Черный рыцарь Белой королевы - Илья Александрович Шумей

нуждается в ваших услугах. Ведь современные технологии и безо всякого божественного участия позволяют строить корабли, которые не текут, дома которые не горят, и сводить брак на производстве к исчезающе малому минимуму. Так что спасибо, мы и сами справляемся.

Зал робко захихикал. Ну, наконец-то!

– Совместно мы могли бы добиться большего.

– Да бросьте! – если бы кто знал, каких титанических усилий стоила девушке эта кажущаяся непринужденность. Струйки пота сбегали по ее спине, а скулы сводило от напряжения, кроме того, ее не покидало неприятное ощущение, что Руорн неспроста так легко уступил ей инициативу. Однако, бросившись в атаку, останавливаться и рассуждать было уже поздно, а потому Кэти продолжала свое финальное наступление. – Назовите мне хотя бы одну область, в которой Клисса не находится в роли догоняющего. Хоть что-то, чему Республика могла бы у вас поучиться.

– Извольте: медицина. Жрицы Сиарны владеют искусством врачевания болезней и травм, которые вашими медиками считаются неизлечимыми.

– Не нахожу в этом никакого откровения, – ведущая бросила взгляд в зал, словно черпая в нем моральную поддержку. – Самовнушение вообще великая сила, и ваша религия в этом вопросе достигла, несомненно, выдающихся высот. Но и наши психотерапевты не сидят сложа руки.

Еще несколько смешков. Прогресс налицо!

– И много ли вам известно случаев излечения при помощи самовнушения, скажем, от бешенства? – Руорн повернул руку ладонью вверх. – А от онкологических заболеваний, столбняка, песчаной лихорадки?

– Бросьте! Тут самовнушения даже не требуется, – да, да, да! Советник, утратив бдительность, сам сунул ногу в подготовленный капкан. – Здесь, на Эзоне, например, бешенства уже давно нет, так что боюсь нам от вашей религии проку мало. Современные методики позволяют успешно лечить почти все перечисленные вами заболевания.

– Почти…

– Наука не стоит на месте, так что и остальные очаги сопротивления рано или поздно падут.

– Слабое утешение для тех, кому лечение требуется уже сейчас.

– А для его успеха страждущему достаточно лишь пожертвовать вашей церкви все свое имущество и все деньги, да? Где-то я это уже слышала, – Кэти иронично приподняла бровь. – А если пациент все же умер, то исключительно по той причине, что его вера была недостаточно крепка, не так ли?

– Вы опять все передергиваете. Зачем?

– Я не передергиваю, а просто называю вещи своими именами, – журналистка сокрушенно покачала головой. – Вам следует признать, что Клисса отстала в развитии от основных планет Республики лет на сто, не меньше. И пытаться наверстать упущенное при помощи усердных молитв – не самая удачная, на мой взгляд, стратегия.

Зрители засмеялись в голос. Отлично! Набрав в грудь побольше воздуха, Кэти начала заключительную отповедь.

– И я, поймите меня правильно, не вижу причин, почему Клисса, планета, весь объем промышленного производства которой находится на уровне небольшого провинциального городка на Эзоне, планета, чьи технологии являют собой не то что вчерашний, а даже позавчерашний день, планета, чья культура всецело зациклена на поклонении своей богине, должна быть принята в состав Республики на каких-то особых условиях. Разве я не права, господин Аустов?

– Что? – встрепенулся старик. – Да-да, конечно!

Ну что за напарник! Кэти едва сдержалась, чтобы не чертыхнуться вслух, и продолжила:

– Я бы посоветовала Клиссе более трезво оценивать себя и свои возможности, особенно в сравнении с другими мирами, с которыми вы собираетесь жить под одной крышей. Когда вместо обращения к врачу, ваши сограждане предпочитают молить об исцелении свою богиню, когда вместо налаживания нормального быта Жрицы развлекают людей экзальтированными плясками, а с поломками в своих машинах клисситы борются при помощи воскурения благовоний – это не те вещи, которыми следует гордиться. И, согласитесь, вряд ли кто будет всерьез воспринимать громкие заявления представителя планеты, весь дипломатический межзвездный флот которой состоит из единственного списанного военного транспорта, купленного по дешевке у заезжего торговца.

В спину ей ударили смех и аплодисменты зрителей, но она их почти не слышала. С усилием оторвав взгляд от окаменевшего лица Руорна, Кэти повернулась к камере, буквально позвоночником продолжая ощущать буравящий ее спину взгляд Советника. Цифры на часах отсчитывали последние секунды эфира, но еще требовалось произнести полагающиеся заключительные фразы. Кто бы только знал, чего они ей стоили.

– К сожалению, наша передача подошла к концу. Я благодарю всех зрителей, кто был сегодня с нами (аплодисменты), а также наших сегодняшних высоких гостей: госсекретаря Республики Леона Аустова и Верховного Советника Клиссы Бекташа Руорна (еще аплодисменты). Я, Кэти Жео, прощаюсь с вами до следующей недели. С вами были «Высокие материи»!

Все! Реклама!

Кэти пулей вылетела из студии, на ходу срывая с уха гарнитуру. На повороте она врезалась в скачущего встречным курсом и сияющего как начищенный таз Свирина.

– Кэт! Ты была просто великоле… – начал было он, но увидев выражение лица журналистки, тут же заткнулся.

Отпихнув режиссера в сторону, девушка решительно зашагала дальше. Ее всю трясло. Еще ни одна передача не давалась ей так тяжело. Никогда доселе ей не было так панически страшно как там, перед Его взглядом. И никогда прежде она так не ненавидела себя за то, что в прямом эфире нагло измывалась над человеком, который говорил правду.

Глава 3

Шум, гам и крики толпы остались за толстыми дверями лимузина, позволив Руорну немного перевести дух. Закрыв глаза, он откинулся на спинку сиденья, и только рябь, пробегавшая время от времени по его лицу, выдавала бушевавшие в нем эмоции. Дома любой смертный, осмелившийся без позволения заговорить с ним, вполне мог заработать пару месяцев исправительных работ, а здесь они над ним насмехались! Они запятнали своим глумливым неверием имя Госпожи! Даже для Верховного Советника, славившегося своей выдержкой и самообладанием, вытерпеть такое оказалось крайне непросто.

– Не терзайтесь так, мой господин, – постаралась успокоить его сидевшая напротив телохранительница, – оставьте грязь свиньям…

– … а жемчуга – праведникам, – закончил Руорн и посмотрел на девушку, – не беспокойся, Оди, я в порядке.

– Когда-нибудь я доберусь до этой мерзавки Жео и выпущу ей кишки!

Вид разгневанной Одэзи невольно вызвал у Руорна улыбку. В строгом брючном костюме, при галстуке и с аккуратно подобранными длинными черными волосами она выглядела как грозная автоматическая винтовка в гламурном бархатном футляре со стразами. В сравнении с традиционным форменным плащом Жрицы и тугой косой до пояса ее нынешний наряд выглядел несколько карикатурно, но это не мешало ей