Пламенный вихрь - Бренда Джойс

Через минуту он откатился в сторону. Он никогда не оставался на всю ночь у своей любовницы Одри, и сам удивился, что провел ночь здесь, у Патрисии Фаули. Но оставить без внимания ее записку было просто невозможно. Патрисия Фаули была замужем за немолодым и богатым торговцем недвижимостью. Несколько раз она отчаянно флиртовала с Бреттом, и он давно понял, что в конце концов они обязательно станут любовниками. Ее муж на неделю уехал из города, и когда она пригласила Бретта на поздний ужин, он приехал, полный желания.

Он сел и потянулся всем своим худым, мускулистым телом. Искушенная в любви, Патрисия оказалась страстной и требовательной партнершей. Она улыбнулась ему. Всего двадцати двух лет от роду, она была светловолоса и голубоглаза, и теперь, при утреннем свете, он мог хорошо разглядеть ее округлую, во вкусах времени, фигуру. Кожа у нее была молочно-белая, и без корсета она оказалась несколько полнее, чем он предполагал.

- Доброе утро, - пробормотал он.

- M-м, - промурлыкала она. - Превосходное утро. Бретт вяло поднялся.

- Не уходи, Бретт,

- Боюсь, мне пора, chere.

- Еще только рассвело. Натягивая брюки, он засмеялся:

- Не совсем.

Когда он присел на кровать, чтобы натянуть сверкающие черные сапоги, она прижалась к его спине мягкой роскошной грудью:

- Останься. Я отпустила всех слуг. Никто не узнает.

- Ты живешь чересчур опасно, - сказал он; сейчас он на время насытился, и она больше не вызывала у него желания. - Как бы я ни недолюбливал твоего мужа, я не хочу быть пойманным, когда наставляю ему рога.

- А, ерунда! Стив слишком стар. Что мне остается делать? - Она мило надула губки. Бретт ухмыльнулся:

- У тебя есть рука - воспользуйся ею.

Шокированная, она ахнула.

Бретт засмеялся и натянул рубашку. Ночью она дала ему понять, что ей знакомы подобные наслаждения.

- Когда мы снопа увидимся?

- Через пару дней, - ответил он, вовсе не уверенный, что действительно этого хочет. Да, она хороша, но Одри лучше - менее требовательна, более отзывчива. Кроме того, в Сан-Франциско предостаточно шлюх на любой вкус, а Бретт был не из тех, кто подолгу довольствуется одной и той же женщиной. Даже Одри была его любовницей всего несколько месяцев.

Вскоре Бретт уехал, ощущая прилив энергии, несмотря на недостаток сна. Было совсем рано, меньше семи, так что у него еще оставалось время, чтобы, как всегда по утрам, проскакать галопом перед тем, как поехать домой и переодеться,

Он с удовлетворением подумал о Сюзи и ее ребенке. Судья Стейнер объявил о расторжении брака, и, как Бретт и ожидал, Билл Хоукинс был более чем счастлив обменять жену на несколько сотен долларов. Вчера Сюзи поклялась, что будет вечно благодарна Бретту... и теперь, довольная, она уже снова работала.

Бретт пустил Кинга галопом по полосе прибоя вдоль побережья. Соленый воздух, свежий и чистый, приятно холодил лицо. Вчера он получил заем в банке Пола; эти деньги он собирался вложить в дело по расширению пароходства. Пол сразу согласился на заем и добавил: "Мне нравится ваш стиль, Бретт". Только Пол понимал, что он чересчур размахнулся, но Бретт всегда был игроком.

Стоял ясный, свежий весенний день. Прищурившись, он увидел всадника, скачущего навстречу. Он восхищенно наблюдал крупного черного жеребца и внезапно с изумлением понял, что всадник - это Сторм. Сторм, и одна! Он вдруг почувствовал беспокойство. Взгляды их встретились, и он увидел, что она тоже узнала его.

- Что случилось? - закричал он, разворачивая жеребца и загораживая ей дорогу. Оба коня беспокойно загарцевали на месте.

- Что вы имеете в виду?

- Где, черт возьми, ваш эскорт? - неожиданно для себя рассерженно осведомился Бретт. Она вскинула голову.

- Я одна.

Он не мог поверить своим ушам.

- Одна?

- Простите, - выпалила она, сверкая глазами, и пустила коня, пытаясь его объехать.

Он быстро развернул свою лошадь, чтобы снова преградить ей путь, и потянулся к ее поводьям. Она ахнула и умело заставила лошадь отступить в сторону,

- Как вы смеете?

- Вы хоть немного соображаете? - выкрикнул он. - Глупый ребенок! Здесь хватает разных подонков! Вы что, совсем идиотка?

Его поведение и его слова привели Сторм в ярость. Ребенок? Кто он такой, чтобы указывать ей, как себя вести?

- Пустите меня!

Он с трудом понимал происходящее. От ее вида захватывало дух, она была все равно что обнажена, сидя по-мужски на этом огромном, злом жеребце, в облегающей одежде из оленьей кожи. Ее лицо, обрамленное прядями золотистых волос, горело от быстрой езды.

- Конечно, - наконец выговорил он, заставив своего серого попятиться.

Она решительно поехала дальше и ахнула, когда он, развернувшись, поскакал рядом с ней.

- Что вы делаете?

- Сопровождаю вас, - взяв себя в руки, ответил Бретт. - Готов ручаться, что Пол не одобрил бы вашей езды в одиночку.

- Я не нуждаюсь ни в вашем сопровождении, ни в вашем обществе, вспыхнула она. - Я сама могу о себе позаботиться!

Он презрительно посмотрел на нее.

Сторм пришла к выводу, что ненавидит его.

- Я умею стрелять лучше и ездить верхом быстрее любого мужчины!

Бретт с неудовольствием заметил шестизарядный револьвер, пристегнутый к ее бедру.

- Какое достижение для юной леди, - насмешливо растягивая слова, проговорил он. - Может быть, следует добавить это в программу воспитания всех юных леди.

Она вспыхнула:

- Я уж точно могу защитить себя лучше, чем какой-то, городской модник-игрочишка!

Бретт замер, а Сторм резко повернула своего жеребца в другую сторону.

- До свидания, мистер д'Арченд. Я еду домой, так что нет никакой необходимости, чтобы вы и дальше портили мне настроение.

Бретт повернул своего коня и снова поскакал рядом с ней. Он проводит ее до дверей и сдаст прямо на руки Полу. У этой девушки нет ни капли здравого смысла. Ни крошки.

Неожиданно для себя он обнаружил, что не сводит глаз с ее превосходной фигуры, совершенно созревшей для любви, и неотразимого профиля. На него нахлынуло желание, и он пытался подавить его. Он всегда был готов желать женщину и гордился этим, но на этот раз похоть его была неуместной.

Она яростно глянула на него:

- Пялиться грубо.

- Простите.

Она бросила быстрый взгляд, чтобы определить, не смеется ли он над ней, но его лицо ничего не выражало. Она пустила своего вороного жеребца легким галопом.

Бретт невольно восхитился ее посадкой. Она сидела на лошади с совершенным изяществом, словно составляла с ней одно целое. Его даже не шокировало, что она ездит по-мужски, потому что именно так он ее и представлял, когда впервые увидел в мужской одежде из оленьей кожи. Теперь, однако, она представлялась ему сидящей верхом на кое-чем другом. На нем самом.

- Вы очень хорошо ездите верхом, - сипло произнес он.

- Вы тоже.

Он вдруг улыбнулся:

- Скажите, Сторм, у вас остался поклонник там, в Техасе? - Он был уверен, что нет. Девушка вспыхивала каждый раз, как только он смотрел на нее. Она явно не умела флиртовать.

Она настороженно глянула на него:

- Нет.

Он обрадовался, не желая признаться себе почему.

- А что же так?

- Мне еще только семнадцать.

Он ухмыльнулся:

- Вполне достаточно.

Не вынеся насмешки, Сторм выпалила:

- Ленни Уиллис пробовал поцеловать меня, но я подбила ему глаз.

Она произнесла это с глубоким удовлетворением.

Улыбка Бретта стала еще тире. Он живо представил себе картину: какой-то недотепа пытается урвать поцелуй у этой дикой, одетой в оленью кожу девушки, ее кулак мелькает... Он снова рассмеялся. Сторм вспыхнула и свирепо посмотрела на него.

Он решил сменить тему:

- Как прошел вчерашний поход по магазинам? Нашли что-нибудь хорошенькое?

- Мне ни к чему "хорошенькие" вещи, мистер д'Арченд. Я техаска, которая живет и работает на ранчо. Насколько я понимаю, эта жизнь - для таких, как вы, а не для меня.

Он нахмурился. Он всего лишь хотел поддержать беседу, но она, похоже, была настроена по-боевому.

- Вы еще даже не пробовали жизни в Сан-Франциско.

- Верно, - согласилась она, когда они свернули с побережья.

Остаток пути они проехали молча, и когда добрались до ворот резиденции Лангдона, Сторм бросила на него сверкающий синий взгляд:

- До свидания, мистер д'Арченд.

- Бретт, - небрежно произнес он. - И я намерен проводить вас до двери.

Его злость на ее глупость уже остыла, и он решил, что не стоит говорить с Полом сейчас, в ее присутствии. Позже он зайдет в банк и поговорит с ее опекуном наедине. В конце концов, надо же поставить Пола в известность о том, что его кузина ездит верхом одна. Это слишком опасно.

Они подъехали к конюшне, расположенной слева от дома. Всегда джентльмен, Бретт соскользнул с лошади одновременно со Сторм, Не обращая на него внимания, она вручила поводья торопливо подбежавшему конюху. Не успела она отойти, как Бретт схватил ее за руку.