Любовь под облаками - Вера Ветковская

Казалось бы, все ясно: парня вырастили две женщины. Так считал и отец Романа, упрекавший Раису и мать за то, что испортили сына. Но он был не совсем прав.

Дело в природе. Природа на Романе явно решила отдохнуть, вложив слишком много в родителей. Недаром Раиса так убивалась, что в мальчике не проявляются хоть какие-нибудь таланты. А сколько в него было вложено! Его учили музыке, водили в художественную школу. С детства он общался с выдающимися людьми, слушал умные разговоры. Все самое лучшее и яркое из классической и современной литературы было ему насильно прочитано и истолковано. И все как с гуся вода!

Теперь, когда ему минуло семнадцать, Раиса ломала голову, куда определить чадо, как обеспечить ему верный кусок хлеба. О большем она уже и не мечтала. Ни к чему Роман не проявил до сих пор ни интереса, ни способностей. В школе учился с отвращением. Правда, с юных лет отец научил его болтать по-английски на бытовые темы. Раиса долго не принимала всерьез это незначительное обстоятельство, но за год до окончания школы поняла: именно язык будет кормить Ромочку, даже когда ее не станет. Поэтому срочно наняла репетитора.

...Хронические неуспехи Романа по всем предметам и стали толчком к их дружбе. Вначале Варя не обращала на нового одноклассника никакого внимания. Но он на правах соседа заглядывал каждый день за учебником или тетрадкой, а уроки списывал у отличницы постоянно.

— Варвара, открывай, это твой Ромуальдос! — кричала Галина из своей комнаты. — Снова сдирать пришел, тупица. Даже сочинения она ему диктует.

Подавив тяжкий вздох, Варя плелась открывать. Сестры постоянно спорили, чья очередь исполнять эту миссию. Впрочем, когда звонил Саша, Галя напоминала сестре о разнице в возрасте или о последнем своем благодеянии — платье со своего плеча. Но встречать поклонника сестрицы было для Вари только в радость. Саша никогда ее не забывал, одарял сладостями, а то и букетиком цветов. А вот неуспевающий сосед долго был ей в тягость. Она тратила на него свободное время, жертвуя прогулкой или интересной книгой, но так воспитала ее мать: ближнему нельзя отказывать в помощи. И Варя терпеливо объясняла Ромке очередной урок, решала задачи, готовила к контрольным и сочинениям. Галя тоже была не против милосердия и посильной помощи соседям и родне, но только не в ущерб себе. По ее мнению, мать и Варька перебарщивали, и ближние то и дело норовили сесть им на шею.

У Вари были еще подружки, которых она по доброй воле репетировала. Как-то получалось, что не она выбирала себе друзей, а они ее выбирали. И Варя просто уступала тем, кто в ней нуждался. Это было обидно, но что поделаешь... Люди, к которым влекло, ее попросту не замечали. С седьмого класса она была тайно влюблена в настоящего принца. Он уже заканчивал школу и вскоре исчез из ее жизни. А Варе было так необходимо видеть его раз-другой в неделю, хоть издалека.

Галя была права, называя сестру овцой. Варя не умела убегать от чрезмерно назойливых людей, не могла отказать в их просьбах. Часто Галина морщилась, заставая в доме толпу соседей и знакомых, пришедших к матери излить душу, занять денег, а к сестре списать уроки. Она не обратила внимания, когда сосед-оболтус стал засиживаться в комнате Вари допоздна. То есть репетиторство явно перерастало в дружбу. Гале и в голову не приходило, что сестру может заинтересовать этот молодой человек. Она по-прежнему величала его то барашком, то розовым поросенком, то толстым котом Васькой. Варя слушала и хохотала. Пока в один прекрасный день она вдруг не поняла, что эти шутки ей неприятны.

Приятельские и соседские отношения с Ромкой продолжались около года. Почти каждый день он сопровождал Варю в школу, если, конечно, ему не случалось проспать к первому уроку. Раиса Андреевна относилась к таким вещам снисходительно. Варя нередко скучала с ним — такие они были разные. Ромка читал детективы и фантастику, взахлеб говорил о каких-то неизвестных ей группах и «тяжелом металле». А Варя считала себя старомодной, читала классику и серьезные современные романы по рекомендации матери.

— Но Чейз и хорошая фантастика тоже серьезная литература, — смеялся Ромка над ее невежеством и пытался это доказать, так как был отчаянным спорщиком.

Варя понимала, что он в чем-то прав, но все же считала себя безнадежно отсталой. Она тоже почитывала хорошие детективы. Ей нравились многие группы, например «Браво». Но от «тяжелого металла» на зубах скрипел песок, а фантастика была просто скучна.

— Ты уж позволь другим любить то, что им близко и понятно. Что за деспотизм такой! Я за многообразие вкусов и индивидуальностей и за свободу их выражения, — строго и назидательно отчитывала его Варя.

— Какая же ты провинциалка. Прямо тургеневская девушка! — насмешничал Ромка.

Варя никогда на него не обижалась, он как-то умел совсем необидно посмеиваться над ней.

— Знаешь, Варвара, мне всегда нравились именно такие девицы, старомодные, умные и чувствительные. Я только с такими и дружил с первого класса.

— И списывал у них домашние задания и контрольные, — добавила Варя, искоса взглянув на него. Подобные признания из уст любого другого его приятеля прозвучали бы как издевательство. Но Ромка Гордеев был совсем особенный, обескураживающе прямодушный.

— Да, мои верные подружки даже писали за меня сочинения. «Как я провел каникулы», «Мои лучшие друзья». Помнишь, всем нам задавали, — искренне признался Ромка. — Преклоняюсь перед русскими женщинами. Они сызмальства добры, великодушны и самоотверженны. Спасать гибнущих, помогать бедствующим — потребность их натуры.

— И ты этим бессовестно пользуешься. Какой же ты монстр, Гордеев! — смеялась Варя.

Ромка действительно дружил только с девчонками. Парни его недолюбливали и не принимали в свои тусовки. К женским сердцам он умел находить дорогу. Варя удивилась, когда услышала, как продавщица из булочной на углу называет его по имени, а Ромка с ней обращается как со старой доброй знакомой. Варя жила на этой улице с рождения и эту молоденькую продавщицу видела уже три года чуть ли не ежедневно, но они даже не здоровались. Варя завидовала общительным, легким людям. Ромка был из таких. В общем, в нем было немало качеств, которые казались ей положительными.

И все же Варя первое время поглядывала на него сверху вниз. Галка уверяла, что женщины по своей природе тоньше, глубже и душевнее мужчин. В жизни Варя уже находила этому подтверждение. Приятно было чувствовать себя более начитанной и развитой, чем Ромка да и другие одноклассники. Впрочем, она мечтала встретить когда-нибудь исключение.

Как-то на одном из школьных вечеров Варя случайно поймала его взгляд. Роман смотрел на нее украдкой и тут же отвел глаза, с озабоченным видом поспешил в коридор, где в темном углу около туалета тайком курили не только старшеклассники, но и всякая мелюзга. Варя не поняла толком, что же случилось, но ее словно током ударило, застучало сердце, задрожал голос. Никто и никогда не смотрел на нее так. Как именно, она не смогла бы описать словами, хотя во всем любила точность и определенность. Варя даже рассердилась на себя. Откуда эта непонятная тревога, смущение? Наверное, Ромка прав: она безнадежная провинциалка, сентиментальная девица, которая теряется даже от случайного взгляда, брошенного на нее молодым человеком.