Зигзаги судьбы. Жизнь продолжается - Таша Таирова

моя завтрак готовила, а дочь стирала, и обе упали, ноги-руки не двигаются, Маруська говорит, что голова сильно болит и тошнит. Делать-то что?

– Срочно откройте все окна, дверь в подъезд оставьте открытой, выключите плиту и колонку! Соседей позовите, чтобы сестру вашу в подъезд вытащить помогли. Матвей, живо! Отравление угарным газом!

Машина сорвалась с места, Алиса сидела молча, крепко вцепившись в ручку сидения. Матвей подпрыгивал на кушетке, стараясь удержаться за фиксирующие ремни.

– Алиса Дмитриевна, – тихо обратился он к напряжённо молчащей Почаевой, – а почему вы думаете, что это отравление?

– Да тут и думать нечего, – ответил за Алису дядя Паша. – Ты адрес слышал? То-то же! У нас из этого района каждую зиму вызовов по тридцать-сорок поступает. Куда прёшь, скотина? Накупили прав, сосунки, машину водить не умеют! Алис, дом какой?

– Пятнадцатый, дядя Паша, как раз за школой.

Водитель резко крутанул руль и погнал машину по каким-то боковым улочкам, о существовании которых никто и не догадывался. Через несколько минут Алиса выскочила из машины, не глядя на бегущего за ней Матвея, толкнула дверь и побежала по лестнице, прислушиваясь к голосам на верхних этажах. Она влетела на площадку и бесцеремонно оттолкнула пьяного мужика в грязной майке и растянутых на коленях брюках.

– Слышь ты, жаба, я щаз как толкну, – пьяный сосед поднял руку и тут же присел, потому что его грязную ладонь перехватил Матвей, что был выше почти на две головы. – Ой, это ж врачи приехали. Ну пошёл я тогда. – Он бочком посеменил к своей квартире, грохнул дверью, и наступила тишина.

Матвей быстро осмотрелся, открыл чемоданчик неотложки, надорвал упаковку одноразового шприца и молча вытащил ампулы кордиамина.

– Молодец, студент. Дядя Паша, спасибо за кислород. – Воскобойников обернулся, продолжая набирать лекарство в шприц, и с удивлением уставился на водителя, который следом за ними тащил синий баллончик.

Молоденькая девочка, сидевшая на полу у открытого окна в подъезде, послушно вдохнула первые глотки кислорода и глухо заговорила:

– Я стирала, а мама на кухне кушать готовила. Потом позвала меня, я прибежала, а она на полу лежит, рвота началась. А я забыла, колола она инсулин или нет, думала давление ей померить, но мне тоже так плохо стало. Голова разболелась, ноги как ватные, ничего не понимаю, хорошо что тётя Оля приехала. Я еле до двери доползла, а она уже потом вас вызвала.

– Я пока вас слушала, думала, что с ума сойду. Маруська-то наша совсем дитя, а вдруг тоже диабет проклятый?

– Успокойтесь, – Алиса посветила маленьким фонариком в глаза лежащей на полу в коридоре женщины и с улыбкой спросила: – Сейчас полегче?

– Да, доктор, но голова сильно болит.

Почаева приподняла женщину за плечи и накинула на неё большое полотенце, что лежало рядом. И только тогда все неожиданно почувствовали жуткий февральский холод. Дядя Паша уверенно зашёл в квартиру, внимательно посмотрел на газовую плиту и включил вытяжку, раздался какой-то щелчок и больше ничего.

– Вытяжка у вас сломана, дамы. Скажите спасибо, что ваша сестра в гости забежала, а то так и до горя недалеко.

– Муж должен прийти скоро, – слабо прошептала сидящая женщина.

– Муж вас в больнице навещать будет, – уверенно ответила Алиса. – Ольга, простите, отчества вашего не знаю. Помогите Маруське вашей одеться, документы не забудьте. Дядя Паша, помогите мне.

Вскоре пострадавшие мама с дочерью под тихие всхлипы сестры были доставлены в больницу. Алиса молча заполнила карты, передала дежурному врачу и усмехнулась на его фразу:

– Везёт тебе, Алисыч! Уже который случай из того района.

– Да, Сенька, и все мои. Ну, бывай. Да, в газовую службу мы сообщили уже, если что. – Она вышла из больничного корпуса, села в машину, откинулась на спинку кресла и тихо заметила: – На этот раз успели. Домой, дядя Паша.

Машина медленно выехала через кованые больничные ворота и понеслась по просыпающемуся городу. Все молчали, думая о своём. Матвей несколько раз мельком взглянул на уставшую Алису, а затем тихо спросил:

– А почему «на этот раз», Алиса Дмитриевна?

Почаева криво улыбнулась, а водитель кратко ответил:

– Потому что мужика в доме нет! В прошлый раз только ребятёнок выжил, девчуля трёх годков. В детский дом попала. Потому что дома старые, за вытяжками следить надо, да и квартиры проветривать не мешало бы.

– Угарный газ, Матвей, чрезвычайно коварная штука. Ни запаха, ни вкуса, ни цвета. Симптомы нарастают стремительно. У отравленных мало времени, чтобы понять причину и адекватно отреагировать. У спящих – просто нет никаких шансов. Умирают целыми семьями, и дети, и взрослые – в каждом старом районе и окружающих сёлах старожилы помнят хотя бы один такой случай; то заслонку в печке рано закрыли, головня не догорела – и спать легли, а на утро никто не проснулся, все мертвы. А в городе, как сегодня, – вытяжки не работают, газовые колонки неисправны. И помочь таким пациентам нечем. Есть рекомендации по использованию азицола... да только противоядия и антидота в таких случаях нет. Вот так, студент. А знаешь, это хорошо, что такой случай случился в твоей практике, а то так получится, что я исчезну, а ты уже всё знаешь и умеешь.

Матвей криво усмехнулся и уставился в окно, за которым мелькали дома и прохожие. Смерть... неожиданно, внезапно, готовя еду или стирая... в один момент. Как хрупок человек, как ненадёжны его дома, как быстро можно потерять всё и всех. Как всё непрочно, неустойчиво и шатко. Как неожиданно можно потерять любимых и родных. Он прикрыл глаза и улыбнулся, вспомнив отца, который обнимал маму и целовал её волосы. А ведь потерять родного человека можно так внезапно.

Воскобойников вздрогнул и передёрнул плечами. А хорошо, что есть они – скоровики, люди, которые дорисовывают на ладони линию жизни! Только что это за заявы со стороны Алисы? Куда это она намылилась?

___________________________________________________________

Приглашаю читателей на встречу с прекрасной книгой! Для тех, кто ценит красивый слог, кто знает, что в жизни не всё идеально, но к этому надо стремиться!

https://litmarket.ru/books/sofya-vera-nadezhda-i-razumeetsya-lyubov

Глава 5

Соня устало опустилась на кушетку и с силой потёрла щёки. Холодная зима давала свои плоды – каждое дежурство поступало несколько малышей с пневмониями и бронхитами. Палаты и боксы были заполнены полностью, а работать приходилось с двойной нагрузкой –