Сальери - Сергей Нечаев

— Вы были знакомы с Катариной Кавальери? Взгляд ее сделался бесстрастным.

— С Кавальери, которая пела партию Констанцы в «Похищении из сераля», — пояснил Джэсон.

— Ах, с ней! Да, я знала Кавальери.

— Говорят, она была любовницей Сальери. Констанца пожала плечами, словно не придавая

этому значения…

— Император предоставлял самые выгодные заказы Сальери, а не Моцарту.

— Тогда почему Моцарт давал Кавальери роли в своих операх, если она была любовницей Сальери?

— Она была примадонной императорской оперной труппы, а эта труппа пользовалась поддержкой трона. Моцарт не мог отказывать ей в ролях…

— Некоторые, к примеру, Сальери, находили ее красивой, — язвительно произнесла Алоизия. — Он прославился своим пристрастием к дивам, кастраты были ему ни к чему, да и выходили из моды, а Кавальери была полногрудой, полнотелой тевтонской красоткой и исполняла все его прихоти…

Итак, Катарина Кавальери. Ее настоящим именем было Франциска Магдалена Йозефа Кавальер, и родилась она 19 февраля 1760 года в пригороде Вены (по другим данным — 18 марта 1755 года). Ее отец Иозеф Кавальер был руководителем хора в одной из церквей. Ученицей Сальери она стала в 1774 году, а дебютировала на сцене в 1775 году, в опере «Мнимая садовница» (La Finta Giardiniera) Паску — але Анфосси. В том же году она исполнила одну из ролей в опере Сальери «Притворная дурочка» (La Finta scema). Потом она вошла в состав труппы Немецкой национальной оперы, открытой указом Иосифа II в 1778 году. В операх Моцарта в период с 1778 по 1782 год она исполнила около двадцати партий, и композитор утверждал, что она — певица, которой нужно гордиться. Продолжала Катарина Кавальери петь и в операх Сальери, а также в его специально созданных для ее голоса ораториях. Умерла она трагически рано, 30 июня 1801 года, так и не обзаведясь семьей.

Катарина Кавальери, обладая удивительным сопрано, по праву считалась одной из самых выдающихся оперных певиц своего времени. И конечно же Сальери обожал ее. Но как? Как прекрасную певицу, не более того. Так откуда же берутся сведения о том, что они были любовниками? Подобного рода «сенсации» рождаются очень просто. Вот, например, что писал жене после представления «Волшебной флейты» сам Моцарт:

«Вена, 14 октября 1791 года. Дорогая и прекрасная женушка! Вчера, в четверг 13-го, Хофер сопровождал меня, и мы пошли повидать Карла. Мы пообедали там и вернулись в карете. В шесть часов я поехал за Сальери и Кавальери, и я привез их в свою ложу. Затем я поспешил за твоей матерью и Карлом, которых оставил у Хофера. Ты не можешь себе представить, как Сальери и Кавальери были любезны и как музыка, текст и постановка понравились им. Они оба сказали мне, что это опера, достойная быть представленной на самых торжественных праздниках величайших монархов мира»{29}.

А вот текст нашего современника Эдварда Радзинского:

«Из дневника. 14 октября 1791 года. Я продолжаю пожинать плоды. На днях был на премьере “Волшебной флейты”. Зал переполнен. Моцарт ввел в мою ложу Сальери и его любовницу — певицу госпожу Кавальери. Сальери, как всегда, начал рассказывать о своих триумфах. Я давно примирился: жрецы искусства с интересом могут говорить только о себе. В кульминации рассказа, к счастью, погас свет и заиграли увертюру. Опера прошла великолепно. Даже Сальери был растроган и впервые забыл говорить о себе. Когда вошел Моцарт, Сальери его обнял»{30}.

Вроде бы почти одно и то же. Но у Моцарта нет ни слова о том, что Кавальери — любовница Сальери. А у Радзинского эти слова есть. Конечно, ведь он писатель и имеет право высказываться так, как ему вздумается. А то, что этим бросается тень на порядочного человека — какая разница? Главное, чтобы читалось интересно. А интересно, когда есть какая-то интрига, какое-то «грязное белье» или «скелет в шкафу»…

Добавим к этому цитату из книги Б. Г. Кремнева о Моцарте, и злобный колдовской отвар готов:

«Главарем враждебной Моцарту партии была певица Катарина Кавальери. Она ненавидела Моцарта так, как может ненавидеть только любящая женщина. Она любила Сальери и, похоже, была любима им. Для нее, женщины некрасивой и страстной, избалованной большим успехом у публики, но лишенной успеха у мужчин, эта любовь была больше, чем сильным чувством. Она была для нее жизнью. Сальери же, вообще-то мрачный, становился мрачнее ночи, как только разговор заходил о Моцарте. <…> И хотя Сальери был скрытен и неразговорчив, сердце любящей женщины подсказывало Кавальери, что это не только зависть — это страдание»{31}.

Как и за что можно ненавидеть композитора, в операх которого ты исполняешь главные партии? Это, похоже, никого не заботит. Главное же заключается в том, что таким вот простейшим способом можно опорочить практически любого человека. Казалось бы, Сальери пришел со своей ученицей на представление оперы Моцарта, и они оба похвалили ее, очень порадовав этим автора музыки. Так нет же: они, оказывается, любовники, сам Сальери завидует и страшно страдает от этой зависти, а она, «некрасивая и страстная», еще и ненавидит Моцарта, как любящая женщина…

Утверждается, что есть два вида логики — обычная и женская, но, похоже, есть и третий вид — логика писателя-фантазера, ищущего сенсацию там, где ее нет и никогда не было. На самом деле певица-сопрано Катарина Кавальери никогда не была любовницей Сальери. Композитор любил свою жену, и «семейная жизнь была очень важна для него»{32}.

Да, Сальери, ценя талант Катарины, покровительствовал ей. Да, он обожал свою ученицу, как обожал всё, связанное с хорошей музыкой. Всё это так, но в этом нет ничего предосудительного, ибо Сальери всегда хранил верность своей жене, памятуя об обете, данном на обряде венчания. Конечно, многим авторам, противопоставлявшим Сальери «праздному гуляке» Моцарту, очень хотелось найти изъяны и у него, и они это делали, но к реальному маэстро это не имеет никакого отношения.

Сальери отнюдь не был Казановой, но его харизма не могла не привлекать к себе в том числе и его учениц. Однако от этого до определения «любовница» — пропасть. Такая же, как между понятиями «любовница» и «любимая ученица». Именно по этой причине серьезные итальянские авторы предпочитают, например, такие выражения, как protetto (протеже) и un sentimento platonico та molto intenso (чувства платонические, хотя и очень сильные).

А вот, например, что пишет англоязычный биограф Моцарта Джулиан Растон:

«Кавальери (урожденная Кавальер) Катарина (1755-1801), сопрано, первая исполнительница партии Констанцы. Ученица и фаворитка Сальери (но не его любовница, как это часто утверждается), она перешла в “Бургтеатр” в 1783 году»{33}.