Загадка газетного объявления - Иванов Антон Давидович

– У тебя, Лешка, вечно наполовину, – буркнул Темыч. – Из-за этого все вокруг и страдают.

Ребята снова засмеялись. Лешкину изобретательную голову переполняли хоть и заманчивые, но очень рискованные замыслы. Перед их осуществлением Пашков производил очень точные расчеты, благодаря которым все должно было пройти идеально гладко. Однако неумолимая жизнь часто вносила свои неожиданные поправки, и в результате от смелых Лешкиных экспериментов страдали учителя и ученики родной две тысячи первой школы, жители дома на Садовой Спасской, имевшие несчастье оказаться соседями Пашковых, а порой и ни в чем не повинные прохожие. В особенности опасным для окружающих становился Лешка, когда объединял усилия с младшим братом-погодкой Сашком. Отец этих славных ребят, известный нейрохирург Пашков-старший, добрую половину заработков тратил на возмещение убытков людям и организациям, пострадавшим от бурной деятельности сыновей.

К числу наиболее известных подвигов Лешки Пашкова относились испорченная теплотрасса, ремонт которой потребовал многочасовых титанических усилий аварийной бригады, забитые очистные сооружения бассейна, где сдавали нормы по плаванию питомцы две тысячи первой школы, рухнувшая стена директорского кабинета. Впрочем, это была лишь малая толика славных деяний братьев Пашковых.

Справедливости ради нужно заметить, что неудачи Лешку совершенно не расстраивали. Он искренне полагал, что не ошибается только тот, кто ничего не делает. А потому, потерпев очередное фиаско, Пашков один или совместно с младшим братом немедленно принимался вынашивать очередной потрясающий замысел.

– Ну и на чем же основан твой четкий расчет? – поинтересовался Темыч.

– Говорю же: есть одна жидкость, – с большим чувством собственного достоинства проговорил Лешка. – Она наполовину фирменная, из магазина «Веселые гадости», а наполовину мы с Сашком довели ее до ума.

– Если вы с Сашком, то, значит, не до ума, а до безумия, – не удержалась от нового выпада Катя.

– Слушай, прекрати, – перебил ее Женька. – Дай Лешке как следует все объяснить.

– Вот именно, – подхватил Пашков. – Жидкость вышла потрясная. Воняет, аж жуть. Правда, не сразу.

– Как это «не сразу»? – посмотрел Олег на Пашкова.

– Ну, сначала она совсем чуть-чуть начинает вонять, – пояснил Лешка. – Зато потом, – с мечтательным видом добавил он, – хоть противогаз надевай. И вообще, Женька, тебе крупно повезло, что мы пишем это сочинение, когда уже топят. Если мы прыснем нашим с Сашком препаратом на батарею…

И, не договорив, Лешка причмокнул губами.

– А мы не отравимся? – всегда заботился о своем здоровье Темыч.

– Не боись, – хлопнул его по плечу Пашков. – Средство совершенно безвредное и экологически чистое.

– Можно подумать, что ты его уже проверял, – по-прежнему сомневался Темыч.

– Ну! – растянулся рот до ушей у Пашкова. – Мы с Сашком вчера на бабке проверили.

– И она жива? – всплеснула руками Катя.

– Что ей сделается, – отмахнулся Лешка. – Всего одна капля – и бабка вызвала аварийку. Ей показалось, что откуда-то газ идет. А откуда газ? – пожал плечами Пашков. – Наш дом давно уже перевели на электроплиты. Эти мужики из аварийки чуть с ума не сошли. Бабка наша орет, что где-то утечка газа. Они сами тоже чувствуют, что воняет. Начали газовые трубы искать. А где ж их найдешь, – ухмыльнулся Пашков. – Тут один мужик из аварийной бригады и говорит: «У вас, наверное, по какой-то случайности в стене газовый провод остался. Видать, его давно заглушили, а теперь прорвало. Будем стены ломать». Сашок как завопит: «Ломать не дам!» Естественно, Сашку не хотелось, – хмыкнул Лешка. – Он сразу понял, что нам потом предки устроят. Но другой мужик, на наше счастье, сказал: «Нет, это не труба. Наверное, у них просто тут где-нибудь стоят газовые баллоны для дачи. Они про них забыли». Бабка это услышала и принялась верещать не хуже Сашка. Мол, нет у нас никаких газовых баллонов. Ну а пока они спорили, запах выветрился. Мы с Сашком ведь совсем чуть-чуть капнули. Тогда аварийщики сказали, что газ надуло по вентиляционному коробу из соседней квартиры. Они потом еще часа два по всему подъезду ходили с проверкой. И только потом убрались подобру-поздорову.

– Ну, ребенок! – осталась в восторге Моя Длина.

Похвала Школьниковой воодушевила Лешку, и он, расплывшись в широкой улыбке, добавил:

– Вы слушайте дальше. У нас над кабинетом литературы что?

– Кабинет химии, – прекрасно знали ребята.

– А что в химическом кабинете? – продолжал Пашков.

– Реактивы! – выпалил Женька.

– Двойка тебе, Васильев, – мастерски передразнил Лешка химичку Алевтину Борисовну. – То есть реактивы, конечно, тоже есть. Но нам важнее, что там имеется газ.

– Точно! – подпрыгнул на месте Женька. – Роман мигом решит, что в химическом кабинете прорвало газовую трубу, и поднимет панику.

– Мыслишь правильно, – одобрил Лешка.

– Замогильно, ребенок! – вновь похвалила его Школьникова. – Если Роман впадет в панику, то тут же забудет про сочинение.

– Зато у меня будет твердая тройка в четверти, – добавил Женька. – Где твоя жидкость?

– Дома, – сообщил Пашков.

– Чего же ты так? – с упреком воззрился на него Женька. – Надо было с собой взять.

– Откуда же я знал, что ты сегодня к сочинению не подготовишься? – спросил Лешка.

Тут раздался звонок. Ребятам предстояла вторая алгебра.

– Беги домой, Лешка! – потребовал Женька.

– На большой перемене сбегаю, – пообещал тот. – Да ты не волнуйся. У Пашкова ведь голова! Так что все будет тип-топ.

Тут возле класса возникла математичка. Друзья поспешили в класс.

Глава 3

Полный «Обломов»

На большой перемене Лешка и впрямь побежал домой. Ожидая его возвращения, Женька настолько извелся, что у него даже пропал аппетит, и он, к немалому удивлению друзей, почти ничего не стал есть в буфете.

– Ты, Женечка, случаем не заболел? – с тревогой посмотрела на него Катя.

– Нет, – не сводил глаз со входа в буфет долговязый мальчик.

– У него просто сейчас решается вопрос жизни и смерти, – догадалась Моя Длина. – А в таких случаях не до еды.

– Вот именно, – дожевывая всего третий бутерброд, подтвердил Женька.

Тут в дверях показался сияющий Пашков.

– Ну? – кинулся к нему Женька.

– Порядок, – похлопал по сумке Лешка. – Теперь твое, Машка, и твое, Женька, дело в надежных руках.

– Своих-то предупредим? – посмотрел Олег на Лешку.

– Не вздумай, – ответил тот. – Тут самое главное – эффект неожиданности.

– Как бы этот эффект неожиданности не обернулся против всех нас, – мрачно проговорил Темыч. – Чует мое сердце…

– Отстань со своим сердцем, – перебила Катя. – Все равно оно у тебя никогда ничего хорошего не чует.

Темыч надулся и, отвернувшись в сторону, обиженно засопел.

– Тебе, Темка, хорошо рассуждать, – вмешался Женька. – Небось к сочинению подготовился.

– Естественно, – подтвердил тот. – Мне от Романа нужна хорошая отметка в аттестате. Я собираюсь поступать в Литературный институт.

– Че-его? – хором протянули остальные.

– Ой, не могу! – зашлась от хохота Катя. – Наш маленький Темочка собрался стать великим русским писателем.

– А чего такого? – внимательно поглядела сверху вниз Моя Длина на Темыча. – По-моему, среди русских писателей было много таких же мелких.

– Дура, – покраснел, как помидор, Темыч.

– А, между прочим, при поступлении в Литературный институт нужно представить на творческий конкурс собственные произведения, – с уверенностью заявила Катя.

– А у Темыча наверняка их нет, – грянул Женька.

– Есть, – пуще прежнего зарделся Темыч, который уже почти год втайне ото всех писал рассказы, мечтая прославиться на литературном поприще.

– Слушайте, – прошептал Пашков. – Я чего, зря домой ходил? Вы урок срывать собираетесь или не собираетесь?

– Естественно, собираемся, – сказала Моя Длина.