Сглаз - Вадима Галар

– Слава Богу, ничего не сломано и не повреждено, – произнесла тихо свекровь, – видать в рубашке родился наш мальчик.

– А чего же он такой тихий, и так странно смотрит, – прошептала Поля.

– Испугался он сильно, – ответила свекровь.

– Наверное, надо в больницу бежать, пусть там доктора проверят, глотая слёзы, прошептала Поля. – Прости, сыночек, что не уберегла тебя, уж лучше бы меня корова подняла на рога …

– Не раскисай, Поля, нет у нас на это времени, – прервала её стенания свекровь. – Не надо в больницу, доктора в этом ему не помогут, а я ещё смогу.

Бабушка заварила каких– то трав из своего запасника, и дала этот остывший травяной чай Алёше, приподняв его и буквально вливая ему в рот по глотку. Напиток усыпил мальчика. Затем, свекровь перенесла обмякшее тело ребёнка на покрытый одеялом стол, зажгла свечу у изголовья Алёши, и начала что– то тихо шептать, при этом поглаживая тело ребёнка. В конце она умыла его своей особой припасённой водой, и вытерла лицо внутренней стороной его же рубашки.

– Всё. – Устало произнесла свекровь. – Уноси его Поля спать в кроватку.

Когда Поля, уложив Алёшу, вернулась к свекрови, та сидела на том же месте без сил, бледная и постаревшая. Ей и самой казалось, что этот случай отнял у неё несколько лет жизни, но она согласна была отдать всё, чтобы её мальчик поправился. Видать таково настоящее материнское сердце, умеющее любить и жертвовать.

– Мама, – Поля обратилась к свекрови, – Алёша поправится?

– Думаю, что да, испуг я сняла, а внутренних повреждений у него нет. – Тихо произнесла свекровь.

– Спасибо, Вам… – Голос Поли предательски дрожал, она не выдержала и расплакалась.

– Поплачь, доченька, поплачь, это слёзы облегчения, когда всё уже плохое позади. – Свекровь с трудом поднялась со стула. – Пойду я тоже прилягу, а то устала что– то.

– Давайте, я Вам помогу постель расстелить, – встрепенулась Поля. – Может чаю приготовить? – Вспомнила вдруг невестка любимую привычку свекрови чаёвничать после бани.

– Нет, милая, спасибо. В сон меня клонит. Этот случай все силы у меня забрал. Так что, лучше всего сейчас для меня поспать.

Поля, после того, как помогла свекрови лечь, проверила мальчиков. Алёша спал, бледность прошла, и выглядел он, как обычно. Серёжа уже проснулся и тихо лежал в своей кроватке. Поля накормила младшего сына, умыла и подмыла, поменяла ему одежду, и опять уложила в кроватку, сомлевшего от всех процедур, мальчика. К тому времени вернулся Анатолий. Поля плача, рассказала ему о случившемся, и попросила разобраться с соседями по поводу бодучей коровы, которая чуть не лишила их Алёши жизни.

– А не с кем разбираться, – сказал Анатолий. – Ветеринара нашего я сейчас встретил, так он от соседа выходил. Сказал, что соседская корова издохла. Пена кровавая ртом пошла, пятнами покрылась, рога обуглились. Вроде днём сосед корову пустил в огород погулять. А к вечеру хотел загнать, а та во дворе мёртвая лежит.

– Тогда лучше им ничего не говорить, а то подумают ещё, что мы её отравили. – Осмысливая рассказ мужа, сказала Поля.

На следующее утро, Алёша проснулся рано, но был необычно тих и спокоен. Поля не отпускала ребёнка ни на шаг, не забывая и о Серёже. Она переделала все утренние дела, и ей уже надо было бежать на работу, а свекровь всё не выходила из своей комнаты.

– Мама, мне уже пора бежать, – с такой фразой Поля с детьми зашла в комнату свекрови, и увидела ту бледную, лежащую до сих пор на кровати. – Вам плохо, мама?

– Что– то занемоглось, мне доченька. Видать вчера на себя всё забрала. Не смогу я сегодня за внучками приглядеть. – Она ласково посмотрела на Алёшу. – Ну что, мой дорогой, с днём рождения тебя.

– Вы лежите, лежите. Может врача позвать? Сейчас я чаю приготовлю. – Захлопотала Поля. – Я с Вами и детьми дома побуду, сколько надо, отпуск возьму, да и дома можно поработать. Семён Львович мне не откажет.

– Ни надо никого звать. Сама выкарабкаюсь. – С невесёлой улыбкой произнесла свекровь. – А от чая не откажусь.

Прошло несколько дней, а свекрови лучше не становилось. Местный фельдшер назначил лечение, но по поводу диагноза ничего вразумительного сказать не мог. Дочери же, мать ни навестить, ни забрать для ухода к себе не пожелали. Тут ещё новая беда нагрянула. Анатолий из– за болезни матери запил. И Поля вместо необходимой ей помощи получила ещё одно неразумное дитя. Собутыльники на работе вправляли ему мозги, что хватит быть «подкаблучником», и пора уже показать, кто в доме хозяин. Ну, он и показал. Свекровь, увидев утром синяк на лице Поли, покачала головой и сказала:

– Ты, прости, меня доченька, что не воспитала сына, как надо. Но этому я его не учила. Но видать, мне надо исправить свои ошибки. – И добавила. – Мне получше уже. Съезжу с соседом в город в больницу. Да и дела кое– какие надо сделать.

Вечером, когда Анатолий вернулся с работы во время и почему то трезвый, мать ждала уже его, сидя за кухонным столом. Она позвала Полю, и начала свой разговор сразу, как только он переступил порог. Сын не мог смотреть ей в глаза, и был похож в тот момент на виноватую побитую собаку. Каждое слово сказанное матерью было для него, как удар хлыста. Мать продолжала говорить тихо, медленно, отпечатывая каждое слово:

– Значит так, сын. Обещания данные тобой жене оказались пустыми. Твои собутыльники заменили тебе семью и детей. Настоящий мужчина никогда не поднимет на женщину руку. Такое не прощается. Ты теперь для меня пустое место. Но у меня есть долг перед Полей и моими внуками. Я виновата перед ней, ведь я вместе с тобой давала ей обещания. Поэтому, я сегодня выполнила то, что должна была сделать. Теперь этот дом принадлежит Поле. И, как только она скажет тебе убираться, то ты должен покинуть этот дом, забрав только свою одежду. Это моя последняя воля и ты обязан её выполнить. Ни ты, ни твои сёстры на этот дом претендовать не можете. И не дай Бог вам меня ослушаться. Этот дом Полин и детей. Я всё сказала.

Мать повернулась к Поле, и сказала той ласково:

– Давай доченька чаю попьём. Я кое– чего в городе вкусного купила. Да и платок тебе тёплый, красивый, возьми там на кровати. Да ещё там разное, всё тебе да деткам. Сама разберёшься.

– Спасибо, мама. Не надо было, – засмущалась Поля. – Вы ведь ещё не поправились совсем. Да, а что там сказал доктор.

– Ну, как обычно. Что нам старикам говорят то. От старости лекарств пока нет. Ну, хватит про болезни. Чаю хочется.

На Анатолия никто не обращал внимания, как будто он и впрямь был пустым местом.

Жизнь текла своим чередом. Поля пока работала дома, т. к. свекрови было тяжело управиться с двумя мальчиками, да и хозяйство было не маленькое. К Алёше вернулась его непоседливость. За ним был нужен глаз да глаз. Однажды Поля пошла к колодцу за водой, старший сын увязался с ней. Соседка заговорила её, расспрашивая про свекровь. Поля вдруг обнаружила, что в руке она держит только варежку сына. Маленький озорник опять умудрился выскользнуть. У неё похолодела в груди, когда она нашла глазами проказника: тот заглядывал в колодец, почти перевесившись вовнутрь. Тихонько, чтобы не напугать ребёнка, и не дать ему от страха и неожиданности упасть в колодец, Поля подобралась и, схватив его за плечи, притянула к себе. Сердце билось так, что казалось, выскачет наружу.

– Алёшенька, не надо так больше делать, а то мама, чуть не умерла от страха. Там в колодце страшная «бабайка» живёт, – решила она отвадить ребёнка от опасного места. – Ты не смотри в колодец, а то эта «бабайка» детей к себе забирает. Хорошо, договорились? Пообещай маме. – И Поля посмотрела в лицо мальчика в ожидании ответа.

Мальчик купился на хитрость матери, и серьёзно кивнул головой. Больше он не хотел заглянуть в колодец.

К Новому Году позвали соседа зарезать кабанчика. Побаловались свежениной. К празднику налепили пельменей, наделали котлет, насолили сала. Снимая пробу с сала, дали и кусок попробовать, крутившемуся у стола Алёшке. Тот через некоторое время прибежал и ещё попросил кусок.

– Гляди, как внучку сало– то понравилось, – рассмеялась свекровь.

– Пусть ест, ему не вредно, он у нас стройный, – сказала в ответ Поля, и вдруг насторожилась. – Мама, что– то Серёжа замолчал.

Младший сын до этого громко агукал и издавал различные звуки из своей кроватки. Это было одно из его любимых занятий, и, благодаря этому, Поля успевала всё по дому. Но, видать, материнское сердце предсказало, что что– то случилось с Серёжей. Поля кинулась к нему и увидела, что ребёнок синий, а рядом с ним беспокойно крутится Алёша с куском сала в руке, тыча в него пальчиком, и, что– то лепеча. Что– то подсказало матери, что Серёжа подавился салом, которым его угостил старший брат. Не помня себя, Поля схватила на руки синего младшего сына и умудрилась вытащить изо рта застрявший кусок сала, благо, что тот был не глубоко. Ребёнок облегчённо вдохнул и разразился таким плачем, что заложило уши. Так он проплакал почти полчаса. Когда Серёжа, уже после всего случившегося, успокоился и тихо посапывал в своей кроватке, а притихшему Алёше было объяснено, что младшему брату со стола еду давать может только мама, свекровь заговорила с перенервничавшей Полей.