Моя. Чужая. Истинная - Анна Сафина

– Грех, это грех… – хрипела Марта, продолжая ранить себя осколками серебра.

Я же словно прилипла к месту, впиваясь взглядом в лежащего мужчину. Впервые смогла рассмотреть его без стеснения. Короткие посеребренные волосы, смоляные выразительные брови, прямой нос, квадратная челюсть и выступающие из-под верхней губы резцы – настоящий генофонд крови волколаков.

Сердце колотилось о грудную клетку, а к горлу подступил от страха комок, мешавший дышать. Ладони вспотели и похолодели, по позвоночнику прошелся ток, который лавой растекся по венам.

– Всё хорошо, Марта, прошу вас, – наклонилась и снова попыталась поднять повитуху.

Ее ладонь была зажата в кулак, пропитанный кровью. К горлу подступила тошнота, я еле-еле сдержала порыв и потянулась к крупной связке цепи, которая была в ее руках, явно причиняя чудовищную боль.

– Ай, – заскулила, отдергивая пальцы, на которых проступил ожог.

По коже потекла кровь, и вместе с этим одновременно со стороны кровати раздалось рычание. А затем я увидела, как Айвен медленно открыл глаза. И в них отражалась темная бездна, не сулящая ничего хорошего тем, кто посмел пойти против его громогласной воли.

– Немедленно убери руки от серебра, Нереа! – грубый приказной тон волколака.

В голосе звучала странная вибрация, наказ, которого мне не дозволялось ослушаться. Я притянула руку к груди и почему-то отошла от Марты. Та вдруг подняла голову и в ужасе глянула на Айвена. Запричитала, стала отползать к стене.

– Святые волки, спасите-сохраните, – молилась она вслух, тщетно взывая к высшей силе.

Я хотела кинуться к ней на защиту, но сдвинуться с места не смогла. Неведомая сила пригвоздила меня к полу, и я могла лишь безмолвной тенью наблюдать за развернувшимися событиями.

– Надеешься на защиту небесных волков, старая? – сел на кровати Айвен, приняв горизонтальное положение, и насмешливо произнес, сводя густые брови на переносице. Лоб пересекала характерная морщинка, руки кулаками упирались в постель, а огромные ступни расположились прямо на остатках серебряной цепи. – Так уверена, что они обратят на тебя свое внимание?

Я не могла отвести взгляда от его ног, на которых так и не проступила кровь. Словно серебро не причиняло ему вреда. Невозможно. Противоестественно. Даже сила археев не была настолько безграничной.

– Святые волки, святые волки! – заверещала Марта. – Я не виновата, не виновата, это всё он, не я…

От испуга и неожиданности она отшатнулась и упала на спину, приподнялась и, бормоча себе под нос, поползла дальше. Никогда я не видела ее в таком состоянии. Обычно ворчливая, но хладнокровная при родах и лечении, сейчас она являла собой жалкое зрелище. Мне вдруг стало жаль ее, несмотря на многочисленные оплеухи и оскорбления. Всё же она меня кормила, не давала в обиду другим самцам. Уверена, в душе она была неплохой женщиной.

В это время Айвен медленно и вальяжно встал с постели, совершенно не стесняясь своей наготы. Плавно двинулся вперед, повел широкими плечами и расправил их. Показалось, словно он занял всё пространство помещения, заставляя чувствовать себя ничтожной и маленькой. Даже стены сейчас давили на меня грузом, но я вынужденно стояла столбом, будучи не в состоянии управлять своим телом.

– Я услышал достаточно! – громыхнул Айвен, а затем хрустнул шеей.

Вой Марты неожиданно и резко оборвался, в воздухе перестало витать напряжение, и я снова обрела власть над собственным телом.

– Ч-что эт-то было? – прошептала, хватаясь руками за горло и отступая на несколько шагов назад, пока не споткнулась о коврик у порога.

Ухватилась за косяк в последний момент, чуть не упав.

– Я не собиралась идти против вас, нагваль, – пала ниц повитуха и стукнулась лбом о пол, словно в священном ритуале поклонения в храме волчьих богов.

Новое незнакомое слово ни о чем мне не говорило, а действия Марты казались мне странными, не поддающимися логическому объяснению.

– Молчать! – одно мужское слово, и наступило молчание.

За окном зазвучал стройный стрекот цикад, разрезавший воцарившуюся тишину, зашелестела листва, шепотом и низким гулом взывая ко мне. На секунду показалось, словно дом задрожал, а в подполе зашевелились корни древних дубов, разрыхляя грунт и заставляя землю тревожно гудеть.

“Пора…”

Это было безмолвное предупреждение, адресованное мне.

С детства лес благоволил мне, но и требовал многого в ответ. Порой разгадать желания духов леса было сложно, но в этот раз меня охватил отчего-то настоящий ужас. Всё сошлось к одному.

– Нагваль, – зашептала и сложила ладони в молитвенном жесте Марта и потерла их друг о друга.

Вот оно. То, что взбудоражило лес. Айвен, которого повитуха называла загадочным словом “нагваль”. Он был чужаком на нашей земле, пришлым, чья кровь не была окроплена над ставкой нашей стаи.

– Ты узнала меня, старуха, но осмелилась вредить? – вздернул бровь мужчина, повел плечами, казалось, сбрасывая тяжесть.

И я знала, что на него давит. Дух нашего леса.

– Нет-нет, я просто не смогла противостоять альфе, это его приказ, пощади, нагваль, – снова озадачила меня Марта, отчего я не успевала переварить свои предположения и догадки.

Я забилась в угол, практически скукожилась, наблюдая за происходящим. Смотрела на мужчину уже совершенно другими глазами, ведь впервые наглядно видела, что лес мог говорить не только со мной.

– Где старейшины вашего клана? – вопрос, адресованный нам обеим.

Я ответить на этот вопрос не могла, стояла будто воды в рот набрала.

– Я как раз ходила к ним, господин, – голос Марты звучал уже более приободренным, она словно что-то увидела в глазах волколака. – Но я обычная повитуха, негоже мне вмешиваться в их собрание.

Айвен поморщился, посмотрел на нее, как на букашку, величественно кивнул.

– Сейчас же принесешь мне одежду, а затем отведешь к вашему альфе. Кто из археев покровительствует вашему клану? Отвечай немедля!