Так не бывает (СИ) - Глебов

одиннадцать, а выезжают они без чего-то девять, Ольге сперва кажется, что избыточно заранее, но дорога показывает, насколько она не права. В микроавтобусе сдвоенные посадочные места, немудрено, что все рассаживаются по двое, только совсем сзади сидят трое операторов, техника едет отдельной машиной. Сразу за водителем садятся кхун Файлин с сыном, за ними Пи Ан и Фон, Ольга и Сэт оказываются на колесе, но Ольге даже нравится, получается уютно подобрать ноги повыше. Пи Роуз и Лариса усаживаются впереди рядом с водителем. В последний момент в салон всовывают пластиковый ящик со свёртками — стафф притаскивает еду в дорогу. Так-то не особо выспавшимся людям есть не хочется, но нужно принять в расчёт, что обед предусмотрен не раньше, чем после часа дня. Сэт забирает два свёртка себе, Ольга отказывается, мотая головой. Прислоняется виском к окошку — они отправляются.

Под тихое звучание из колонок и прохладный кондиционированный воздух в салоне она даже не понимает, когда засыпает. Просыпается от резкого торможения примерно через полтора часа, судя по времени на браслете. Обнаруживает себя спящей под мышкой у Сансета, который и сам сопит ей в причёску. Ольга осматривается, не меняя позы и понимает, что в машине спят примерно все, исключая, хочется верить, водителя.

Они стоят где-то в очередной пробке. Ольге не очень удобно сидеть и хочется посмотреть в окно, но будить парня тоже жалко. Впрочем, почти сразу за ней он пару раз сочно всхрапывает и начинает ворочаться, а потом Ольга слышит, как частит его сердце. С чистой совестью она принимает нормальное положение и отворачивается к окну, немного потянувшись. Понять, кто из них сейчас больше смущён получившимся казусом, сложно, она решает дать обоим время успокоиться.

Её тихонечко дёргают за рукав и суют под руку свёрток. Ну да, перекусить всё же не мешает, Ольга забирает свёрток, откидывает столик на спинке впередистоящего кресла и лезет в рюкзак за водой. Сэт тоже откидывает столик и с любопытством заглядывает в свёрток — гамбургер. Ничего необычного, стандартный такой, булка-котлета-салат. Ольга морщит нос, разворачивает свой — из-под худенькой котлеты торчит пластинка плавленого сыра. В остальном та же булка, тот же салат. Собственно, ждать в дорогу конкассе из помидоров и жульен из курицы было бы странно. Ольга протирает руки влажной салфеткой и краем глаза ловит движение позади себя — проснулись операторы, один из них уже тычет по салону маленькой камерой.

Что ж, в ход идут балалайки, потянувшийся некстати к своему гамбургеру Сэт получает по рукам, а затем, опешивший, наблюдает, как ему вытирают каждый пальчик и ладошки влажными салфетками. Затем в свежевымытые лапки вручается осыпающийся кунжутом бутерброд. Со своего Ольга скидывает пухлую крышечку, стряхивает пару колечек свежего лука (хотя очень его любит), аккуратно откусывает оставшуюся конструкцию. Сэт приканчивает свою порцию в три укуса и грустно облизывает остатки соуса с губ, Ольга отдаёт ему половину булки, разлучённую с собственным чизбургером и со вздохом оставляет недоеденным почти половину своего бутерброда. А затем разыгрывает вторую сценку с вытиранием рта влажными салфетками, сначала вновь офонаревшему мальчику, затем себе.

Оператор уже продвигается по салону дальше, переключаясь на две другие пары пассажиров, к этому времени проснувшиеся. Пи Роуз с переднего сидения что-то вещает, видимо, что они почти добрались. Через пятнадцать минут машина паркуется на огромной стоянке. Медленно все выбираются из микроавтобуса, парни на руки ловят оператора с камерой, споткнувшегося на порожке, бережно как статую, устанавливая его на асфальт и хохоча. Пи Ан трёт сонные глаза, у Фона вокруг рта крошки от булки, Ольга тут же достаёт влажную салфетку и по-хозяйски обметает это безобразие, прихватив цепко подбородок блондина, мать она тут всем или где? К счастью, Пи Роуз и оператор с камерой этого не видят. Оставив в покое покрасневшего нонга, Ольга цепляет слева под локоток Ларису, справа за руку Сэта и движется вслед за кхун Файлин, Пи Роуз и Пи Аном, идущими ко входу в парк. Позади ускоренно разгружают вторую машину со съемочной техникой и Фон подбирает упавшую челюсть.

У самого входа они ещё раз собираются всей группой, дожидаясь отстающих, Пи Роуз раздаёт всем браслетики-проходки со штрих-кодами, раздаёт последние указания — улыбаться, не раздеваться, не разбегаться, не теряться, в случае потери стоять-бояться, — и заводит всю группу на территорию парка, отмахиваясь от тётушки с фотоаппаратом, им вот ещё тарелок сувенирных не хватало.

Почти сразу от входа Ольга видит грозную голову тигра с торчащим изо рта жёлобом, откуда выкатывается колода с кричащими людьми, мокро и весело. Неподалёку американские горки с вагончиками, на вид почти нестрашные, и карусель-центрифуга, на похожей она каталась не раз дома. Но они проходят мимо и выходят на что-то типа центральной площади, откуда видно гораздо больше аттракционов. Воздух наполнен жарой, грохотом, криками людей и детским плачем, народу не очень много, может потому, что сегодня будний день. Ольга бросает взгляд на время — уже начало первого, они ехали почти три часа. Итак, впереди, очевидно, парк юрского периода. Они рассаживаются в два джипа, в одном оказываются мама Файлин, Скай и Ольгино трио, во втором — Пи Роуз и парочка Фон-Ан. В каждом джипе по оператору и один лишний, снимающий общие планы и второй джип — в машине с Пи Роуз.

Как Ольга и ожидала — ничего супер интересного её не ждёт, поэтому она откровенно скучает всю недолгую дорогу, только один раз пугается искренне резко зарычавшего из кустов небольшого динозавра. Не то, чтобы даже самого его, просто задумалась немного, джипы едут плавно и медленно по тенистой дороге, тут заснуть впору. Зато кхун Файлин собирает все лавры — она откровенно боится всего, что высовывается из листвы, так что сыну приходится покрепче обнять маму, та не перестаёт вздрагивать и вскрикивать, но теперь хотя бы делает это с улыбкой на лице, чувствуя себя в безопасности.

Их джип едет вторым, оператор снимает в основном кхун Файлин, потому что снимать Ольгино скучающее лицо неинтересно. Из впереди едущей машины всё время что-то высовывается — то камера, то хохочущий Фон, иногда мелькает рука Пи Роуз. Под бодрое рычание довольно потёртых велоцерапторов и прочих потрёпанных тиранозавров джипы неуклонно приближаются к финишу маршрута, а Ольга успевает трижды зевнуть. Динозавры — не её история. Скай и Сэт иногда переговариваются, но Ольга не просит Ларису переводить, ей это кажется сейчас неуместным, даже нравится отчего-то ощущать себя глухонемой. Единственное, о чём она спрашивает переводчицу — не заставят ли и