Несущий бурю (СИ) - Вайс Александр

И важный факт: больше «нулей» в группе не наблюдал. И вообще, если вспомнить общую внешность, мы тут старший курс. Видимо к нему, почти все магию уже пробуждают.

— Дружки нулёвки как всегда вместе, — услышал я смешок парня, что приблизился справа с лестницы между рядами.

— Ллью, нечем заняться? — поднял мой сосед глаза на старшего адепта.

— О, какие мы зубастые, — широко ухмыльнулся он. — Ты смотри, так и до дуэли дойти может. Я тебе даже без магии накостыляю. Захотелось?

Хм, приятная новость, если сам без ядра, то дуэли не магические. Во всяком случае, пока мы в этом учебном заведении.

Мой сосед, ожидаемо опустил глаза под «давлением» товарища. Я же смотрел на голубоглазого красавца, стараясь сделать взгляд менее наглым. По всей видимости, получалось скверно. Ещё бы, считаные часы назад я был Верховным Архимагом на войне с легионом демонов. А тут на меня шкет наезжает… и он для меня опасен.

— Что, Кирк, что-то хочешь сказать? — насмешливо спросил он. — Рискнёшь, графа оскорбить?

Формально он не граф, а только его сын… ну да пусть.

— Нет, словесные баталии подразумевают принять уровень оппонента. А, как известно, с высоты падать больно, — не сдержался я. Нужно от этого избавиться.

Тот оторопел секунд на пять, а потом загорелся.

— Что, сказал?!

— Зачем графу опускаться до уровня, почти сгинувшего баронского рода, — изобразил я испуг.

Тот яростно сверлил меня взглядом несколько секунд.

— Ты прав, к чему опускаться до твоего уровня. Я же не спорю с прислугой своего дома.

Он гордо ушёл, провожаемый моим снова равнодушным взглядом. Психология говорит, что как он понял двусмысленную фразу, так и думает о себе. Хотя, может, контекст и мой вид подтолкнули понять в таком ключе.

— Кирк, вот ты задвинул, — толкнул меня мой сосед, удивлённо на меня смотря.

— Само вырвалось…

— Доведёт тебя язык до беды, — сказала девушка, повернув в нашу сторону голову и смотря одним синим глазиком. Пышная копна чёрных волос, правильное личико. Думаю, многие сочли бы её симпатичной, но не в моём вкусе и… слишком молода. Но хотя бы взгляд равнодушный, лицо нейтральное, а не: «Что ты здесь делаешь?»

— Думаешь? Предположи варианты, — решил я разговорить её.

— Смерть на дуэли. Смерть от убийц. Ссылка в глушь и смерть от монстров, — начала перечислять она.

— О, смерть в битве, кажется достойной, — снова вырвалось у меня. Остановись, архимаг, ты сейчас почти обычный человек.

— А-а-а, — протянула она понятливо. — Настолько отчаялся, что помереть, как мужчина и барон кажется лучшим исходом? Или хотя бы, как воин. А что Симон? Хотел бы так же?

О, вот как его зовут. Отлично.

Тот прикусил губы, как-то даже забито смотря на эту мелочь… стоп-стоп. Испортило меня общество магов.

— Жизнь в любом случае лучше смерти, — наконец сказал он, и девушка усмехнулась и отвернулась. Парень же глянул на меня. — Странный ты сегодня.

— Наверное… день такой, — уклончиво ответил я. И правда, вряд ли Кирк себе такое позволял. Но моя половинка алмар, что я пронёс с собой, унижения не терпит и спокойствием не славится.

Тем временем началось совершенно бесполезное для меня времяпрепровождение, в виде математики. А ведь сейчас мне бы полагалось принимать заслуженную похвалу или отдыхать в обществе Кири, зная, что война кончилась.

Глава 3. Не в своей тарелке

В кабинет неторопливо заходил пожилой мужчина с огромной проплешиной в седых волосах. Люди спешно стихали или, в крайнем случае, переходили на шёпот.

— И не боишься ты так Ллью провоцировать, — всё же тихо спросил Симон. — Граф Тафт не отличается… выдержкой.

А вот и ещё одно новое имя.

— Вырвалось… тише.

Зал окончательно стих, под раздачу преподавателя попасть не хотелось. У многих были конспекты, я же свои не счёл нужным брать. Тем временем, на доске вырисовывалась математическая формула. Запись почти идентична нашей, ничего сложного. Преподаватель закончил и обернулся к нам, вся группа встала с ударом колокола. С небольшим промедлением последовал примеру всех.

— Садитесь, — сказал он звучным голосом, обводя аудиторию взглядом. На самом значка кстати, не было. Видимо, это только для учеников. — По традиции, начнём с нулевиков. Стюарт, вперёд, решай.

Это он так позорит неудачников? Отношение и правда, скверное.

Симон с едва слышимым вздохом встал с прикрученного к полу обитого тканью стула, и пошёл вниз. Кстати, удобная тут мебель, всё же аристократы. Помнится, у нас почти все кабинеты ограничивались деревянными скамейками. Ох, как вспоминаю родные запахи дерева, бумаги, чернил… так, хватит.

Стюарт взял мел и начал выводить на доске каракули. Меня же распирало желание просто дать ответ.

Возился долго, всё время прерываясь на размышления. Преподавателю это надоело.

— Плохо, садись. Экзамены не сдашь такими темпами.

Так ещё и скоро конец курса, раз уже об экзаменах говорит. То есть, время поджимает… интересно.

— Ларсен, к доске, решай ты, — сказал профессор. Я с секундным запозданием понял, что обращаются ко мне и встал. Тем временем друга настоящего покойного Ларсена, проводило несколько презрительных взглядов. Ну а я… несколько быстрых движений, выводя красивые линии, а не те каракули, что учитель начеркал, и элементарное уравнение решено.

— Надо же, сегодня подготовился, — сказал он даже как-то удивлённо. Не ожидал. Судя по паре пойманных взглядов, не только он этого не ожидал. Ну извините, мне гордость архимага не позволит на этом застревать. Притворяться неучем выше моих сил. Профессор ещё раз осмотрел решение и кивнул. — Садись.

Уселся на место, начав слушать объяснение мной же написанного решения. Разговаривать никто не решался, а я почти ушёл «в себя». Осколки колец магии — без изменений, ожидаемо. Ощущение душ: профессор — маг, сильнее любого из студентов, но… такой себе. И от него чёткий стихийный сдвиг ледяной магии. Всех, кто выходил к доске, тщательно изучал взглядом. Полезно узнавать свою группу. Лекция с элементами семинара подошла к концу, а мы двинули на завтрак.

— Да ты крут, половина группы бы тоже не решила! — негромко, но восторженно сказал Симон, как только мы оказались наедине.

— Просто поучил и подумал, пока ты там стоял… — также уклончиво ответил я. Не говорить же, что я это в уме решил, до того, как он дошёл до доски.

Симон только хмыкнул. Он пытался что-то освоить в течение лекции и подустал. Мы прошли в столовую: прямая раздача с подносами да столики — ничего примечательного. Еда неплохая и кормили сытно. За небольшой четырёхместный столик с нами уселась средней внешности слишком худая, курносая темноволосая девчушка второго ранга и парень первого, что тоже отсиживался в районе галёрки.

— Энди, только, пожалуйста, без выбросов, — скосил Симон глаза на «пробуждённого».

— Я уже почти взял под контроль. Скоро вторым буду, — махнул он рукой. Ах вот оно, что. Понял, почему от первых как от прокажённых шарахаются — у них иногда случайные применения магии происходят. Но, видимо, этот этап быстро проходят. Хотелось бы увидеть, как они применяют магию. Потому что, судя по прочитанному в книге — инстинктивно, как монстры. — И вообще, я хотя бы не вылечу скоро.

— Симон, Кирк, вы главное не отчаивайтесь… и не расстраивайтесь, — заговорила девушка. — Просто, не повезло.

Ага, видимо тоже, более-менее друзья. Кстати да, не аристократов в поле зрения не попало. Я был прав, тут высшее учебное заведение более элитарное.

— Спасибо, — почти сдулся Симон, опустив плечи и уставившись в тарелку.

— Авелин, ты лучше скажи, у тебя после вчерашнего рука как? — продолжил Энди, и она потёрла правую руку.

— Маддисон не жалела. Целитель сказал, что ещё день болеть будет. Ненавижу ветровиков с их фокусами, — она недовольно фыркнула. — Лишь третья дочь, а ведёт себя уже как графиня.

Итак, травмы на дуэлях и последующие походы к целителю тут в рамках нормы. В целом, правильно: стоит быть привычным к боли, если уклон боевой. А вот к эффективности целителей вопросы есть. Или к их усердию. А может: «Пусть поболит, как напоминание о пропущенном ударе». Повод задуматься и стать лучше. У алмар так часто делали, если кто-то из детей начинал пропускать удары тренировочным оружием ради опасных манёвров. Лучше пусть поболит синяк от деревяшки, чем потом руку отращивать или вовсе погибнуть.