Тень змеи (СИ) - "DartShine"

Картины несколько раз менялись. Везде основой оказывался этот мальчик, безликие взрослые же были всегда на вторых ролях. Эти трое счастливо проводили время вместе. Всё было хорошо, пока однажды родителей мальчика не убил на его глазах какой-то серийный убийца. Маньяк порубил их на куски прямо в их доме, на глазах у спрятавшегося в комнате и в ужасе наблюдавшего за всем мальчишки.

Реальность треснула и рассыпалась, возвращая меня из мира грёз.

Тяжело дыша, я грохнулся на пол, стараясь восстановиться от нахлынувших на меня давно позабытых чувств. Боль и отчаяние, пережитые и давно похороненные мной вновь попытались завладеть моим разумом. Из обоих глаз не переставая лились кровавые слёзы. Стиснув зубы, я заставил себя вернуться в реальность и посмотрел на противника.

— Я стёр этот день из своей памяти, — заговорил я, испытывая злорадство от того, что Итачи тоже досталось, и он сейчас стоит на одном колене, выблёвывая кровь. — Ты ублюдок заставил вспомнить меня этот кошмар…

— Кто ты… такой? — тихим голосом заговорил Акацки, едва восстановив дыхание после отката. — Ты не можешь быть моим братом…

Активирую скрытые в балахоне печати и отправляю в Итачи четыре гигантских сюрикена в сопровождении тучи обычных. Сбрасываю балахон, который охватывает чёрное пламя аматерасу. Моё тело начинает покрываться проклятой печатью.

Взгляд Итачи едва не настигает меня, воспламеняя всё, рядом с чем я находился мгновением ранее.

Пока я играю роль мишени, из под ног Итачи выпрыгивает ядовитая змея, успевая нанести укус, прежде чем быть изрубленной в клочья. Итачи резко пошатывается и, хватаясь за левый глаз, харкает кровью.

— Смотрю использование Цукиёми не прошло для тебя без последствий, — насмехаясь над его моментной слабостью, швыряю наэлектризованную катану.

Итачи уходит в сторону, едва не поймав посланный на ход, сгусток пламени. Успев уйти от моей атаки, он делает глубокий вдох и в меня летит огненный шар. Переместившись на потолок, оглядываю устроенную нами разруху. Большой зал превратился в груду полыхающих обломков. Огненные взрывы разнесли поддерживающие потолок колонны, а чёрный огонь постепенно охватывал собой всё, что находилось внутри древнего логова Учих.

Используя чакру молнии, проламываю потолок и выбираюсь наружу. По разгорячённому телу ударяют холодные капли дождя, которые я даже не замечаю. Мой взгляд приковывается к выползающему в стороне от меня из образовавшейся гигантской дыры человекоподобному существу, сформированному из чакры.

Последовавшего на крышу в след за мной, Итачи окружало невероятное количество чакры, принявшее человекоподобный облик. На моих глазах Сусаноо, поначалу имевшее только скелет, обрастало сначала мышцами, а потом кожей вплоть до доспехов. Теперь моему взору предстала завершённая форма, державшая в правой руке огненный меч, а в левой гигантский щит.

Внимательно приглядевшись, я понял, что эта техника расходует колоссальное количество сил и долго поддерживать её брат Саске не в состоянии из-за какой-то болезни, терзающей его тело. По его подбородку стекала кровь, а на лице явственно читалась сильная боль.

Быстро складываю печати и призываю гигантского Змея. Мне нужно только продержаться достаточно, чтобы он выдохся. И управляемый моим шаринганом — Манда, мне в этом поможет.

Гигантская змея и Сусаноо устремились друг к другу. Я помнил, что клинок Итачи имеет свойство запечатывать всё, что сможет пронзить, поэтому заставлял Манду уклоняться. Огненный меч не успевал достать ловкое змеиное тело. Вопреки своим гигантским размерам скорость Великого Змея превосходила технику Учихи Итачи.

Пробить броню Сусаноо оказалось непосильно даже клыкам Манды, которой смог оставить на них лишь небольшую трещину. Змей пытался наносить сокрушительные удары головой, но они встречались непробиваемым щитом.

Всё время битвы между этими гигантами, я стоял на голове Змея, пристально наблюдая за самим Итачи. В какой-то момент я заметил, как он вдруг упал на колени и начал блевать собственной кровью. Его тело содрогалось в конвульсиях, и я понял, что наконец-то начал действовать змеиный яд.

Не успел я порадоваться победе, как меч Сусаноо всё-таки настиг тело Змея, пробивая его грудь насквозь. Сразу же, как стало ясно, что ему конец я покинул голову змеи, прыгнув высоко над Мандой и техники Итачи. Выбора не было, осталось использовать мой последний козырь.

Я создал в руке чидори и поднял её в воздух в направлении закрывающих небо грозовых туч. Под воздействием моей чакры силы природы покорились моей воле, приняв облик гигантского электрического дракона.

Я в последний раз взглянул в измученное лицо Итачи, который ждал пока я упаду в объятья его ужасающей техники. Жаль, но у меня сегодня другие планы.

— Пришествие грома!

На мгновение всё внизу поглотил электрический разряд невероятно-разрушительной силы.

Часть 4

Глава седьмая. Мишень

Пламя Аматерасу охватывало всё большую территорию, где запах гари смешивался с запахом озона. Я приземлился перед распадающимся и постепенно исчезающем Сусаноо. На месте головы этой техники зияла огромная дыра, тело Итачи же лежало на земле лицом в низ.

— Даже это тебя не убило, — восхищённо проговорил я, медленно приближаясь.

Сусаноо поглотило большую часть урона, а потому Учиха всё ещё дышал. Под его лицом расплывалась кровавая лужа. Неведомая мне болезнь, откат от использования техник мангеке шарингана, змеиный яд и ранения, полученные в битве — его тело справлялось со всем этим, и всё же моя финальная атака поставила его жизнь на грань.

Какое-то время я смотрел на то, как погибает, возможно, единственный человек в этом мире, которого я уважал. Вскоре мне это надоело и, перевернув тело своей ногой, я без жалости вонзил в его сердце кунай, прерывая мучения.

Не теряя больше времени, я лишил его глаз и, убрав их в банку со специальным раствором, запечатал в остатках одежды. Задерживаться здесь дольше было опасно. Пора было уходить.

Покинув не перестававшее полыхать убежище, я устремился к ожидавшим моего возвращения соратникам. Я специально оставил их в лесу, чтобы в случае появления Акацки или других моих врагов, они смогли меня вытащить. Поскольку сейчас я был предельно истощён, ещё одно столкновения мне не выиграть. Уровня чакры едва хватало, чтобы держать под контролем поглощённую мной сущность Орочимару, которая жаждала перехватить контроль над моим телом.

Итачи заставил меня вспомнить то, что я всеми силами старался стереть из своей памяти. Я до сих пор не помню ничего конкретного о том событии, однако те чувства, которые я испытал, когда был тем мальчишкой, до сих пор продолжали травмировать мою психику. Под глазами до сих пор оставались следы крови, которая хлынула из глаз в тот момент, когда я находился под великим гендзюцу.

Я честно не думал, что мне удастся пробудить в теле Саске — мангекьё шаринган. Просто не представлял, как мне соблюсти необходимые для этого условия. И теперь, когда техника Итачи смогла пробиться сквозь блоки в моей душе я понял, что это того не стоило. Совсем неудивительно, что самые могущественные шиноби этого клана были не в ладах с рассудком. Смог ли я сохранить свой в нормальном состоянии станет понятно уже позже.

На моём пути вдруг возник, уже ранее встречавшийся мне Акацки в спиральной оранжевой маске с отверстием перед его правым глазом. Это вынудило меня остановиться и приготовиться к возможному конфликту.

— Учиха Саске, — начал говорить Тоби. Сейчас он вёл себя совершенно по-другому, уже не играя роль клоуна, которого я видел перед боем с Дейдарой. — Как я и думал, ты победил Учиху Итачи.

Во время пробежки мои силы успели немного восстановиться. Сущность Орочимару, запертая в клетке моей души стабильно служила моей батарейкой, потому я уже не чувствовал себя таким беззащитным, как в первые минут десять после победы над Итачи.

Однако разум упорно твердил мне, что до нормального состояния ещё далеко и лучше не вступать сейчас в конфронтацию с таким опасным противником.