Семь суббот на неделе - Маар Пауль

Госпожа Брюкман хотела уже обрушиться на господина Пепперминта с бранью, как вдруг снова распахнулась кухонная дверь, и Субастик просунул в нее голову:

— Кстати, не советую вам курить так много сигар, госпожа Брюкман! От дыма портятся занавески!

С этими словами он повернулся и выбежал из дома.

— Бессовестный мальчишка! Чтоб ноги этого нахала здесь не было! Да и дядюшка хорош! Постыдились бы, господин Пепперминт! — все больше и больше распалялась госпожа Брюкман. — Чем вот так сидеть и ухмыляться, сейчас же ступайте и принесите мне полотенце! Ну, живо! А не то сейчас выгоню!

Господин Пепперминт принес из ванной комнаты полотенце и подал его хозяйке. Затем отправился в свою комнату за портфелем и собрался уйти. Но, уже очутившись у парадной двери, он словно что-то вспомнил, ухмыляясь, вернулся назад, просунул голову в кухонную дверь и учтиво произнес:

— До свиданья, госпожа Брюкман! Счастливо оставаться, госпожа Брюкман! Честь имею, госпожа Брюкман!

— Молчать! — завопила хозяйка и швырнула в него полотенцем.

— Да что вы, госпожа Брюкман! — проговорил господин Пепперминт, поднимая с пола полотенце. — Я ведь только хотел проститься с вами как можно вежливей!

Она не успела ответить, как он уже повернулся и, насвистывая, вышел из дома. На улице он огляделся по сторонам, но Субастика нигде не было видно.

Скоро подошел трамвай, которого дожидался господин Пепперминт. Он уселся на одно из свободных мест впереди и развернул газету. На следующей остановке в трамвай вошло много людей. Они кучей столпились сзади, вокруг кондуктора. Вдруг с задней площадки донесся пронзительный голосок:

— Дайте мне билет!

— Куда? — спросил кондуктор.

— В руку, конечно! — ответил тот же пронзительный голос.

Господин Пепперминт вскочил с места. Неужели Субастик здесь? Не может быть! Наверно, господину Пепперминту это просто померещилось. Схожие голоса — не такая уж редкость.

— Куда ты едешь? — спросил кондуктор.

— В контору! — ответил голосок. Люди в вагоне засмеялись.

— Покажи-ка свои деньги, — коротко приказал кондуктор.

— Зачем? — спросил голосок. — Ты что, не знаешь, как выглядят деньги?

— Хватит! — закричал кондуктор. — Будешь платить или нет?

Вместо ответа послышался звон монет. Пронзительный голосок с удовлетворением произнес:

— Очень вкусно! Прекрасный металл!

— Нахальный мальчишка! Он проглотил все мои монеты! — закричал кондуктор. — А ну-ка поди сюда, негодяй!

Теперь у господина Пепперминта уже не оставалось никаких сомнений. Он стал пробираться назад. Тут трамвай резко затормозил. От толчка какое-то существо в резиновом костюме пролетело вперед, упало, ударилось об ногу господина Пепперминта и, ухватившись за нее, восторженно завопило:

— Папа! Ты здесь, папочка! Это был Субастик.

— На выход! Живо! — скомандовал господин Пепперминт, соскочил с подножки трамвая и выволок вслед за собой Субастика.

Кондуктор не успел и глазом моргнуть, как двери вагона автоматически сомкнулись, и трамвай покатил дальше.

— Повезло нам с тобой, папочка! — заявил Субастик.

— Если ты и дальше не уймешься, мы с тобой обязательно угодим в тюрьму! — принялся распекать его господин Пепперминт. — Как ты вообще оказался в этом трамвае?

— Я ехал к тебе в контору, — виноватым голосом пробормотал Субастик.

— Я же запретил тебе увязываться за мной! Сейчас же ступай домой!

— К этой старухе Брюкман?

— Не хочешь к ней — иди на детскую площадку!

— Не хочу-у-у-у!

— Я пойду на службу один, и точка! А ты поступай как знаешь, мне все равно! — сказал господин Пепперминт и зашагал прочь.

На углу он обернулся. Нет, Субастик не стал его догонять, он продолжал стоять на том же самом месте, где господин Пепперминт простился с ним. Довольный, господин Пепперминт быстро зашагал в контору.

Дверь конторы была по-прежнему заперта. Как и накануне, господин Пепперминт пересек двор и направился к дому своего хозяина — владельца фирмы господина Тузенпупа. Он постучал в дверь и, хотя никто не крикнул ему «Войдите!», все равно вошел в квартиру.

Владелец фирмы Тузенпуп в полном изнеможении восседал на груде тарелок и тупо глядел в пространство. На полу выстроились чашки, на абажуре лежали книги, обеденный стол стоял на письменном, постельное белье свисало со шкафа, а стулья загромоздили всю тахту.

— Ну что, удалось вам отыскать ключ от конторы? — спросил господин Пепперминт.

— Нет, — глухо ответил Тузенпуп. — Все напрасно! Дверь конторы придется взломать. Я нашел булавку от галстука, которую тщетно разыскивал вот уже четырнадцать лет, а также открытку, которую мне прислали еще в 1931 году; она содержит чрезвычайно важное сообщение! Кроме того, я обнаружил восемь монет, три игральные карты и одну пишущую машинку. Но ключа нет как нет! Интересно, а куда вы обычно прячете свой ключ?

— Я? — удивленно переспросил господин Пепперминт. — Я вообще никуда не прячу ключ. Я просто кладу его в карман.

— В карман! — передразнил его господин Тузенпуп. — Да вы начисто лишены фантазии.

При этом он невольно сунул руку в карман брюк.

И тут же вскочил, словно его укусила оса, и завопил:

— Вот! Вот этот неуловимый ключ, беглец проклятый! — Он вытащил из кармана ключ от своего письменного стола. — Почему вы не сказали мне об этом вчера? — упрекнул он Пепперминта.

Господин Тузенпуп отпер письменный стол, потом открыл шкаф и наконец вытряхнул из ботинка ключ от конторы.

— За работу! — воскликнул он, как только ключ оказался у него в руках, пересек двор в два прыжка и вихрем ворвался в свой кабинет.

Господин Пепперминт поспешил за ним.

В конторе стоял большой дубовый письменный

стол с кожаным креслом и маленький столик с деревянной табуреткой.

В кожаное кресло сел владелец фирмы, а на деревянную табуретку — господин Пеперминт. И оба принялись за работу.

Господин Тузенпуп выписывал счета, а господин Пепперминт проверял, верно ли хозяин подсчитал итог. Затем господин Пепперминт складывал бланк каждого счета попо'лам и запечатывал его в конверт.

Владелец фирмы выполнял свою работу с помощью счетной машины, а господину Пепперминту приходилось производить все расчеты в уме. А чтобы господин Пепперминт не мог схитрить и сказать: «Итог верен», не проверив его как следует, хозяин записывал каждую сумму на отдельном листке и вносил ее в бланк счета только тогда, когда у господина Пепперминта получалась точно такая же сумма. Само собой разумеется, что при помощи счетной машины господин Тузенпуп производил все расчеты гораздо быстрее, чем господин Пепперминт — в уме. Поэтому на столе у господина Пепперминта очень скоро скапливалась кипа счетов, тогда как его хозяину нечего было делать. Со скуки он скатывал бумажные шарики и запускал их в другой угол комнаты, где стояла мусорная корзина. Чаще всего он попадал в цель. Но случалось, снаряд пролетал мимо. Тогда он говорил:

— А ну-ка, Пепперминт, бросьте эту бумажку в мусорную корзину!

Выполнив распоряжение хозяина, господин Пепперминт возвращался на место, но при этом всякий раз сбивался со счета, и ему приходилось начинать все сначала. На это, разумеется, уходила уйма времени.

Хозяин изнемогал от скуки и, чтобы развеять ее, отправлялся на полчасика в пивную.

Вот и сегодня хозяин несколько часов спустя

встал и ушел в пивную. Пока он сидел там, у господина Пеппермйнта работа шла полным ходом. Он так углубился в подсчеты, что даже не поднял голову, когда через некоторое время хозяин вернулся. Господин Пепперминт слышал, как он уселся в свое кожаное кресло и зашелестел бумажками.

«Сейчас опять запустит бумажный шарик в мусорную корзину!» — с раздражением подумал он. Но вместо этого послышалось чавканье, и знакомый голос произнес:

— Очень вкусно! Нежнейшая бумага — лучше печенья!

Господин Пепперминт рывком обернулся назад. Нет, не хозяин его вернулся — в директорском кресле сидел Субастик! И он как раз принялся грызть линейку, с помощью которой господин Тузенпуп подчеркивал итоговую сумму.

— Привет, папочка! — сказал Субастик, не переставая жевать. — Отличная у тебя контора. Бумага высшего сорта! И дерево тоже классное!

— Ты все-таки увязался за мной! Сейчас же убирайся отсюда! — гаркнул господин Пепперминт. — И не смей пожирать документы!

Он схватил Субастика за руку и хотел было вытолкнуть его за дверь, но побоялся, как бы это не увидел хозяин. Тогда он посадил Субастика к себе под стол, заслонил его корзиной для бумаг и сказал:

— Прошу тебя, Субастик, спрячься получше, как только придет мой хозяин! Понятно?

— Понятно, папочка! Я очень люблю играть в прятки! — весело ответил Субастик.