Сквозь перекрестный огонь - Луис Ламур

Барков хитер и коварен. Он планировал и организовывал. Он был человеком, который не брезговал никакими средствами, если они позволяли добиться цели, но когда дело пахло преступлением или даже мелким нарушением закона, держался на заднем плане. В других ситуациях он охотно выступал вперед.

Дэн Шют принадлежал к совершенно иному типу. Он был высок ростом и широк в плечах. Обычно он бывал угрюм, нахмурен и груб. Любые споры предпочитал разрешать-не словами, а кулаком или револьвером, и мог убить человека так же спокойно и быстро, как заклеймить теленка.

Под Гомер понимал, что Барков будет в городе главным лишь до тех пор, пока опирается на Шюта. Но если когда-нибудь Барков вызовет на себя вражду напарника, то скрывающаяся до поры до времени ярость побудит Шюта отбросить партнера в сторону так же легко, как прихлопнуть муху. В каком-то-смысле оба они использовали друг друга, но из них двоих именно Шют был человеком, с которым следовало считаться.

Однако Гомер видел в деле и Баркова. Он знал, какими окольными путями, как коварно осуществляет свои планы большой ранчеро, с какой осторожность и тщательностью подбирает и создает себе друзей. В форту его знали, он сумел произвести там благоприятное впечатление, а если хоть маленькая толика законности и притекала в Пайнтед-Рок извне, то только из рук командира форта. Зная это, Брюс Барков и позаботился поближе познакомиться с гарнизоном.

Большой вороной, на котором ехал Рейф Карадек, был мощным конем, и потому всадник мог ослабить поводья. Сзади цепочкой растянулись Текс Бриско и Бо Марш.

Рейф задумался в седле. Слишком много он повидал борьбы за существование, чтобы не принимать всерьез людей, живущих на границе.

Триггер Войн отважен и очень быстр с револьвером -тип человека, который по малейшему поводу готов ввязаться в драку с кем угодно и, в свою очередь, всегда готов предоставить кому угодно возможность завязать драку с ним. Бойн гордился подобной репутацией и любил первенствовать во всем. Если он послал Карадеку предупреждение, то лишь затем, чтобы подкрепить его делом.

Не меняя аллюра, Рейф направил вороного на горную тропинку. Большой конь был лучшим из всех, на каких ему доводилось ездить. Если уж сиу делают подарки - так от всего сердца. Никто из обитателей дома у Безумной Женщины не был обойден вниманием, из чего следовало, что сиу наблюдали за ранчо Родни.

Вороной, казалось, не чувствовал усталости. Впрочем, и остальные лошади были столь же хороши. Рейф знал, что в горах вряд ли сыщутся еще четыре человека верхом на таких превосходных лошадях. Он свернул на пыльную улицу Пайнтед-Рока и подъехал к коновязи, остальные последовали его примеру.

- Держите глаза нараспашку, - сдержанно порекомендовал Рейф. - Я не хочу драки. Но если Бойн что-либо затеет, то это - мой кусок мяса.

Марш кивнул, вышел на деревянные мостки тротуара и встал рядом с Бриско, который быстро и внимательно оглядывал улицу.

Джо Бенсон стоял за стойкой в баре. Он бросил на троих посетителей настороженный взгляд, потом заговорил с Бо, исподтишка разглядывая между тем Текса Бриско. Не нужно было много времени, чтобы заметить, что Бриско жесткий человек и боец.

Владелец салуна и мэр города Бенсон почувствовал, как в воздухе запахло жареным. Его собственное будущее и интересы слишком тесно переплелись с будущим Баркова и Шюта.

Конечно, когда Барков женится на дочери Родни, в их руках окажутся все права на ранчо. Тогда они станут хозяевами положения, а этих пришлых, если они сумеют к тому времени остаться в живых, можно будет выгнать на законных основаниях.

Карадек допил виски и взглянул на Венсона. Этот взгляд буквально пригвоздил салунщика к месту.

- Триггер Бойн передал, что ждет меня, - отрывисто сказал Рейф. - Скажи ему, что я в городе и готов.

- Откуда мне знать Триггера лучше, чем любого другого посетителя? спросил Бенсон,

- Ты его знаешь. Скажи ему.

Рейф поправил револьверы на поясе и вышел из бара. Поблизости находилось человек десять-двенадцать, но среди них не видно ни Война, ни Блэйзеров. Он направился к магазину. Прикрывая его сзади, Текс остановился возле столба, поддерживавшего навес над входом в салун, и небрежно прислонился к нему, попыхивая свисающей с губ сигаретой. Бо Марш сел на стул около стены и с интересом разглядывал улицу.

Рейф открыл дверь магазина и вошел. Завидел его, Джин Бейкер нахмурился.

- Энн Родин дома? Бейкер заколебался.

- Да, - ответил он наконец. - Дома. Рейф зашел за прилавок и, держа шляпу в руке,, направился ко внутренней двери.

- Не думаю, чтобы она хотела видеть вас, - заметил Бейкер.

- Ладно, - отозвался Рейф, - Посмотрим. Он шагнул за занавеску и очутился в жилой комнате. Энн Родни шила и обернулась на звук шагов. Сейчас у нее был совсем другой взгляд; казалось, что-то медленно повернулось у нее внутри. Этот крупный человек, принесший столь беспокойные вести, действовал на нее возбуждающе. Учитывая свою помолвку с Барковым, она испытывала особенную неловкость от его посещений.

Брюс утверждал, что этот человек - обманщик, который надеется выманить у нее деньги. Но она кое-что знала о Джонни Джилле, ей случалось танцевать с Бо Маршем, и была уверена, что оба они - честные люди. В Пайнтед-Роке их любили и уважали. Стали бы честные люди связываться с обманщиком?

- О, - сказала она, вставая, - это вы?

Рейф остановился посреди комнаты. Рослый, с длинными, волнистыми волосами, он выглядел в своей замшевой куртке весьма живописно; Энн решила, что он даже красив. Револьверы он носил низко, кобуры были прихвачены к ногам ремешками, и она знала, что это означает.

- Я собирался подождать, - отрывисто произнес он, - пока вы придете сами и начнете задавать вопросы. Но вспомнив обещание, данное вашему отцу, я решил придти сам, выложить карты на стол и рассказать все, как было.

Она начала было что-то говорить, но он поднял руку.

- Подождите, я не собираюсь говорить долго, так как на улице у меня назначено свидание, на которое я собираюсь явиться. Ваш отец не умер на тропе, ведущей из Калифорнии. Его зашанхаили в Сан-Франциско, отвезли в бессознательном состоянии на судно, и он вынужден был работать матросом. Вместе с ним оказался там и я. Все следующие месяцы мы провели рядом. Он просил меня вернуться сюда и позаботиться о его жене и о вас. Защитить вас. Он умер на судне от побоев - незадолго до того, как мы покинули корабль. Я был возле него, когда он умирал; я сидел рядом с его койкой. Его последние слова были о вас.

Энн Родни замерла, глядя на Карадека. За его торопливыми словами чувствовалась правда, но как можно было в эту правду поверить? Три человека уверяли ее, что видели, как умирал ее отец; за одного из них она собиралась теперь выйти замуж.

- Каким был мой отец? - спросила она.

- Каким? - Рейф нахмурился. - Как может человек оценить другого? Я могу лишь сказать, что ростом он был около пяти футов и восьми или девяти дюймов. Умирал он почти совсем седым, но когда я впервые с ним встретился, у него было лишь несколько седых волосков. Лицом очень походил на вас, и глаза ваши, только не такие большие и красивые. Он был человеком, который не привык к насилию и не любил его. Запад пока что не подходит для таких людей. Лет через десять, когда все здесь утрясется, он занял бы одно из ведущих мест.

- Это похоже на него, - все еще колеблясь, проговорила Энн Родни. - Но вы не сказали ничего, что не могли бы узнать здесь, услышать от людей, знавших отца.

- Вы правы, - открыто признал Рейф. - Но есть еще кое-что, о чем вам следует знать. Закладная на ранчо вашего отца оплачена.

- Что? - Энн выпрямилась. - Оплачена? Что вы говорите?

- Ваш отец одолжил деньги во Фриско и выплатил по закладной Баркову. И получил расписку.

- Нет, я не могу этому поверить! Брюс сказал бы...

- Сказал бы? - мягко переспросил Рейф. - Вы уверены? Она посмотрела на Карадека.

- Что-нибудь еще?

- У меня завещание вашего отца. Права на ранчо выправлены на ваше и мое имя.

Глаза ее расширились, потом сузились и в них засветилось подозрение.

- Вот как? Теперь понятнее... Права на ранчо моего отца, выправленные на вас и на меня... Другими словами, вы предъявляете претензии на половину моего ранчо?

- Пожалуйста, - попросил Рейф, - я... Она улыбнулась.

- Довольно слов, мистер Карадек. Согласна, я почти начала верить в то, что за вашей историей есть какая-то правда. По крайней мере, я раздумывала обо всем этом, поскольку не могла понять, какую выгоду для себя вы преследуете. Теперь все стало на свои места. Вы хотите заполучить половину моего ранчо. Вы даже поселились в моем доме, не испросив на то моего разрешения.

Она подошла к двери.

- Очень жаль, но я вынуждена попросить вас удалиться. Я также должна попросить вас немедленно освободить дом у Безумной Женщины. И еще я настоятельно прошу вас впредь воздержаться от посещений этого дома или каких-либо попыток увидеть меня.