Слово третье. Быть и казаться - Валерия Комарова

Он прыгнул, выставив перед собой клинок, явно не собираясь и дальше продолжать пустой, по его мнению, спор. Во все века сталь считалась лучшим аргументом… Спорная мысль, конечно…

Я ждал удара, не шевелясь и не пытаясь защититься. Я параноик: само собой, на мне десяток щитов, меч их не пробьёт. Но вот вампирчика неудача заставит задуматься.

Я не хочу раскрываться. Не хочу лишаться этого мира… Не хочу лишаться этой жизни. Пусть придуманной, пусть серой и унылой…

— Илья! Нет!

Демон! Что эта дура де…

Кровь. Алая. Алая кровь на серебристой ткани…

Мраморный алтарь… Девочка, захлебнувшаяся криком… Нет! Оливия! Не надо! Пустите! Пустите меня! Сестра! Не умирай! Не бросай меня! Не надо!

Вампир выдернул меч из груди девушки и покачал головой:

— Ну кто бы мог подумать… Жаль, она была идеальным донором…

Жаль, она была идеальной женой… Но уж лучше она, чем я?

Я опустился на колени перед девушкой и положил ладонь на рану. Двигаясь словно во сне, вытащил из кармана нож. Удар — и по запястью бежит алая струйка… Алая… Ставшая вдруг многоцветной. И пусть это глупо, пусть неправильно, но она защищала меня. Если это не стоит того, чтобы я пожертвовал толику своей силы — то что стоит?!

Убедившись, что жизнь Светы вне опасности, я поднялся на ноги и оказался лицом к лицу с усмехающимся вампиром. Кажется, он так и не почуял…

— Так ты маг? А ты силён, передать через кровь часть своей силы…

— Маг? — личность, созданная этим миром, таяла с каждым мигом. — Ты не мог бы больше оскорбить меня, Дитя. Я не маг. И я даже не человек.

Хватит притворяться. Хватит. Я — не человек. Силь была права, я обманываю себя, я оправдываю себя. Но я таков, как есть — бессердечный владыка и безжалостный Дракон. И будь я проклят, если слишком много возомнившее о себе Дитя не поплатится жизнью за то, что посмело поднять на меня руку!

— На колени, Дитя!

Дракончик на моём плече оживает и скользит по коже, занимая положенное ему место. Я закрыл глаза, меняя их, снимая все цепи, которыми однажды сковал себя. Иллюзорные алые крылья затрепетали в ночном воздухе. Бегущая по запястью алая струйка вспыхнула и стала многоцветной.

— На колени, Дитя. Проси о лёгкой смерти того, кто подарил тебе жизнь.

Вампирчик усмехнулся и вновь вытащил из подпространства свой меч. Интересно, что за убогий безрукий кузнец его ковал? Вот бы его Силь отдать… на обучение…

Он что, собирается меня ИМ убивать? Этой железякой?!

И правда собирается. Вот уж своего ума дураку не дашь… Он бы ещё попробовал…

Ой, и правда попробовал! Атаковать Дракона слабенькой боевой магией! Это ж надо додуматься до такого! Гениально. Просто гениально!

— Дитя… — я на мгновение трансформировал руку и когтями перерубил клинок. Вампир отпрыгнул от меня и отбросил в сторону оставшийся в его руках бесполезный обломок. — Ты лишь полукровка. Ты наполовину человек, наполовину Сотворённый. Это могло спасти тебя. Люди неприкосновенны пока не нападают на нас, но ты напал. Ты напал, и потерял свой статус неприкосновенности. И теперь…

Мне нравилось читать Михаилу лекцию об устройстве Сферы. Убить я его могу в любой момент, но вот почувствовать себя этаким борцом за добро и справедливость, читающим загнанному в угол злодею мораль, мне удаётся нечасто.

— Кто ты такой? — Михаил прекратил свои бесполезные попытки достать меня магией и отступил к стене. — Кто ты такой, чёрт возьми!

— Я?

Я раскрыл крылья и послал в вампира струю пламени. Он закричал… Вот и всё. Только обугленный силуэт на стене. Всё так просто.

— Я Дракон, Дитя… Всего лишь Дракон… — пробормотал я и, втянув крылья, пошёл к лежащей на асфальте девушке.

Странно, что ещё никто не выбежал из клуба. Шуму мы наделали… Стоп. Никто не выбежал. Ни одного прохожего. Даже ветер затих. Демон! Так и знал! Силь, мать её так! Наверняка ты руку приложила! Ты ведь знала, что произойдёт, знала, чем закончится эта история. И Дарша наверняка ты отозвала от моего имени. Зачем? Ты ведь сама просила меня не ломать судьбу этой девочки? Так почему ты сделала всё, чтобы она пострадала?!

Нет. Не так. Я знаю почему.

— Ты прав, Руби. Ты отдал ей те крупицы дара, что оставались в тебе, ты отдал ей это проклятье.

Силь… Зачем?! Ну зачем?!

— Силь, ты знаешь, что натворила? — я повернулся к сестре. — Да, я отдал ей часть своей силы, именно ту, что осталась во мне при разделении от твоего дара. Она получила дар пророка. Но… Ты понимаешь, что я обрёк её на вечность? Она больше не человек. Не Дракон, но не человек. Пророк.

— Она была лишь человеком. Если я смогла за её счёт помочь тебе, то я не жалею ни о чём. Ты же знаешь… Девочка получила бессмертие и дар видеть будущее. Ты от мешавшего тебе дара избавился. Вот и всё. Всё замечательно…

— Убирайся! — прорычал я, открывая струну в Утопию. — Убирайся Силь, пока я ещё могу себя сдержать. Впервые в жизни я на самом деле хочу тебя убить.

Она пожал плечами и шагнула в разрыв. Я поговорю с ней позже… Поговорю. Буду кричать, обвинять, грозить… Но прощу. Потому, что она — часть меня. Потому, что всегда прощаю…

Силь закрыла глаза. Он не понимает. Девочка получила проклятье Видеть и Знать совсем не потому, что она хотела избавить от этого брата. У каждого есть судьба. Эта девочка, спасённая Руби, однажды вернёт ему этот долг. Однажды они встретятся вновь…

— Иди, Странница, иди… Иди, я больше не скажу тебе ничего. Но мы встретимся, колёса судьбы уже пришли в движение… Мы встретимся. Потому, что такова судьба. Изменить её невозможно. Кому, как не мне это знать. Иди… Не спрашивай.

Они встретятся вновь. В другое время, в другом месте, под другими именами. И история, начавшаяся сегодня, получит продолжение…

— Ты мне снишься, правда? Ведь это просто сон и я сейчас проснусь?

Я поднял её на руки, стараясь не потревожить рану.

— Конечно, это сон. — Я улыбнулся и открыл портал, ведущий к одной из ближайших больниц. — Завтра ты обо всём забудешь. Вот проснёшься и забудешь…

— Ну если это сон… Тогда я наверное рискну, — она закрывает глаза. — Ты тогда не понял, почему я плачу… Просто потому, что я поняла в тот момент, что ты никогда не посмотришь на меня так, как смотрел на неё. Что ты можешь сделать для меня столь многое, но для неё — свернуть горы и заставить солнце вставать на севере. Глупо, правда?

— Спи, Цветик… — я игнорирую её слова. Я подумаю о них позже… Позже…

Когда пойму, кто же я есть на самом деле…

Когда мне больше не придётся казаться кем-то другим…