Влюбить в себя - Раиса Рябцева

Однажды — это было уже на третьем курсе института, мать познакомила Анастасию с главным режиссером нового театра-студии, который прославился в Питере постановкой авангардной пьесы одного современного французского автора. Это был молодой тридцатилетний красавец с ямочкой на подбородке; имя и фамилия красавца полностью соответствовали тому миру, в котором он жил. Его звали Авенир Запольский. В одежде он был настоящим франтом, носил дорогие пиджаки и бабочку.

Он сразу же стал проявлять по отношению к Анастасии повышенное внимание, чем вызвал неудовольствие Никиты. Настя, не испытывавшая к Запольскому никаких особенных чувств, только посмеивалась над ревностью Шилова. Она еще не знала, что это может зайти довольно далеко.

Авенир заинтересовался не только актерскими способностями Анастасии, но и ее фотографиями. Он даже пообещал устроить ее выставку в одной из известных галерей. Правда, Настя не испытывала по этому поводу никакого энтузиазма, по-прежнему считая, что у нее обыкновенные любительские работы.

Втайне от Никиты она показала его пьесу Запольскому. Но тот наотрез отказался ставить ее, заявив, что это не входит в сферу его театральных интересов. Возможно, неприязнь, возникшая между Никитой и Авениром, объяснялась еще и этим фактом.

Говоря более откровенно, они просто терпеть не могли друг друга. Настя очень скоро почувствовала на себе все последствия этого нового знакомства.

— … Он сказал, что я просто королева на кухне. Настя, ты слушаешь?

Надежда дергала Анастасию за рукав.

— А? Что? Да, да, конечно, слушаю, — растерянно сказала Глазунова.

Они уже шли по Садово-Спасской, приближаясь к подъезду дома, где располагалась фирма.

— Настя, мне не нравится, как ты выглядишь, — сказала Маргарита, шагавшая рядом. — Как там у вас с Никитой?

— Все нормально.

— Он так и не надумал жениться?

— Нет.

— Почему?

Анастасия вздохнула.

— Лучше не спрашивай.

— А может, у него другая женщина?

— Не думаю.

— А вот я думаю, что тебе нужно серьезно поговорить с ним, — решительно заявила Маргарита. — Хочешь, помогу? Пойдем после работы к тебе, я умею брать быка за рога.

— Нет, я сегодня не могу, — сказала Анастасия.

— А чем ты занята?

— Сначала курсы менеджеров в 6.30. потом я иду в тренажерный зал.

— Да ты что, с ума сошла? — укоризненно покачала головой Маргарита. — Ты посмотри на себя, у тебя такие ноги, что любая манекенщица позавидует. Зачем тебе еще тренажерный зал? Ерунда какая-то.

— Мне нужно постоянно быть в форме, — возразила Настя. — И потом, это дает хорошую разрядку после рабочего дня.

— Глупости, — безапелляционно заявила Маргарита, — абсолютно бесполезная вещь. Ладно, давай завтра после работы отправимся к тебе. Мы заканчиваем в полшестого, я захожу за тобой, и едем.

— Я завтра не могу, у меня семинар для сотрудников финансово-инвестиционных компаний.

— Какой еще семинар для секретарш?

— Я вместо шефа туда хожу, — объяснила Анастасия. — Ему самому некогда, а деньги фирма уже заплатила. Так хоть какая-нибудь польза будет.

— О боже мой, — простонала Маргарита, — да ты так лопнешь. Хоть когда-нибудь можешь подумать о себе? Вертишься, как белка в колесе, а толку-то? Здесь все равно без связей ничего не добиться.

— Но ведь сейчас время широких возможностей, — улыбаясь, сказала Анастасия, — я хочу добиться всего сама.

— Ну, хоть в пятницу ты освободишься?

— А что в пятницу?

— Я приглашаю к себе друзей, приезжай.

— Хорошо, я постараюсь пораньше смотаться из тренажерного зала и часиков в восемь загляну к тебе.

Глава 2

Поднимаясь на третий этаж, где располагался инвестиционный отдел, Настя по выработавшейся за последний год привычке сбросила тягостное оцепенение, горделиво подняла вверх голову, расправила плечи и улыбнулась. Здесь не то место, где можно распускать нюни и хныкать.

Анастасию Глазунову должны знать здесь сильной, уверенной в себе молодой женщиной, которая сама прокладывает себе путь в жизни и которую ждет большое будущее. Она знала, что многие сослуживцы считают ее старой девой, да еще и с сомнительным моральным обликом. Впрочем, большинство все-таки испытывало по отношению к Анастасии дружеские чувства.

Проходя мимо открытых кабинетов к двери с табличкой «Начальник инвестиционного отдела», Настя поздоровалась с коллегами, которые уже заняли свои рабочие места.

— Доброе утро, Анастасия, — говорили ей.

— Доброе утро, — отвечала она.

Собственно, сам кабинет начальника инвестиционного отдела был отделен от коридора приемной. Здесь стоял рабочий стол Анастасии с компьютером, факсом и мини-АТС на четыре линии. Дозвониться до начальника инвестиционного отдела можно было только через его секретаршу. Еще три линии вели в соседние кабинеты, отделенные от приемной перегородками.

Настя едва успела сесть за стол и достать косметичку, когда телефон перед ней надрывно зазвонил. Машинально глянув на часы, Анастасия чертыхнулась. Без десяти девять, а уже звонят. Сняв трубку, она постаралась придать своему голосу как можно более вежливый оттенок.

— Приемная инвестиционного отдела слушает, — сказала она. — Ермакова? Одну минуточку, я сейчас посмотрю.

Она зажала трубку рукой и крикнула в соседний кабинет.

— Николай Степанович, вы на месте? Поднимите трубку.

Ермаков был заместителем начальника отдела. Он обычно приходил на службу раньше всех, демонстрируя своим подчиненным служебное рвение. Но на сей раз, к удивлению Анастасии, его на месте не оказалось. Вместо него откликнулся один из сотрудников отдела.

— Он в сортире.

Настя приложила трубку к уху.

— Простите, а кто его спрашивает? Из банка «Столичный»? Очень срочно? Вы не могли бы минуточку подождать? Я его сейчас позову, он… вышел.

Настя положила трубку на стол и быстро побежала в конец коридора, где располагался мужской туалет. Дело было, действительно, срочным, и Настя решила рискнуть. Торопливо постучавшись в дверь туалета, она крикнула:

— Эй!

Никто не отозвался. К счастью, никого рядом не оказалось, и Настя осторожно приоткрыла дверь.

— Николай Степанович! — крикнула она в образовавшуюся щель.

Из-за перегородки раздался недовольный голос Ермакова.

— Что там еще?

— Николай Степанович, звонят из приемной председателя правления банка «Столичный». Сам Булавин хочет с вами поговорить. Это насчет кредита, о котором мы договаривались на прошлой неделе.