Семь небес Ньёрра. Судьба мира - Ника Нагорных

Эх, знал бы ты, с кем ты сейчас говоришь… Перед тобой стоит и смеется с этих шуток твоя собственная гибель…

— Не боюсь, я как колобок, от бабушки ушла, от дедушки ушла и от тебя, серый волк и подавно уйду — рассмеялась я и мы пошли петлять через дворы.

Минут через двадцать мы пришли к веселого желтого цвета пятиэтажке и поднялись на третий этаж. Сразу стало понятно, что богатого убранства внутри ждать не стоит. Дверь, которую мой спутник открывает ключом, единственная деревянная на весь этаж. Покрашенная краской для пола, аккуратная, но не выгодно выделяющаяся на фоне железных дверей соседей.

Внутри меня ждала типичная хрущевка, ремонт в которой не делали судя по всему уже лет двадцать. Но довольно аккуратная обстановка для холостяцкой берлоги. На сколько я брезгливая, но отвращения, которое обычно всегда возникало в гостях у новых знакомых, в этот раз я не ощутила. Посуды у парня оказалось совсем мало. Две кружки, две чашки, три вилки да горсть ложек. Похоже больше, чем к одному гостю за раз он не готов.

Выпив обещанный кофе, растворимый, с молоком и печеньками, мы пошли в большую комнату, где обстановка стоит довольно мрачная. Старые советские стенки темно-бордового, почти черного цвета, занимающие как правило целую стену, всегда нагоняют на меня тоску, где бы я их не встречала.

Когда мы удобно уместились на таком же старом, как и остальная мебель в квартире, диване, он заговорил о том, чего я ждала.

“Всю жизнь я был обычным ребенком, хорошо учился, занимался спортом, был послушным и добрым, но после смерти мамы, когда я был в одиннадцатом классе, все изменилось. У меня стали случаться провалы в памяти, стало сложно сосредоточиться, мозг будто перестал работать. Что-то вспомнить, сделать простейшие выводы, создавать причинно-следственные связь стало неимоверно тяжело. Это состояние накатывало приступами и прошел не один год прежде чем бабушка, с которой я остался жить, поверила мне и разрешила обратиться к психиатру. Правда три года назад и ее не стало. Я остался один, состояние хоть и улучшилось немного благодаря таблеткам, но количество побочек просто огромное, посещения психиатра частые и обязательные, периодически таблетки приходится менять что вызывает длительные приступы адаптации, с возвращением симптомов болезни. Точного диагноза никто так и не смог поставить, лечат от рассеянного стрессопровоцируемого дегенеративного склероза. Но результат не лучший. Если честно моя жизнь просто ад все эти годы. Я стараюсь учиться и работать, но из-за регулярных приступов "разжижения мозга" просто не могу. Жил все это время на скопленные до совершеннолетия деньги, но они скоро закончатся и я просто в панике, не знаю, как жить дальше. Прости, что все это тебе рассказываю. Это совсем не то, что я наговорил о себе ранее, я много врал. Я иногда знакомлюсь с девушками, чтобы отвлечься, пообщаться, зарядиться позитивом, но в тебе есть что-то, из-за чего я захотел открыться.

— Как же тебе тяжело… Я… Понимаю, почему мы встретились. Теперь понимаю. Ты должен выслушать меня. Я здесь не просто так…

И я рассказала ему о Пустоте, испытании и втором шансе. Да, я приукрасила и соврала, но он совершенно спокойный и даже радостный пошел со мной…

В этот раз я впервые решила дождаться результата испытания. Знаю, что его отведут к Стержню, позволят взглянуть на него и тогда его Аим выберет, продолжить жить эту жизнь или покончить с этим. И в последнее время по словам Арта и Алексея практически каждый вытащенный из водоворота выбирает второе. Видимо то, что транслирует в сознание испытуемого, голодный и готовящийся произвести на свет Хранителя, Стержень, отличается от ранешнего испытания.

Моему удивлению и счастью не было предела и эмоции нашли выход в прыжках на одном месте, со сжатыми кулаками, когда я узнала, что этот мой потеряшка испытание прошел. Первый человек, боль которого я решила выслушать перед тем как отвести сюда, попал в тот мизерный процент остающихся жить эту жизнь. Совпадение? Или я нащупала что-то способное преломить печальную статистику? Не терпится проверить. Но нужно возвращаться к своей собственной "увлекательной" земной жизни. Меня ждут тряпки, губки, моющие средства, горы мусора и грязного белья.

На работе в разгар вступал сезон, когда отдыхающих заезжает максимальное количество и теперь выходные светят ой как нескоро. Работы будет много, очень много. По этому поводу руководство даже провело собрание, где персонал познакомился со всеми руководителями структур комплекса, с коллегами из других подразделений и с удивительной девушкой, по имени Мария, представленной как "человек, к которому всегда можно обратиться за помощью, если стало совсем тяжело". Интересно… Психолог? Просто подруга директора? В любом случае у меня вряд-ли хватит смелости к ней подойти. Так я думала, пока вдруг она сама не обратилась ко мне с похвалой за работу. Вскоре меня с подружкой стали звать убираться к Марии и как-то так вышло, что мы начали с ней общаться. Немного разговоров о работе, отношениях, семье, ничего очень глубокого, но меня зацепило. В этой кареглазой, смуглой брюнетке я ощутила что-то родное, теплое, при этом сквозь нее бьет такой поток энергии, что она просто не могла быть обычной, непосвещенной смертной. Причем этой особенности я не замечала, пока после очередного душевного разговора невзначай не приобняла ее в порыве чувств. Теперь мне этот человек стал вдвойне интересен, жаль возможность пообщаться выдается довольно редко.

Незаметно пролетел месяц. Когда дали следующий выходной на два дня, я запланировала на них охоту. Домой не поеду — здесь, на базе, мне проще оставить тело бесцельно бродить или жить на автомате, пока я буду пытаться разговорить следующего из потерянных.

Однако и настоящий выходной устрою. Только там, где я могу не переживать о течении времени на Земле. Хорошенько отосплюсь в своем крошечном Лигурском домике, схожу в библиотеку — за этот месяц у меня появилось множество вопросов, на которые пора поискать ответы. Потом еще посплю, помедетирую у Ленты… Да, мне определенно нужно было сделать это раньше, но я чувствовала, что устрой себе выходные в Лигуре посреди высокого сезона на базе, я не смогу быстро и безболезненно вернуться в тот же темп. Сейчас же можно выдохнуть. Когда отправлюсь на Землю, на работу, там сам собой уже изменится ритм жизни и влиться будет не сложно.

Иногда сон действительно лучшее лекарство, однако проснувшись впервые за долгое время не от будильника, оставшись без мотивации скакать как заведенная, я кое как