Подвалы твоего сердца (СИ) - "hazy forest"

Тела мертвых преподавателей были пригвождены к уцелевшей стене над главным входом. Директор Макгонагалл была среди них, и Гермиона практически застыла, пытаясь убедить себя в том, что это лишь видение старой ведьмы. Кровь закипала; Грейнджер, обычно невозмутимая, сейчас до одурения желала убить Малфоя, хотя он и не подозревал о том, во что превратится в будущем. Руки дрожали и тянулись к палочке, но все, что могла сейчас делать Гермиона — это наблюдать.

— Я же приказал не трогать студентов Слизерина! — прогремел грозный голос взрослого Малфоя, и в одного из его подчиненных полетел луч зеленого цвета. Волшебник пал замертво, не закончив свою пытку над одним из учеников. К тому моменту студент уже потерял сознание. На вид юноше было около семнадцати, — видимо, он учился на старших курсах. С виска стекала кровь, пачкая белоснежную рубашку и галстук, перемежающий в себе зеленый и белый цвета. Малфой стоял над раненым около минуты, о чем-то раздумывая, а потом, взмахнув палочкой, наградил его коротким заклятьем. Кровь испарилась с кожи студента, рана на виске затянулась, а сам он понемногу начал приходить в себя.

— Вставай, — повелел Лорд, когда мальчишка смог осознанно воспринимать окружающую обстановку. Студент, из-за шока даже забывший, что был ранен, поднялся на ноги и выпрямился. В его взгляде и осанке чувствовалось слизеринское нахальство. — Я дал тебе шанс, но только один. Скажи, будешь ли ты мне предан, или предпочитаешь умереть героем, как эти глупые гриффиндорцы?

— Я буду служить, — пару раз нервно моргнув и опустив взгляд, произнес слизеринец. Драко хмыкнул и, приблизившись к юноше, волшебством вскинул его руку вверх. Едва палочка Малфоя коснулась кожи нового подчиненного, тот болезненно зашипел, а потом и вовсе застонал, оседая на землю и скручиваясь в агонии.

— Скоро пройдет, — равнодушно бросил Малфой и, отвернувшись от скорчившегося на земле слизеринца, пошел дальше.

— Мой Лорд! — к нему спешно подошел один из волшебников в темной мантии. — Мы все проверили. В доме Уизли никого нет.

Гермиона, услышав про Нору, тревожно вслушалась в их разговор. Её до сих пор трясло от увиденного здесь, и мысль о том, что Малфой нацелен на уничтожение жилища Уизли, окончательно растлевала остатки спокойствия.

— Тогда спалите дотла дом этих ничтожеств, — отдал короткий приказ Малфой. — Я еще должен закончить здесь. — Студент, получивший метку, уже оправился от болевого спазма и рассматривал клеймо, вряд ли осознавая, в какую безжалостную авантюру ввязался.

— Я прослежу за тем, чтобы ваш приказ был исполнен в лучшем виде, — волшебник, по традиции приложившись лбом к руке Малфоя, поспешно удалился, стараясь выслужиться перед своим Лордом.

Драко устремил взгляд на небо, подернутое зеленоватой дымкой, и глубоко вдохнул. Казалось, только сейчас у него появился азарт к жизни, и еще более безумная улыбка коснулась губ темного волшебника. Вместе с этим небо поразил еще один раскат грома, а потом видение начало дрожать, цвета и образы — смешиваться, и вскоре синеватый туман поглотил все без остатка. Кто-то с усилием потянул Гермиону за плечи, буквально вытаскивая из омута. Рухнув на стул, она еще несколько минут приходила в себя.

— Воды? — спокойно предложила Минерва и, не дожидаясь ответа, взмахнула палочкой. К Гермионе подлетел хрустальный бокал. Молча взяв его в руки, она почти залпом выпила всю воду. Мысли до сих пор путались и не желали связываться в одно целое. Гермиона понимала, что необходимо придумать план, как помешать Малфою, но кроме мысли о немедленном убийстве на ум ничего не шло.

— Теперь вы понимаете, почему я так беспокоюсь за Драко? — осторожно спросила Макгонагалл, опускаясь в кресло напротив Гермионы.

— Драко? — что-то в голове Грейнджер взорвалось с оглушительным треском. — Вы называете этого гнусного убийцу по имени без малейшего отвращения! В этом видении он убил вас, директор! Неужели вы не понимаете? Его нужно сейчас же отправить в Азкабан… — Гермиона огляделась, будто ища поддержки в окружающей ее обстановке. — Я должна обязательно донести об этом в Министерство. Довольно войн, я больше не смогу смотреть на смерти! — Гермиона заходилась судорожными вдохами. Она не хотела, чтобы пострадала Макгонагалл, другие преподаватели и семья Уизли. Не хотела, чтобы мир, достигнутый такой дорогой ценой, вдруг рухнул из-за такого ублюдка, как Малфой.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Я взяла с вас обещание! —строго произнесла Минерва. — Если вас это убедит, Министерство тут же снимет меня с поста директора, если узнает, что я обращалась к незаконной магии. Поймите же наконец, что все не так просто!

— А как? — Гермиона приподняла бровь. — Нам просто молча наблюдать за тем, как Малфой становится сильнее, чтобы в конце концов разрушить Волшебный Мир?

— Я не говорила о бездействии. Мне кажется, мы с вами обсудили пути исправления этой ситуации.

— А я еще раз повторяю, что не могу даже видеть Малфоя! Если бы вы знали, какие возмутительные вещи он мне высказал после того, как мы ушли отсюда! Он угрожал мне своей палочкой, и кто знает, как далеко Малфой способен зайти в своих запугиваниях…

— Мистер Малфой не виноват в том, что был воспитан своим отцом! Может, вы этого и не видите, но в Драко заложен огромный потенциал — как светлый, так темный. И сейчас единственный вопрос в том, в какую сторону склонится чаша весов. А на это можете повлиять только вы.

— Почему? — дрожа от безысходности, Гермиона впилась умоляющим взглядом в Минерву. — Вы видели это? Тогда почему не покажете мне?

— Я не могу, — покачала головой Макгонагалл. — Мне пришлось заблокировать эти видения в своих мыслях, чтобы никто и никогда не узнал о них. Если ожидающие возвращения Темного Лорда волшебники узнают, что вы можете свести мистера Малфоя с пути темной магии, ваша жизнь окажется в опасности. Я не могу подвергать ни вас, ни весь Волшебный Мир такому риску.

Гермиона жадно выхватывала каждое слово директора, пытаясь усвоить информацию, хотя ей до сих пор была отвратительна та мысль, что единственным путем к спасению становится её связь с Малфоем. Дружить с самовлюбленным кретином, в перспективе обещающим стать сильнейшим темным магом? Нет, Грейнджер была уверена, что тяжесть этой работы сломает её и без того ослабевшие плечи.

— Что мне делать? — опустевшим голосом спросила Гермиона, хотя знала, что ответ будет ожидаем и ничего кроме обреченности не принесет.

— Вам нужно найти путь к исправлению сознания мистера Малфоя. Он уже начал задумываться о страшных вещах, но пока еще есть шанс на спасение. Когда мрак и темная магия поглотят его душу, дороги назад уже не будет. Мы должны действовать как можно быстрее. Если вам от этого будет легче, вскоре вы получите возможность в некотором смысле… управлять Драко.

— О чем вы? — обеспокоенно спросила Гермиона, но ответа так и не получила. Макгонагалл упрямо молчала, без слов говоря о том, что все это Гермионе предстоит узнать самой. — Прекрасно…

— Я понимаю, что вам сложно переступить через себя и пойти на примирение, однако сделать это необходимо. Драко нужно попасть домой. Миссис Малфой в ужасном состоянии и, боюсь, на поправку может уже не пойти.

— И что же, мне его пожалеть? — дерзко вскинув бровь, Гермиона поднялась с места. Она бы не стала так разговаривать с директором в обычном случае, но сейчас её ярость просила хотя бы малейшего выхода наружу.

— Просто скажите ему, что готовы отправиться в Малфой-мэнор в качестве сопровождающего. Надеюсь, он поймет свою ошибку и извинится перед вами, — Макгонагалл и сама не очень верила в последние слова, но преследовала цель хоть немного расположить гордую гриффиндорку к ненавистному ей слизеринцу. Вместо ответа Гермиона хмыкнула, отлично понимая, что они обе сильно сомневаются в том, что Малфой способен на извинение. Скорее всего, даже под страхом Авады он не стал бы распинаться перед нечистокровной волшебницей.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Ступайте, мисс Грейнджер, и пусть удача будет вам надежной спутницей, — наконец произнесла Минерва, тем самым обозначая конец разговора.