Возрожденная душа (СИ) - Лейк Кери

Спрячь их поглубже.

— Не знаю, чувствовала ли я себя когда-нибудь такой одинокой. — Как только слова сорвались с её губ, Калла выпрямилась и откашлялась, внезапно пожалев, что не может взять их обратно, надеясь, что Анна её не услышала.

Руки обвились вокруг неё. Тепло и уют накрыли с головой, будто одеялом. «Сопротивляйся». Солдат Алекси внутри неё хотел вырваться из объятий. «Отпусти меня!» — кричал её внутренний голос. Вместо этого она тяжело вздохнула. Тепло объятий Анны заставило её мышцы расслабиться, а глаза снова остекленели. Прежде чем первая слеза успела пролиться на её щеку, она всхлипнула и вытерла её.

— Я не знаю, что сказать тебе, дитя, чтобы облегчить боль твоей утраты. — Анна мягко погладила её по спине. — Как насчет того, чтобы мы нашли тебе хорошую удобную кровать. Твою собственную. Я согрею немного молока, чтобы успокоить тебя. Это тоже должно помочь тебе уснуть. — Она поцеловала Каллу в макушку. — Ты так много пережила за этот вечер.

Боже, могла ли Анна быть ещё прекраснее? Калла подавила першение в горле и высвободилась из объятий. Проведя пальцем по глазам, она изобразила улыбку.

— Да, я бы хотела этого. — Она со всем разберётся на следующий день, после нескольких часов сна.

Чёрт, она никогда не была чужда жизни на улице. На самом деле, она нашла утешение в заброшенных зданиях и ветхости, была обучена выживать в них. В некотором смысле, она приветствовала идею быть там, жить по своим собственным правилам, без Уэйда, перед которым нужно было отвечать. Тем не менее, на одну ночь она воспользуется своей собственной кроватью, по крайней мере, один раз, прежде чем уснуть среди крыс и грязи. Это позволило бы ей сосредоточиться на плане нападения, вместо того, чтобы сохранять бдительность, ожидая, пока один из них не нападет на неё посреди ночи.

Темно-черные радужки глаз Анны, преобладавшие над карими, должны были быть пугающими и холодными — как глаза куклы, — но каким-то образом они успокаивали Каллу, когда Анна встала и потянулась к ней.

Поколебавшись всего секунду, Калла схватила её за руку и последовала за ковыляющей старой демоницей через залы и вниз по ещё одному короткому коридору, в который она ещё не отважилась войти. Окружение выглядело почти так же, как и весь остальной особняк, пока Анна не открыла единственную дверь в коридоре.

Калла ахнула, сделав шаг внутрь.

Как будто она вошла в лес. Её внимание привлекла буйная зелень на фресках, нарисованных на стенах. Они проявились и оживали в растениях, разбросанных по комнате, придавая художественному оформлению почти трехмерный вид.

— Изначально это была комната мисс Айден. Подарок от мастера Гевина. Видимо, в комнате слишком много… э-э, воспоминаний для неё. Так вот, она теперь стоит незанятая.

Замысловатые листья и золотая отделка украли у Каллы дыхание. Животные, такие живые, смотрели на неё из-за деревьев и прятались в кустах. Золотая кайма на листьях переливалась лентами по потолку и стенам. Так красиво, словно в воздух подбросили золотой фейерверк. Сама комната несла в себе столько энергии, что двигалась по телу Каллы, вызывая у неё желание танцевать в ней. В углу комнаты стояла большая мраморная скульптура: женщина, стоящая на коленях рядом с олененком, с натянутой стрелой. Её растрепанные волосы развевались позади неё, как будто мимо пронесся порыв ветра.

— Кто она?

Анна наклонила голову и сцепила руки.

— Диана. Артемида в греческой мифологии. Она богиня охоты.

Красота и сила заключены в цельной форме скульптуры.

— Диана, — повторила Калла. — У демонов есть про неё книги?

Анна подошла к кровати и откинула одеяло. Зеленые простыни напоминали островок мягкой травы, и Калле не терпелось свернуться внутри и уснуть.

— Диана? Я полагаю, мастер Гевин может и держит книги о ней в своей библиотеке. Он очень любит мифологию. — Она прокашлялась. — Итак. Хочешь, я принесу её тебе?

— Да. Я хотела бы узнать о ней побольше.

— Я посмотрю утром, родная. Теперь позволь мне принести стакан молока для тебя. Ты поселишься здесь.

Калла кивнула.

— Анна? Спасибо.

Анна улыбнулась ей в ответ.

— С тех пор, как ты и мастер Кейн прибыли, я чувствую себя гораздо более полезной. Так что спасибо, мисс. — Она вышла из комнаты и выключила свет, прежде чем закрыть за собой дверь.

Глава 4

Вода из переулка, где стоял Дрейвен, просачивалась сквозь щели и скапливалась у его ботинка. В пространстве между ним и зданием напротив копошилась тьма, подчёркивая льющийся с неба свет звёзд. На внешней стороне казавшегося заброшенным здания, на которое он смотрел, не было ни разрушений, ни намёка на свидетельства ужасов, происходящих внутри — тех, что устроил нефилим.

Медленно и осторожно Дрейвен подошел к огромной чугунной двери. Петли заскрипели еще до того, как его костяшки коснулись фасада, и дверь скользнула в сторону.

В дверном проеме появился высокий мужчина с небольшими, но подчеркнутыми мышцами и черными волосами по плечи. Цепи покрывали большую часть его груди; на нём были кожаные штаны.

Не то чтобы Дрейвен заглядывался на мужчин, но твою-то мать, его просто невозможно не оценить.

Сапфировые глаза встретились с его глазами, и мужчина наклонил голову, давая Дрейвену полный обзор следов клыков, покрывающих его шею, как следы от уколов героина у наркомана.

Раб. Он подавил дрожь. Видения о том, что он часами находится во власти нефилима, вызывали у него ледяные мурашки. Ходили слухи, что за дверями их спален творилась сущая дичь, словно один из кругов ада вырвался на поверхность.

Через мгновение, пока они смотрели друг на друга, Дрейвен поднял бровь.

Раб отступил в сторону и позволил ему пройти.

Коридоры внутри здания были такими же темными, как и переулок, и ещё хуже от того, что луна не освещала путь Дрейвену. Волосы на его коже встали дыбом. Долбанный нефилим.

Был ли вид существ хуже падших? Конечно да. Но у нефилимов есть нечто схожее с черными пауками — жутких уроды, которые скрываются в тенях и набрасываются на добычу. Не говоря уже о том, что они ненавидели людей, несмотря на то, что в большинстве случаев их матери такие же смертные.

Крики доносились откуда-то спереди. Господи, уже три часа ночи. Ужасы в этом месте когда-нибудь прекращаются?

Свет струился в конце зала. Его сердце бешено колотилось, как лошадь, пытающаяся предупредить своего всадника об опасности впереди. Этот свет не обещал ничего хорошего. Дрейвен видел такое дерьмо, от которого мужик из техасской резни бензопилой обмочился бы в штаны, но и это ничто по сравнению с тем, что падшие считали отличным развлечением. Он сглотнул и проигнорировал дрожь, охватившую его тело.

Темный проход вёл в основную часть здания. Зрительный зал. Когда-то это был отличный театр. В последнее время забав, разыгравшихся под его разрушенным куполом, было достаточно, чтобы вызвать у него рвоту — место, где суперы пытали друг друга ради их больного и извращенного развлечения. Это и близко не похоже на бокс или бои в клетке. Даже не хардкорный БДСМ-дерьмо, которое вызовет тошноту у опытного доминанта. В этом месте не было правил. Претендентов заставляли делать то, чего жаждала толпа, и платили большие деньги за то, чтобы они увидели это. Увечья, изнасилования, драки. Там всё возможно на заказ.

Как бы они ни старались, полицейские не смогли бы сюда попасть. Нефилимы обладали способностями, которыми не обладали другие виды. Полицейский, желающий провести расследование, может быть просто зачарован, и сам ляжет на их бетонную плиту, пока его палач будет выполнять желания толпы.

Черт, это место вызывало у Дрейвена мурашки по коже.

Пытки и избиения всегда были обычным явлением в комплексе Алекси, но, по крайней мере, генерал Уэйд имел хоть какую-то цель. Чтобы закалить солдат. Сделать их жестче.

Развлечения нефилима полностью бессмысленны.