40к хемо-псов и летописец - Hydra Dominatus

ты Медведь, но скорее всего ты бросишь её метров... двадцать-тридцать, если потренируешься. И если ты в этот момент не в укрытии, то тебя точно убьёт осколками своей же гранаты, как и заявленная техножрецом дальность убойности осколков – до трёх сотен метров. Конечно-конечно, эффективная дальность куда меньше, как раз до тридцати, но понимать стоит следующее. Если я её взорву, то Кувалда точно сдохнет и половину ублюдков здесь порешетит как шавок и возможно убьёт.

– Ты же себя убьёшь, придурок! – закричал какой-то хемо-пёс, спрятавшись за каким-то бочками, которые точно не спасут его тушку.

Но теперь на меня смотрели совсем иначе, не как на лоха, который даже ранца своего лишился и без брони в логово чужое сунулся, а как на психа, которому реально нечего терять. А с такими... с такими связываться всегда себе дороже. Тут простые правила перестают работать. И видит Бог-Император, когда они тронули мою добычу, то очень сильно просчитались. Ведь я мог стерпеть многое, очень многое, но не это.

– Ты гнида, в себя поверила, что ли? Или просто недавно тебя в нашу роту перевели, а в других подразделеньях полка обо мне не говорят? – прошипел я прямо в лицо весьма напуганной Кувалды.

Она так-то была довольно разумной женщиной, расчётливой, за свою жизнь переживала и глупости не делала. Такие как она и становятся командирами крупных отделений, взводов, потом и до капитанов рот дотягивают и даже выше метят. А я... это всё не моя планка... командирские навыки у меня такие себе, как и качеств некоторых не хватает.

Как и в целом я становлюсь наглухо отбитым, когда трогают то, что принадлежит мне.

– ВСЕМ БРОСИТЬ ОРУЖИЕ, ПСЫ ПОЗОРНЫЕ!!! – тем временем к нам уже прибежала военная полиция.

Взрывать я себя и их всех не стал, как и изначально не просто так дал команду Крысу, дабы он привёл полицаев. Как и своего я уже никак не вернул бы. Однако такие действия с гранатой были просто необходимы. Я обязан был явиться сюда и как-то щемануть их, чтобы никто не подумал, что я сглотнул. Плюс и надо было дать понять Кувалде, из чего я сделан и чем чреват конфликт за мной.

Всего этого я как раз и добился, после чего военная полиция уложила мордой в пол часть хемо-псов, восстановила порядок и повела меня, а также ещё парочку других, в карцер для профилактики, оставив остальных думать над посылом.

Ведь всё это ещё было и объявлением войны. Взятого Кувалда не вернёт, не той породы, а я не прощу отнятой добычи. А значит отныне в любом сражении надо будет оборачиваться в десять раз чаще. Впрочем, есть также вероятность, что вопрос решится даже раньше.

Всё же очень часто хемо-псы умирали не на поле боя, а с перерезанными глотками в собственных спальниках. А виновных... виновных военная полиция не могла найти, да и... пока эти случаи были не слишком частыми, закрывала на это глаза. Ведь все понимали, что это внутренний конфликт, который либо разрешится, либо станет пороховой бочкой.

И разрешится он так, как всегда разрешаются подобные конфликты на Савларе. Жестоко, быстро, кроваво.

Глава 3

Карцер... карцер это излюбленное место хемо-псов. Все так и хотят туда попасть, ведь иначе как объяснить то, что все камеры постоянно забиты? Комиссары вот объяснить не могут и поэтому раз за разом продолжают давать сброду то, чего они так жаждут. Просторная камера на два на один метр, пол с встроенным охлаждением, уникальная система вентиляции в виде окна, что ведёт наружу, бесплатная вода раз в день и еда раз в три дня, а что самое главное почти в центре ПВД.

И я вырвал эту квартирку буквально у её владельца. Ему оставалось сидеть тут ещё шесть часов, но из-за притока новых желающих тут посидеть его и многих других отпустили раньше, дабы дать место очередным отличившимся. К несчастью мне дали лишь профилактические двое суток, так что кормить меня не будут вообще.

– Бр-р-р... – пытаясь согреться, я дышал прямо в свои ладони и тёр то их, то всё тело.

Другого развлечения не было, ведь на этом мире температура уже приближалась к нулевой, а местное отопление и охлаждение работало исключительно на абсолютно чистой энергии, без использования еретических технологий и... в общем, температура была как и на улице из-за вечно открытого окна бетонного саркофага.

Ложиться здесь было никак нельзя, застудить спину – раз плюнуть. Однако я тут уже был не в первый раз, поэтому аккуратно подвернул нижнюю часть своего плаща и поджал ноги. К слову о плаще, это штука имелась у всех и напоминала чем-то плащ из ОЗК. Правда у нас они тоже были кастомные и сделанные под ключ в полевых условиях. Но суть в том, что они хорошо защищали тело от ветра, не промокали и в целом хранили тепло очень хорошо.

Поэтому замёрзнуть на смерть я не должен. Если конечно температура не начнёт опускаться ниже нуля. Тогда без спальника будет тяжковато, как и вымотанному ранами и голодом организму возможно станет проблематично удерживать тепло и согреваться самостоятельно. И хоть я тут два дня, но без помощи порой выжить затруднительно.

– Коршун? – открыв окошко, спросил надзиратель.

Я тут же снял капюшон и поднял голову, чтобы он увидел моё лицо. После этого он мне через это окошко бросил небольшой свёрток и захлопнул это самое окошко. Вот с одной стороны все мы тут конченные мрази, которых бы расстрелять, да и дело с концом. Казалось бы, такое общество в целом не должно существовать по определению, ведь оно тут же сгниёт в бесконечном круговороте беспринципной анархии.

Однако ни анархией у нас не было, ни беспринципными хемо-псы не являлись. Правила существовали, хоть и отличались от нормы, а также порой менялись. Если ты сильный, ты мог просто заявиться к другому хемо-псу и забрать у него, скажем, его ранец. Ты бы сделал так раз, два, а потом они бы собрались и грохнули бы тебя. Хотя большинство как раз боялось отморозков вроде меня. Для очень многих здесь собственная жизнь одновременно и значила очень много, что они готовы были и товарища кинуть, а с другой... когда дело доходит до красных черт, то начинается мокруха. Почему? Как так получается? Всё просто, терпил среди нас немного,