Fallout Equestria: Синяя молния - Даниил Смит

Я не помню своих родителей. С детства я жил на тёплом тропическом острове, где резвился и бегал в своё удовольствие. Меня опекала Длинный Коготь — последняя сова, знавшая тайну Изумрудов.

И однажды… — голос ежа наполнился болью, — я совершил ошибку. Длинный Коготь говорила мне скрывать свои силы, но я не послушал её… за что в итоге поплатились мы оба.

Однажды я в очередной раз бегал по острову со своей обычной околозвуковой скоростью. А когда я вернулся в дом… — Соник тяжело задышал и прикрыл ладонью глаза. — На нас напали ехидны. Длинный Коготь дала мне кольца и карту соседних миров и сказала бежать. Я хотел остаться с ней… но не мог. И я… убежал на Землю.

Ёж ненадолго прервался, приходя в себя после тяжёлых воспоминаний, потом продолжил:

— Там я провёл десять лет, живя в лесу и скрываясь от чужих глаз. Ты даже не представляешь, как мне там было одиноко. Ради развлечения я стал следить за жизнью одного человека. Его зовут Том Ваковски, и он полицейский, а ещё у него красивая жена Мэдди. Они, по сути, стали моей семьёй, сами не зная об этом.

Затем я… выдал своё присутствие в этом мире. Просто сорвался и стал бегать кругами по бейсбольной площадке, с каждым разом всё ускоряясь. Ну и… выбросил часть собственной силы, вырубив электричество на всём Западном побережье.

За мной стали охотиться, и я залез в дом к Тому, чтобы спрятаться. И тем самым вовлёк его во всё это. Но мы справились. А гнавшегося за нами Эггмана я закинул с помощью кольца на планету, полную грибов.

Я думал, что он останется там навсегда, но он смог призвать на свою сторону Наклза — последнего из ехидн. Они снова отправились за мной — и даже почти поймали, но… — Соник усмехнулся, — меня спас Тейлз. Этот маленький двухвостый лисёнок отследил меня только для того, чтобы предупредить об опасности. И так уж вышло, что он стал моим новым спутником.

Тем временем Эггман узнал от Наклза о Мастер-Изумруде и решил найти его, чтобы потом в одно рыло управлять вселенной. Мы же с Тейлзом стали искать Изумруд, чтобы тот не достался Эггману. Доктор обманул Наклза и, когда они нашли Изумруд, подчинил тот себе, получив власть над самой материей. Однако мы смогли вернуть Изумруд и победить Эггмана… точнее, мы так думали.

Но он вернулся — ещё сильнее и злее, чем прежде. А потом появился Шедоу… и всё пошло наперекосяк. Остальное ты знаешь. Теперь на мне лежит ответственность за целый мир… а может, — он вздохнул, — и за всю вселенную.

— Фига себе у вас там дела творятся, — хмыкнула Космик. Она так заслушалась, что совсем забыла про чистку оружия, поэтому принялась тереть полуразобранный пистолет-пулемёт с удвоенной энергией. — У нас тут обычно всё куда проще: родился, насмотрелся ужасов Пустоши, сделал детей, если повезло, — а потом умер. Чаще всего от болезни, радиации или пули. До старости здесь мало кто доживает. Ну и ничего великого уже долго не происходит. Наша битва случилась двести лет назад… и в ней, как ты уже знаешь, победителей не было.

Я родилась и выросла здесь, в Республике. Мой папа был единорог и работал в оружейке, но главной его страстью являлись всякие технические штуки вроде СтелсБаков, хакерских модулей и прочих дефуркуляторов… за которые, кстати, город выручал неплохие крышки. Мама же работала на кухне — и умерла от пыльной лихорадки, когда я была маленькой. А через несколько лет, когда я подросла, папу укусил радскорпион, незаметно пролезший в город.

Я осталась одна, и мне нужно было искать себе занятие в жизни, ведь у меня до сих пор не было кьютимарки. Меня с жеребячества привлекало оружие, и пока папа возился с очередной технической хренью, я играла с пистолетами и винтовками. По счастью, никого из окружающих так и не подстрелила.

И поэтому я решила пойти в охрану. Сильвер Стар был против (конечно, терять выгодную статью дохода всегда неприятно!), но я сумела его убедить. С тех пор я сопровождала пони в торговых походах и стояла на городской стене, пресекая возможные нападения из Пустоши. За столько лет набеги рейдеров были всего-то два раза — а вот в пути за этим нужен глаз да глаз, чтоб не ограбили.

Позже я собрала отряд из тех пони, которым могла доверять. С единорогами, кстати, не шути: они родичи нашего мэра… Иногда нам разрешают брать сторонние контракты, также приносящие крышки; и завтра мы отправимся именно за таким. Потому что всегда будет спрос на тех, кто может подставить свою грудь вместо твоей и пустить достаточно пуль в ответ, чтобы ты нахрен не сдох, прежде чем рассчитаться.

Космик положила в сундук Дэна, вытерла клеёнкой рот и копыта, сложила её пополам и швырнула туда же.

— Ясно… — протянул Соник и посмотрел на дверь. — Хм, не пойму: у вас что, замков совсем нет⁈

— Когда-то были, — пожала плечами кобыла. — Но с этими ключами была такая морока, что… Да и недоверие друг к другу просто зашкаливало… В конце концов мы от этого отказались. Ведь нас здесь мало — от силы полторы сотни, все всех знают, и каждый находится на виду. Виновный в краже всегда находится — и изгоняется в Пустошь. А преступлений покруче давно не случалось — и тут уж без вариантов. Но! — она подняла копыто. — За все приговоры голосуют жители, имеющие кьютимарки. И решение принимается большинством. Однако ещё ни разу не было, чтобы кого-то при всех доказательствах вины пощадили.

Земнопони поднялась на ноги.

— Так, хватит пока болтовни. Надо бы и перекусить.

Она подошла к сброшенным седельным сумкам, порылась в одной из них и выудила два яблока. Одно бросила Сонику, в другое сама с удовольствием впилась зубами.

Какое-то время в комнате слышались только тихие звуки жующих челюстей. Наконец, когда от яблока Соника остался огрызок (Космик своё съела целиком), ёж снова спросил:

— Серьёзно? То есть тут в ходу крышки от бутылок, я правильно понял?

— Угу. Как-то… — Космик поводила копытом, подбирая слово, — исторически сложилось. А что?

— Получается, еду вы почти всю покупаете? Мне показывали сегодня лотки с землёй в одном из зданий, и вроде даже там что-то росло, но на всех