоть и был изрядным козлом, но никто бы не стал убивать его.

— Всё верно, — поддакнул брат и повернулся набок. Свет тусклой лампочки тотчас отразился в его взволнованных глазах.

— Ты это… не нервничай. Всё будет хорошо. Я найду выход. Ты лучше спи давай.

— Хорошо, — прошептал Александр, встал, выключил свет, разделся и упал обратно на кровать.

А я продолжил размышлять, глядя за окно. Там среди туч мрачно желтела луна. И мне вдруг вспомнился мой единственный разговор с Императором.

Я мысленно перенёсся в тот кабинет во дворце. Государь с прямой спиной царственно восседал на кресле и молча переваривал услышанный от меня рассказ. Я минуту назад вкратце поведал ему о своём даре, портале и том, что на самом деле произошло в Перекамске.

Отживел Император лишь спустя десяток секунд. Он покашлял в кулак и уважительно проронил:

— Вы отчаянный, смелый юноша. Чей вы бастард?

— Не знаю, — пожал я плечами, чувствуя себе, словно на электрическом стуле. Сейчас решалась моя судьба. Мне удалось максимально усилить свои позиции, но самодержец всё равно мог прямо из этого кабинета отправить меня на каторгу или эшафот.

— Хм, я прикажу своим людям выяснить это. Значит, вы очнулись в лесу возле Калининска и ничего не помните? — щуря глаза, уточнил он, хотя уже слышал от меня эту инфу.

— Абсолютно точно, государь, — кивнул я, почувствовав себя чуть свободнее.

— А записи профессора Николаевы вы отыскали в тайнике разбойников? — продолжал уточнять самодержец, раздумчиво морща лоб.

— Именно, — вякнул я и виновато опустил голову.

— Не тушуйся. Я понимаю, почему ты не отнёс документы в отделение полиции. Уж слишком был велик риск оказаться в узилище, — произнёс Император, немного склонил голову к плечу и изучающе посмотрел на меня колючими глазами.

Я обратил внимание на то, что он перешёл на «ты». Наверное, это хороший знак.

— И ещё я опасался того, что заклятие портала не дойдёт до вас, Ваше Императорское Величество. Прилипнет к рукам какого-нибудь нечистоплотного аристократа, и вы никогда не узнаете о нём, — самым честным голосом произнёс я.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Да, к сожалению, и такие проходимцы есть среди моих подданных. Но ты зря волновался. Заклятие портала давно известно мне, — огорошил он меня. — У гениального профессора Николаева были и другие записи. По ним-то приближённые к тогдашнему государю маги и сумели воссоздать заклятие. И с тех пор порталом, с позволения Императора, втайне, пользуются сильнейшие маги страны.

— Ого! — удивлённо выдохнул я, выпучив глаза. — А почему это заклятие не сделали общеизвестным? Оно бы произвело революцию! Ой, прошу прощения, государь, за излишне дерзкие слова. Я просто изумлён.

— Я тебя прощаю. Молодости свойственны эмоциональные порывы, — милостиво кивнул Александр, таинственно улыбаясь. — И я даже отвечу на твой вопрос. А что бы дало рассекречивание портала? Только зависть. Им ведь могут воспользоваться лишь маги, которые имеют минимум уровень престола второго ранга.

— Второго, мой государь? Не третьего? — ещё больше удивился я и почувствовал, как у меня засосало под ложечкой.

— Да, второго.

— Ох-х-х, — тихонько выдохнул я, ощутив дрожь в коленях. Выходит, всезнайка Шурик где-то ошибся? И я не погиб, создавая портал в подвале, только потому, что перед этим поглотил силу Румянцева? Охренеть!

— А почему ты скрыл на экзамене свой истинный уровень? — полюбопытствовал самодержец, закинул ногу на ногу и покосился на наручные часы из платины.

— Мне не хотелось быть пешкой в игре аристократов, государь, — честно ответил я. — И трагедия, произошедшая с мужем племянницы графа Рюмина, убедила меня в том, что мой поступок был верен.

— Я припоминаю этого юношу с необычайно ярким даром. Мне доводилось однажды видеть его. Жаль, что он был слабоват душой. Лебезил, кланялся невпопад. Я бы никогда не приблизил такого к себе. Но мне было бы любопытно узнать, кто стал причиной смерти этого юноши. К сожалению, его смерть до сих пор расследуется. И я так полагаю, что полицейские уже вряд ли найдут виновного в его гибели. Впрочем, ладно, — пожал плечами мой августейший собеседник, словно мы говорили не об убийстве, а о какой-то ерунде. И уже в следующую секунду он перевёл тему: — Иван, а где ты раздобыл заклятия, коими пользовался в Перекамске?

— Ваше Императорское Величество, позвольте мне не отвечать на этот вопрос, — проговорил я, натянув на физиономию непроницаемую маску.

Император понятливо усмехнулся и снова выказал свою необычайную проницательность:

— Дал слово, что никому не расскажешь? Что ж, не говори, но мы-то оба понимаем… — он многозначительно недоговорил.

И мы действительно оба понимали, что он, если захочет, то легко вычислит с помощью своих агентов, откуда у меня заклятия. Но станет ли Император наказывать баронессу? Вряд ли. Для него такой проступок — мелочь.

Я тяжело вздохнул и честно пробормотал, решив подстраховаться:

— Уповаю на вашу милость, государь. Не ради зла мне нужны были эти заклятия. И если бы не они, то не сидел бы я сейчас перед вами.

— Справедливо, — выдал Александр и следом неожиданно спросил: — Выходит, твои братья знают о портале?

— Да, государь.

— Ежели они проболтаются, то их ждёт суровое наказание, — грозно отчеканил самодержец.

Его брови сошлись над переносицей, а взгляд стал острым, точно стальной клинок. Если честно, то меня изрядно пугали такие резкие метаморфозы Императора. Правда, они же заряжали меня верноподданническими чувствами.

— Клянусь, мои братья будут молчать! — пылко выдохнул я, сверкнув глазами.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Надеюсь. Они мне пришлись по душе, — вроде бы искренне проговорил властелин земель русских и царственно добавил: — Я милостиво прощаю все твои грехи перед короной и грехи твоих братьев. Но впредь ты будешь честен со своим законным Императором, Помазанником Божьим. Уяснил?

— Да, — истово кивнул я и чуть шею не сломал. В кабинете, по-моему, даже раздался отчётливый треск.