Каролина: между дождем и градом - Сандра Бушар

Наконец тремор отпустил конечности, я смогла поспешно разжать пальцы. В моих горячих, как печка ладонях, платок умудрился высохнуть от слез. Он летел на деревянный пол так же стремительно, как и мое сердце в пятки.

— Эй! — взорвался Марк, быстро наклоняясь и поднимая платок обратно. — Такой ткани больше нет в мире! Всю израсходовали на отца.

Пошатнувшись на месте, я позволила себе откинуться на стену позади и закрыла глаза. Кадры моего падения руками Владимира не выходили и головы, проматываясь снова и снова заезженной пластиной. «Я больше никогда не смогу спать!» — пришла к неутешительному выводу. Потому как всегда, закрывая глаза, я ощущала, как ладони отца моего жениха скользят по мне, доводя до самого прекрасного пика на свете.

— Ты сегодня странная, — холодная ладонь упала на лоб. — Может, заболела?

— Нет, — улыбка далась мне адски сложно. От стыда щеки так сильно пытали, будто я горю изнутри. — Все нормально. Свадьба — изматывающая вещь.

— Хорошо, — закивал парень серьезно. — Будет плохо, если заразишь высокопоставленных гостей.

Эту фразу я обдумывала, пока муж за кисть тащил меня по нескончаемым коридорам отеля, затормозив только у двери с золотистой подписью «управляющий». Бегло оценив меня, Марк убедился, что вид достаточно презентабельный, а после неуверенно постучал.

— Входите, — стальной баритон Владимира снова заставил задохнуться, только на этот раз ужас сменил панику. Я поймала себя на мысли, что с большим желанием переночевала бы с Бенгальским тигром, потому как он выглядел более доброжелательно.

— Папа, — произнес Марк услужливо и неприятно елейно, — я нашел Каролину. Ты был, как всегда, прав: она пряталась в уборной.

Все, что удалось заметить в помещении, — красивые деревянные полы, красные и лакированные. Я не решилась поднять взгляд. И даже задать вопрос, что делает тут мужчина. Единственное, что интересовало: как скоро все кончится и когда я наконец смогу запереться одной в комнате?

— Каролина, — грозный голос четы Орлова заставил подпрыгнуть на месте. — Ты долго там еще будешь стоять? Мы не на фуршете, девочка.

Я несмело обернулась и поняла, что Марк давно присел на стул для гостей за директорским столом. Он не стал меня ждать. О том, чтобы отодвинуть соседний стул, даже речи не шло. Захлебываясь в собственных волнениях, я сама с трудом пересекла разделяющее нас со стулом расстояние и едва ли не присела мимо, прямо на ковер.

— Управляющий из вежливости предоставил мне это помещение, чтобы я мог переговорить с вами комфортно и наедине, — не поднимая носа, я ощущала на себе прожигающий взгляд. Сегодня в нем было еще кое-что… Неприкрытая, жадная, ненасытная похоть. От нее бросало то в жар, то в холод!

— Еще бы он этого не сделал! — засмеялся мой муж. — Ты ведь хозяин всего этого бедлама.

Удар по столу, и Марк замолчал, выравниваясь по струнке. Владимир не собирался распространяться.

— В первую очередь поздравляю со свадьбой. Отличная сделка. Каролина здоровая, невероятно красивая девушка, а Марк — умный парень, крепкое плечо, — равнодушно начал Владимир, каждое его слово вызывало во мне мурашки, волосы сами по себе вставали дыбом. — К делу… Каролина, твои родители на повестке дня.

От резко смены темы я замешкалась, растерянно повела бровью и позволила себе встретиться взглядом с Владимиром. Зря. Он съел меня заживо в тот момент, выклевал изнутри подчистую. Поймал в свои капканы и не отпустил… Я стала невольной заложницей этих черных глубин. Умирая от страха, больше не могла отвернуться. Он безмолвно не разрешал.

— Что с ними? — вырвалось с дрожащих губ вместе с совсем не своевременной слезой.

— Они все еще страдают от зависимостей, — произнес буднично мужчина то, что я отчаянно пыталась скрыть. Обхватив стул руками, я будто пыталась удержаться за место. Сестры с небывалой для них радостью готовились к отъезду… Выгони меня сейчас глава семьи, все рухнет. Разбив мои трагические ожидания, Владимир выдохнул: — Есть один отличный врач из столицы… Он не просто лечит людей с зависимостью, но и возвращает их с пути психологического исправления в семью. Он займётся ими, сделает достойными членами общества.

Я вспомнила маму с папой до их первого серьезного запоя… Это была обычная пара, ничем не примечательная. Двое слабовольных людей, мечтающих о большем, чем могут потянуть. Пытались заработать, а спились. Но я все еще помнила их другими… Такими, какими не видели их сестры, а заслуживали.

— Не может быть, — не поверила я, возвращаясь в реальность. — Уже поздно…

— Нет, — уверенно отмахнулся Владимир. Странно, но его аура не позволяла сомневаться. Человек слова, под таких пишут закон. — Этот доктор справляется и с более запущенными случаями.

— Это отлично, папа! И очень щедро с твоей стороны! — взорвался Марк, пнув меня под столом туфлей и многозначительно отчеканив: — Каролина, немедленно поблагодари отца!

— Марк, — четыре буквы, а в комнате уже запахло жареным блюдом, под названием "Сын в кляре". Владимир распластал парня одним обращением, прижал к стенке без слов. — Каролина сама разберется, что ей делать.

— Но, — он вжался в стул, качая головой. Марк, будто не отдавая себе отчета, отмахивался от черных глаз, доводящих его до безумия, — я ведь просто хотел…

— И, — Владимир поднял палец, сын замолк, — еще раз я увижу, как ты грубо обращаешься с женой, и больше не буду таким добрым, каким ты меня знаешь.

С губ сорвался истеричный смешок. Потому как если это поведение Владимир называл добрым, то я совершенно не хотела вставать на путь его злого «я».

— Так вот, — Владимир перевел на меня взгляд, и веселье пропало. — Схема работы сложная, но единственная рабочая из всех известных мне. Три месяца родители будут жить в том доме, где обитают сейчас, и спокойно возвращаться к реальности.

— Это же отлично! — оживившись, я вздохнула полной грудью, растерянно оборачиваясь по сторонам. Мой мозг начал закипать от всего, произошедшего за день! Мысли