Цитадель бога смерти - Джуанита Коулсон

Тирус рассмеялся и закатал рукава туники, показав все, что они тоже пусты.

— Вы можете подержать мой плащ, сэр, если хотите. Возможно это докажет вам, что он не имеет никакого отношения к моей магии.

— Я н-не… сэр. Я не лорд и не дворянин.

— И не умный человек тоже, — ехидно добавил Эрейзан.

Женщина, одетая в одежду варваров, закричала:

— Покажи нам еще какие-нибудь фокусы. Что ты можешь еще? И что еще нам может показать акробат после того, что уже показал?

Опять, совершенно бессознательно, она говорила не как говорят варвары.

— О, очень многое, милая воительница. Смотри!

Тирус быстро проделал целую серию различных трюков. Он вынимал монеты из носа, ушей и волос зрителей, превратил грязный песок в огромное количество цветных шарфов и платков, извлек из корзины какой-то женщины целое семейство щенят, которые тут же превратились в мотыльков и улетели, вызвал дождь, который превратился в паутину, не успев замочить зрителей, которые с криками натянули плащи и платки.

Зрители были в экстазе, а Эрейзан ходил колесом вокруг друга.

— Это же искуснейший маг. Вы когда-нибудь видели что-либо подобное? Проник ли кто-нибудь так глубоко в тайны этого искусства?

Его акробатика не была такой исключительно бесстрашной, как в первый раз, но достаточно искусной, и с легкостью привлекла внимание зрителей. Среди публики было несколько скептиков, но и они не могли объяснить замечательную магию Тируса.

С большой ловкостью и искусством Тирус начал производить различные обычные плутовские штучки. Однако кто-то засмеялся и сказал, что это можно увидеть где угодно. Тирусу надо было комбинировать обычные фокусы с чем-то, что могло бы поразить самых упрямых и недоверчивых зрителей.

— Смотрите! Все это не в плаще. Тогда где же? В чем тайна? Где я храню все это? Как же осуществляется магия?

Он раскинул руки и крикнул:

— Свяжите меня. Милая воительница, можете ли вы связать мне руки? Докажем этим добрым людям, что все, что я делаю, я делаю без помощи рук.

Она колебалась мгновение, а потом подошла к нему. Ее маска чуть сдвинулась на бок и открыла подбородок с ямочкой и привлекательный рот. Голубые глаза светились ехидством. Она поддалась на крючок, который бросил ей Тирус.

— Ну что же, фокусник, я согласна. Я свяжу тебя так, как тюк шерсти, которую везут на базар, — сказала она, доставая из-за пояса крепкий ремешок.

Она обвязала им кисти Тируса. Ремешок не врезался в кожу, но был затянут достаточно надежно и к тому же она проверила, чтобы он не смог освободиться. Она с таким усердием завязывала его, что из-под капюшона выбились ее светлые волосы, которые локонами спадали на чистый лоб и высокие скулы. Тирус переводил глаза с нее на ее подругу, обследуя их мысли с помощью своего искусства и посмеиваясь про себя.

Эрейзан увидел возможность, которую он так долго дожидался.

— А не завязать ли ему и глаза? Милая танцорша, я могу обратиться к вам за помощью? Нам нужен плотный платок, который бы мы смогли сложить несколько раз, чтобы свет совершенно не мог проникнуть сквозь него.

Он подошел к ней, но не притронулся к ее одежде и ждал ответа.

Она отошла в сторону, но не очень далекой, казалось, она обдумывает его просьбу. Ее подруга обругала ее.

— Не бойся. Он не причинит тебе вреда. Дай ему шарф. Я хочу посмотреть, как фокусник будет делать свои чудеса с завязанными руками и глазами.

Танцорша нерешительно повиновалась. Ее ресницы сначала опустились, потом взлетели вверх и она застенчиво посмотрела на Эрейзана. Он взял шарф, который она ему предложила и постарался задержать ее пальцы в своей руке дольше, чем это было необходимо. Она не старалась освободить их. Со вздохом Эрейзан отпустил ее и вернулся к Тирусу.

— Смотрите! Я складываю его раз, потом еще, еще и еще!

Эрейзан демонстрировал каждое свое движение с большой помпой. Он пронес повязку по всей толпе, заставляя людей смотреть сквозь нее и убеждаться, что даже солнечные лучи не проникают сквозь повязку. Затем он завязал ею глаза Тируса. Тирус внимательно слушал болтовню Эрейзана.

— А теперь мы повертим его вокруг оси несколько раз. Он потеряет ориентировку и не будет знать, где он. Милая воительница, очаровательная танцорша, девушки! Идите сюда! Пусть все видят, что плутовства здесь нет! Запутайте ему мозги, если можете!

Все чувства Тируса обострились до предела. Он слышал мягкий звон ручных и ножных браслетов танцорши. Затем запахи кожи и меха, а также ароматы духов, помады, драгоценных масел, всего того, чем обычно пользуются знатные женщины, Эрейзан сильно сжимал его локоть. Тирус почувствовал, как его взяли маленькие руки и заставили его вертеться вокруг себя.

Сначала медленно, а затем все быстрее и быстрее они вертели его. Женщины с удовольствием присоединились к игре, затеянной Эрейзаном. Когда они отпустили его, Тирус покачнулся, симулируя головокружения. Пара женских рук, которые были посильнее, крепко прижались к его груди для поддержки и он услышал, как высока женщина сказала:

— О, Гетания, мы, кажется, перестарались.

Тирус подавил улыбку и забормотал:

— Что-то случилось? Куда я попал? Молю, скажите мне, это Тор-Пали? Атей? Серса-Орнайль? Какой остров Кларики?

— О, боги моря и неба, он же свихнулся!

— Ну, больше представления не будет, — сказал другой зритель.

Тирус не стал затягивать комедию. Он сделал глубокий вдох и убедился в полном успехе своей магии по крикам удивления и восхищения, которое раздавалось вокруг него. Эрейзан комментировал то, что происходит вокруг него. Справа от него переговаривались две женщины.

— Смотри! — закричала в восторге танцорша. — Прекрасные маленькие куколки! И перья! О, Джа…

— Ш-шш! Не зови меня так. Помни свое обещание, — послышался голос другой девушки.

Какое имя собиралась назвать танцорша? Тирус представил себе, как женщина в мехах ущипнула свою «кузину», призывая к осторожности. Он использовал все свое искусство, не пострадавшее от наличия повязки на глазах, чтобы исследовать их настроение и внешние части мозга. Высокая девушка была также захвачена зрелищем, как и ее подруга.

— Исключительно! Он не может видеть и двигать руками и тем не менее творит такие чудеса. Я такого никогда не видела.

Забыв о предупреждении, танцорша воскликнула:

— Это настоящее волшебство, Джателла.

Тирус распространил свои чувства и обнаружил, что никто, кроме них троих, не слышал того, что эту женщину зовут Джателлой. Он сохранил эту информацию и решил заканчивать выступление. Проделав еще серию трюков, он прошептал заклинание и повязка спала с его глаз, а веревка освободила руки. Туго затянутые узлы развязались сами таинственным образом.