Да, босс! (ЛП) - Джулиана Коннерс

Толпа вздохнула. Это был действительно захватывающий вид.

— Мы забрались туда не прямо сиюминутно, но шаг за шагом, работая вместе как команда. Поэтому меня не было здесь, чтобы встретиться с вами, когда вы были стажерами, прошлым летом. Но я вынес ценные уроки, чтобы рассказать о них вам. Мы все — это та же команда. Мы все должны делать свою часть работы. Каждый из нас должен делать то, что от нас просят.

Я пристально посмотрел на Мэделин, которая подняла на меня глаза, а потом снова опустила их вниз.

Она признает, что я хочу ее, и молчаливо подтверждает, что тоже меня хочет.

— Концепция командной работы в том, чтобы работать вместе и помогать друг другу, именно поэтому я начал программу наставничества помощников, — продолжил я.

Я вижу трех женщин, сидящих в конце стола с прямыми спинами. Несомненно, они слышали об этой программе. Они знают, что кто бы ни стал моей подопечной, будет также и моей любовницей. И все они хотят быть такой подопечной.

И поэтому они никогда ею не станут. Потому что они настолько чертовски этого хотят. Я ненавижу простые цели. Я люблю трудности.

Я смотрю на Мэделин и продолжаю.

— Ваши наставники найдут вас позже сегодня днем и установят начальные задачи, — говорю я собравшимся. — Остальная часть сегодняшнего знакомства будет посвящена офисным процедурам таким как бухгалтерия, использование системы переводов, работы с заданиями, используя программное обеспечение фирмы и компьютеры, и тому подобная информация.

Все продолжают делать записи, даже когда встреча уже закончена. Каждый схватывает каждое мое слово. Особенно девушки, которые думают, что я выберу одну из них как мою подопечную. Но они ошибаются. Потому что я хочу только Мэделин.

— Есть много практических вещей, которые вам придется узнать в эти первые несколько дней и недель, — продолжаю я. — Но ваши встречи с наставниками будут тем временем, когда вы проникните в сердце и душу практического права, поэтому обратите особое внимание. Ваш наставник будет вашим тренером, вашим гидом и вашим гуру. И я надеюсь, что такие взаимоотношения сослужат вам хорошую службу на протяжении всей вашей работы помощниками здесь в «Маркс, Санчес и Рид».

Все ждут, затаив дыхание. Они хотят выяснить, чьим наставником буду я. И, возможно, даже более важно то, кто будет моей подопечной.

Я улыбаюсь, зная, что дразнил их уже достаточно.

— У Моник лист наставников и их подопечных, который она отдаст вам сейчас, до того, как начнется та часть встречи, которая будет касаться заработной платы, льгот и преимуществ. Нет никаких определенных причин, по которым вам были назначены определенные наставники, поскольку мы о вас еще знаем не многое, и мы только надеемся, что сделали хороший выбор на основании ваших интересов и целей.

Три женщины за столом шепчутся друг с другом, и очевидно, что они мне не верят. Они знают, что моя подопечная тщательно отобрана в первую очередь, также как и большинство остальных. Но некоторые распределены случайным образом, и лучше подчеркнуть этот факт, чтобы не было обвинений в фаворитизме или несправедливости.

— Без дальнейших промедлений я оставлю вас в добрых руках Моник.

Все выглядят разочарованными, но я не мог удержаться чтобы не подразнить всех напоследок, до того, как сделаю мое большое объявление. Вот оно, хотя и понравится только одному человеку.

По крайней мере, лучше бы ей понравилось. И если не сейчас, то она придет к этому позже. Потому что я очень хорош в убеждении.

— Я ухожу до конца дня. У меня сегодня встреча с клиентом, и скоро вы узнаете, что жизнь в фирме никогда не останавливается. Но прежде чем уйду, буду рад объявить вам, что моей подопечной в этом году станет Мэделин Сен-Клер. Я рад, что это стала именно она, и надеюсь, что вы также будете удовлетворены вашими назначениями.

Я могу слышать вздох Тары Мэйсон, когда иду по направлению к выходу. Она закрывает свой рот, но шепчет что-то Мэнди. Раздражающая реакция — одна из тех многих причин, по которым я никогда не буду ее наставником.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Я гляжу на Мэделин и поднимаю бровь. Она смотрит прямо на меня, как будто бросая мне вызов.

Нет ничего, что я любил бы больше, чем брошенный вызов. Поэтому я и выбрал Мэделин вместо Тары — или кого-либо из ее шайки — еще тысячу раз. Мэделин снова опускает глаза.

Но знаю, что она услышала мое послание громко и четко — я в этом убедился, сделав это посреди комнаты, полной ее коллег, — и теперь ее очередь отвечать на мои намеки.

Для лучшего эффекта я роняю лист бумаги напротив нее, до того, как покинуть комнату.

И если она та женщина, которой, думаю, является, тогда она будет моей.

А я никогда не ошибаюсь в таких вещах.

Мое чутье на женщин так же хорошо, как и чутье в предпринимательстве и зарабатывании денег. Хотя так было не всегда — мое знание желаний женщин не шло со мной с детства, как способности в бизнесе, типа марблс.

Мне пришлось учиться на собственном опыте, чтобы разобраться в своих желаниях и понять, чего действительно хочу. Но однажды осознал это, я оказывался прав относительно женщин также, как был прав в бизнесе и юриспруденции.

И знаю достаточно о женщинах, чтобы понимать, так или иначе Мэделин станет моей.

Глава 10

Мэделин

Я говорю себе не открывать записку, пока встреча не закончится, но не сдержалась. Но когда Моник объясняла кадровую и бухгалтерскую информацию, которую я уже знала из моих скучных утренних часов в Офисном Аду, сидя напротив компьютера, начала чувствовать будто записка прожигает дыру на столе передо мной.

Вижу, что Барби почти также встревожены по поводу открытия этой записки, как и я. Также замечаю, когда Моник проходит мимо с листом наставников, что им не очень-то понравились их назначения.

Они тайком продолжают бросать на меня взгляды и переглядываться между собой. Говоря себе, что просто хочу спасти их шеи от перенапряжения, так они жаждут увидеть, о чем та записка, я наконец открываю сложенный лист бумаги. Честно, я и сама не могу больше ждать.

Бумага изысканная, старомодная, такая, которую уже никто больше не использует. На ней выбиты инициалы Э.Ч. М. и в верхней части написано:

«С рабочего стола Эшера Чарльза Маркса, эксвайр».

Записка короткая и простая.

«Мэделин,

приходи в мой офис после всех мероприятий, чтобы получить дальнейшие инструкции к твоей первой практической сессии.

Эшер».

Мое сердце подпрыгивает прямо до горла. Записка звучит достаточно профессионально, но есть подтекст, который делает ее немного личной. Особенно эта последняя часть.

Моя первая практическая сессия?

Помня, что все глаза обращены на меня — или, по крайней мере, те, которые принадлежат Барби и их маленького друга Кена — я закрываю записку и затем что-то печатаю на моем ноутбуке — хочу сделать вид, что записываю заметки из записки Эшера.

Хочу, чтобы они думали, что мне уже назначено большое важное задание, даже если знаю, что они считают меня кем-то вроде новой секс-рабыни Эшера. Но я всего лишь была выбрана его подопечной. И это все, на что я когда-либо соглашусь, в любом случае.

Так ведь? Я не могу не спросить себя.

Не уверена, что делать в такой ситуации. Я польщена, что Эшер выбрал меня своей подопечной, но хочу добрые профессиональные отношения с ним, возможно ли, что он выбрал меня за мой ум и доказанное трудолюбие?

Но тогда это значит, что он не заинтересован во мне физически. Как и предсказывали Барби. Может быть, даже из-за моих толстых лодыжек.

Я сознательно заставляю себя не смотреть вниз на мои лодыжки. Не хочу позволить Барби узнать, что они повлияли на меня. И знаю, что логические размер и форма моих лодыжек не изменилась ни на миллиметр с тех пор, как смотрела на них в последний раз в уборной этим утром.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

И, очевидно, Эшера не волнуют мои предполагаемые толстые лодыжки. Выбрал ли меня по профессиональным причинам или по личным, или по обоим, совершенно ясно, что он выделил меня из всех возможных подопечных, лодыжки там замешаны или нет.