Своенравная невеста - Мишель Смарт

– Думаю, нам не стоит так далеко заходить. – Щеки Алессандры залил румянец.

– Я хочу, чтобы наш брак был законен во всем. Чтобы наш ребенок был защищен от скандалов и сплетен, люди должны верить, что мы любим друг друга. – Он старался мерить этот брак мерками бизнеса, рассматривая его как сделку между двумя компаниями. Ребенок, выращенный вместе, должен был стать доходной статьей контракта.

В детстве Кристиану приходилось ютиться в тесном жилище вместе с матерью, и с тех пор он всегда искал уединения. Дом для него был крепостью и убежищем. Даже постоянные слуги жили в отдельных помещениях.

Алессандра стала первой женщиной в его жизни, рядом с которой он проснулся не желая уходить.

В ту ночь он впервые желал женщину с такой жадностью. Он так хотел ее, что, казалось, готов был проглотить. Если бы он не боялся, что после лишения девственности это окажется для нее слишком болезненным, то занимался бы с ней любовью всю ночь напролет.

Щеки Алессандры стали еще пунцовее.

– То есть ты считаешь, что в нашем браке должен присутствовать секс?

– Нет. – Голос Кристиана дрогнул, воспоминание о темно-розовых сосках Алессандры само собой возникло в памяти. Заметив упавшую на ее лицо прядь волос, он бессознательно потянулся, чтобы убрать ее. – Но мы будем женаты. Чем супруги занимаются наедине, это их личное дело. – Он наклонился к ней. – Когда мы будем останавливаться где-либо, кроме нашего собственного дома, мы будем делить постель. А чем в ней заниматься, нам решать.

Да, их брак будет союзом по расчету. Но он будет отличаться от слияния двух компаний – это будет союз двух людей из плоти и крови.

Что-то неуловимое мелькнуло в глазах Алессандры. Кристиан был уверен: она вспоминала о том, как хорошо им было вместе.

Тогда между ними вспыхнула настоящая страсть.

Подавленные воспоминания о той ночи вспышками фейерверка хлынули из памяти.

Она была дикой и необузданной. Она стремилась дарить удовольствие и получать его, прикасаться и ощущать его прикосновения.

Ее возбуждение было живым и настоящим.

Алессандра откашлялась:

– А если я решу просто спать с тобой?..

«Тогда я, наверное, просто взорвусь», – подумал он.

– Значит, ты будешь просто спать, – сказал он тихо, склонившись к ней ближе. – Но если ты решишь не только спать, я не буду жаловаться.

– Потому что тебе все равно, с кем делить постель? – напряженно спросила она.

– Нет. – Покачав головой, он приблизил губы к ее уху. – Потому что ты – самая сексуальная женщина из всех, с кем я встречался, и мне тяжело даже думать о том, чтобы отпустить тебя, не затащив в постель.

Отодвинувшись, он увидел, как распахнулись ее глаза.

– Я отлично понимаю, что твое мнение о моей сексуальной жизни отнюдь не лестно, – продолжал он, думая о том, как идет ей румянец смущения. – Но уверяю: я думаю той самой головой, которая у меня на плечах, а не той, что спрятана в плавках.

Она сглотнула прежде, чем откликнуться:

– Я считаю иначе.

– Понятно. Но чтобы доказать свою правоту, я в любом случае не прикоснусь к тебе до свадьбы.

Он увидел короткую вспышку пламени в ее глазах и вновь наклонился к ее уху:

– Но при этом за тобой остается право отказаться.

Он вдохнул ее запах. Все его чувства обострились: он ощущал жар ее кожи, понимая, что физическая тяга, кинувшая их в объятия друг друга, по-прежнему жива.

– Нам обоим придется пойти на жертвы, чтобы план сработал, – произнес он. – Но в постели нам нет нужды в компромиссах. Здесь брак может принести удовольствие нам обоим.

Она порывисто выдохнула, и это прозвучало почти как стон. Повисло напряженное молчание.

– Я не буду спать с тобой только потому, что ты от меня этого ждешь, – произнесла она наконец.

Он отодвинулся, чтобы иметь возможность рассмотреть ее как следует:

– Лично я жду от тебя только одного: на публике ты будешь делать вид, что мы любим друг друга.

Кинув на него короткий взгляд, она вновь отвернулась к озеру:

– Bene.

– Значит, договорились?

– Договорились. Я выйду за тебя.

Кристиан с облегчением выдохнул. Кто бы мог подумать, что согласие женщины выйти за него замуж вызовет у него такую реакцию?

– Лучше будет пожениться поскорее, пока твоя беременность еще не видна.

– Я не буду строить конкретных планов, пока не поговорю с Рокко.

Имя ее брата было для Кристиана словно удар наотмашь.

– Мы поговорим с ним вместе, – заявил он.

– Лучше я сама. Он – мой брат.

– И мой лучший друг. Его все это вряд ли обрадует.

– Я бы предпочла получить его благословение. Ну а если нет… – Она вздохнула, на ее лице появилось озабоченное выражение.

– Мы подождем его возвращения из свадебного путешествия, – уверенно сказал Кристиан, хотя у него внутри все переворачивалось при мысли о том, как отреагирует Рокко.

Рокко его никогда не простит.

Ну что ж, он примет от него любую реакцию. Что бы то ни было, он заслужил худшего.

Он вспомнил свою первую встречу с Рокко, Стефаном и Зайедом. Это случилось в первую же неделю учебы в Колумбийском университете. До этого он ни разу не покидал Афины. Нью-Йорк стал для него целым миром. Он чувствовал себя не соответствующим этому месту, особенно сравнивая себя со своими состоятельными друзьями из хороших семей. Он никак не мог понять, почему они принимали его как равного.

Даже теперь, обладая одним из величайших состояний в мире, он не мог разобраться, что они нашли в нем тогда.

Он был Кристиан Маркос, подзаборный нищий без гроша за душой. Она была Алессандрой Монделли и принадлежала к одной из лучших семей Италии. В ней был класс, была порода. Она была достойна стать принцессой.

В идеальном мире она бы вышла замуж за кого-нибудь, соответствующего ей по рангу. За того, кто достоин ее.

И все же, хоть они были из разных миров, в браке у них было кое-что общее: серьезные отношения не были нужны никому из них. Она никогда не будет нуждаться в нем, никогда не потребует большего, чем он в состоянии дать.

И для него она тоже не станет необходимой.

Тяжелые и малопонятные чувства не будут потрясать их брак.

Глава 4

Алессандра нажала кнопку, впуская Кристиана в подъезд, и глубоко вздохнула, собираясь с духом. Они не виделись уже десять дней.

Пару дней они провели вместе в Милане, сходив к врачу и к частной акушерке. Оба подтвердили, что с ней и с ребенком все в полном порядке. Алессандра и сама чувствовала, что это так, но слова специалистов все-таки сняли груз с ее души.

Ей сделали УЗИ и вручили обоим снимки. После этого Кристиан уехал. Она часами рассматривала снимок, глядя на микроскопическую головку и конечности. Их было почти невозможно различить, так что ей приходилось вспоминать пояснения медсестры. Иногда при взгляде на снимок у нее сжималось горло. Ее прекрасный малыш! Ее и Кристиана.