Драконья страсть (СИ) - Совушкина Лия

— Я дам вам зелье для её языка, — начала с вершков ведьма, подмазываясь, — дам зелье истинных пар и крови древнего дракона. Огненного Вельзевула.

— Говори, ведьма, — вновь надавила Рилай.

— Твоя подруга наполовину демон, наполовину человек, а значит, обучаясь у хорошего мастера, она могла бы стать отличной колдуньей, — старуха снова оббежала их по кругу, заглядывая в глаза. — Но могла бы, если бы занималась этим с детства, если бы не уродилась в отца так сильно. У демонов другая магия, идущая вразрез с человеческой. Я возьму сущий пустяк. Её новорождённую дочь.

Рилай молча взяла ложку, продолжая есть. Лишь спустя пару минут молчания, она тронула Далию за плечо.

— Ты это пить и… — она указала на свой язык. — Понимаешь?

— Пить это и мочь?.. — Далия изобразило рукой жест разговора.

— Да, верно, — кивнула дракон. — Но! — она подняла палец, затем опуская руки к груди и изображая в них младенца, а потом как передаёт его старухе.

— Нет! — испугалась Далия, отодвигая от себя пузырёк. — Нет, нет, нет.

— Не спешите, — старуха усмехнулась глядя на отрицательно настроенных девушек. — Подумайте до завтра об этом.

Рилай указала на старуху, сделала жест говорения и постучала себя по виску, показывая мысль, а потом и сложенные ладони под ухом. Далия кивнула, но явно настроенная на дальнейший отказ.

— Чтобы помочь вам принять решение, — ведьма суетливо метнулась к комоду, зарываясь в него по самые плечи, — я кое-что сделаю. Вот он, — она достала ужасно грязный плетёный мешок. — Вытяните по свитку каждая, там будет ваша судьба. Слово ведьмы, что ничего взамен не возьму, только хочу, чтобы вы согласились на обмен.

Рилай хотела отказаться, но слово ведьмы на ветер не бросают, если его дали — нарушить не получится никак.

— Давай свои предсказания, ведьма, — протянула руку дракон, но старая женщина мешок одёрнула.

— Погоди, я же не колдовала ещё! — она стала мельтешить по всей комнате, собирая разнообразные травы и кристаллы. Ведьма что-то шептала, жгла их и даже уколола палец, смешивая с кровью пепел. Рилай подобное уже видела, когда Далия колола свои пальцы, освобождая подругу от железных оков. Возможно, дочь Далии и сумела бы стать хранительницей хребта миров, но если полудемон этого не хочет — значит, не суждено. — Всё, давай, змеица. Узнай, что ждёт тебя.

Рилай скептически хмыкнула, но всё равно сунула руку в мешок. Она копошилась среди множества свитков, слегка грубых и пыльных. Наконец, схватила один из них, доставая и сжимая в руке.

— Далия, м, — дракон кивнула на мешок и сжатый в её руке свиток.

Полудемон тоже вытащила, развязывая на нём травинку и пялясь в только ей известные здесь буквы. Это был её родной язык, язык демонов, она удивленно посмотрела на старуху, но та лишь покачала головой. Она не знала языка демонов, но его знала древняя магия. Рилай тоже развязала свой свиток, читая буквы, складывающиеся в незамысловатый стишок:

Чем сильнее пылает пламя,

Тем глубже течёт река,

Предав родимое знамя,

Исчезнешь ты на века.

Не пытайся найти утеху,

В холодных пустых стенах.

Твоя борьба только смеху,

Принесёт, да и крах.

Поможет тебе лишь смиренье,

Согласия немая волна.

Тебя погубит творенье,

Останешься ты одна.

Остуди свой пыл,

Измени себя,

Пойми кто был,

Искренне тебя любя.

— И толку? — она смяла лист, сжигая своим огнём. — Ничего не понятно, замудрёно и бессмысленно.

— Ты поймёшь, когда придёт время, — ведьма растянула тонкие губы в усмешке. — Но не будет ли уже поздно?

Рилай скосила глаза на Далию, что тоже не могла уловить смысл написанного. Она смотрела в одну точку и было слышно, как работают шестерёнки в её мозгу. Только подумав о разгадке стихотворения, Рилай получила головокружение — сил практически не осталось. Она свалилась на предложенную ведьмой постель, подзывая жестом к себе Далию.

— Спать, — она зевнула, подкладывая руки под ухо. — Иди сюда.

— Спать, — повторила полудемон, забираясь на другую сторону от дракона, та была на удивление тёплой даже в человеческом виде. — Цветочек.

— Что? — Рилай приоткрыла один глаз. — Где?

— Ты, — сонно рассмеялась Далия, ткнув в лоб подругу. — Рилай — цве-то-чек.

Сохраняя теплую улыбку на губах, Рилай закрыла глаза, чувствуя как сон уносит её в свои дали. Несмотря на опасность от старухи, сон был беспечным и глубоким, предвещающим только покой.

«Глава 3. Ааронрийская империя»

Бешеный галоп по лесу. Узкая тропа, виляющая из стороны в сторону, абсолютно не предназначенная для верховой езды. Далии приходилось пригибаться, чтобы не слететь с седла, ведь сосновые ветви возникали неожиданно и грозились сбить всадницу. Несколько раз лошадь резко вставала на дыбы, в последний момент останавливаясь перед стеной колючих кустов. На её боках всё чётче проступала вена, а красноватые глаза мутнели. Ещё немного и она окончательно выбьется из сил.

Сердце полудемона бешено колотилось, в душе горела мрачная решимость. Тонкие пальцы всё крепче стискивали повод, комкая его и вдавливая в нежную кожу. Внезапно тропа вильнула в последний раз и мир ослепило утреннее солнце. На лице Далии засверкали капельки пота, стекающего со лба и оставляющие грязные серые дорожки. Девушка радостно улыбнулась, увидев открывшуюся перед ней картину. Лошадь вылетела на мощёную дорогу, ведущую в город, который соблазнительным маревом виднелся вдали. Прямой тракт пустовал, и цокот копыт ударил по ушам девушки. Из последних сил животное ускорилось, хрипя от напряжения и усталости, стремясь к незнакомым стенам.

Лошадь остановилась у городских ворот и, сделав парочку шагов, начала заваливаться на бок. Далия в последний момент успела соскочить на землю и, словно в замедленном времени, наблюдала как обессиленный конь падает наземь. Лошадиные ноги тряслись, а бока безостановочно ходили ходуном, клочья белой пены падали на каменную дорогу. Животное последний раз дёрнулось, и мутные глаза закатились навсегда.

Стражники, что стояли у ворот, выбежали на шум и в растерянности наблюдали за плачущей у коня девушкой. Вдруг один затянутый в кожаные доспехи демон обратил внимание на внешность путницы. Бросив быстрый взгляд на открытую шею, мужчина схватился за пристёгнутую к поясу плеть, активируя связующие чары и медленно направляясь к Далии. Второй страж сначала не понял действия напарника, но решил просто понаблюдать со стороны.

Кнут, описав полукруг, обвился вокруг девичьей шеи и рывком потянул в сторону ворот. Демон, подтащив к себе сопротивляющуюся Далию, отвесил ей хлёсткую пощёчину. Голова, словно у куклы, мотнулась в сторону, и из уголка рта потекла тонкая струйка крови. Стражник с ухмылкой на лице встретил свирепый взгляд девушки и замахнулся во второй раз. Однако ладонь не успела прикоснуться к красной щеке, остановившись в миллиметре от неё.

— Думала, раз сбежала, сможешь выжить без хозяина? — слова, произнесённые стражником, были пропитаны ядом.

— О-о чём Вы? — Далия широко раскрыла голубые заплаканные глаза, отказываясь верить в услышанное.

— Мы каждый день ловим с десяток таких, как ты, рабыня, — демон кивнул подошедшему напарнику и толкнул девушку тому в руки. Молодой бес, только поступивший на службу, бережно обхватил тонкие плечи девичьи плечи, не давая той вырваться из объятий. — Ничтожества, вы даже сбежать нормально не способны.

Плюнув под ноги, старший демон пристегнул кнут на место и быстрыми шагами пошёл в сторону тёмного переулка. Далия с ужасом смотрела ему вслед и, чувствуя, как удерживающие её руки начинают сжиматься в намёке, вынужденно зашагала в нужном направлении. Плутая по закоулкам городка, трио приближалось к самому мрачному зданию, расположенному на окраине. Это была темница, построенная из каменных блоков, вперемешку с базальтом, стоны и крики из которой разносились на несколько метров вокруг. Приземистая, наравне с остальными домами, тюрьма словно впитывала солнечные лучи и возвышалась над округой.