Трудно быть героем - Евгений Кукаркин

- Ничего, Сережа, ты пей, ешь, а я посижу.

Я выпиваю и, оседлав стул, сажусь напротив Кати.

- Однажды ты меня спросил, о чем переговаривался пропавший летчик с тем, который его сбил, - вдруг неожиданно заговорила Катя. - Ты помнишь этот разговор?

Я киваю головой. Катя продолжает.

- Летчики меня поразили. Представляешь, они не знали друг друга, поэтому в воздухе стоял мат. Они говорили, как-будьто торговались на базаре. Один предлагал другому передать ему мешки с золотом, которые тот перевозил с прииска, а другой увещевал его. Тот кидался процентами, а этот был обречен. На его вертолете не было вооружения и его соперник сбил машину в тайге. Потом мы посылали на поиски самолеты, вертолеты, экспедиции, но как и предыдущие случаи, ничего не нашли.

- Так в чего же полковник не поверил?

- Он сказал, что в радиусе 300 километров нет никаких вертолетных частей, тем более с боевыми машинами. Не мог такой вертолет возникнуть ни откуда.

- И радары не могли ничего поймать?

- Это невозможно. Ты сам летал на точки и знаешь, что рельеф местности не позволяет нащупать низколетящий вертолет. Провалишься за холмы или идешь над водой и все... вне видимости...

- Записи, записи переговоров у тебя остались?

- Нет, я говорила напрямую, поэтому у него в черном ящике они должны быть.

- А следователи были?

- Были, но командир части не допустил их до меня.

Я опять наливаю себе водки и предлагаю стопку Кате, но она мотает головой.

- Уже поздно, пойдем, я отведу тебя домой.

- Не хочу. Приду завтра утром, я так маме и сказала.

- Тогда я пойду заварю сейчас чайку, а потом заправлю тебе кровать...

На следующий день, где то часов в 13, ко мне постучался полковник Мещеряков.

- Сережа, это правда, что мне рассказала дочь?

Я сразу не понял и поэтому неуверенно спросил.

- О чем?

- О том, что я раскрыл твое инкогнито.

Это не про наши взаимоотношения с Катей.

- Да.

- Что же я наделал? Придется сейчас пойти к Петруше и поговорить с ним. Вот черт, как нехорошо все получилось

Полковник убежал.

Дожди кончились и опять начались полеты на дальние точки. Я летел на базу с площадки Б2, когда в наушники ворвались мои позывные.

- Чигир, отзовись Чигир...

- Иртыш, я на связи.

- Чигир, сверните с маршрута в сторону 11 квадрата. Вдоль притока Северянка потерпел аварию наш вертолет.

- Иртыш, я понял, сворачиваю на Северянку.

Я нашел эту каменистую речушку и пошел вдоль нее. Где то в верховье реки увидел дымок. Вертолет рухнул на каменную гряду, а недалеко, возле костра, стоял человек и махал рукой. Мне негде было опуститься, валуны и камни не позволяли этого сделать и пришлось исследовать речку, в поисках площадки. Только метров пятьсот нашел узенькую площадку берега и приземлился.

Это был полу француз Пашка, с которым мы схватились у клуба.

- Иванов? - неуверенно спросил он.

- Я. Что у тебя?

- Помоги мне. У меня раненый.

Мы подходим к вертолету. На полу, на спине лежит парень раскинув руки. Под ним большая лужа крови. По синеве лица понимаю, что он мертв. Рядом завернутая в брезент фигура. Я откидываю брезент и тут же ствол пистолета уперся мне в грудь.

- Не шевелись, падло.

Теперь я всматриваюсь в лицо и усмехаюсь.

- Здорово, Шпора.

- Летчик? Ты здесь?

- Убери пушку. Ты что ранен?

Шпора убирает пистолет и с трудом вылезает из брезента.

- Зацепило немного в ногу.

Нога выше колена неумело перевязана шнуром, брючина порвана и вся в крови.

- Как ты здесь очутился?

- Комиссовался и уехал на родину.

- Давно?

- Да почти после тебя. Ухо оторвало осколком. Во, смотри.

Шпора оттягивает черную шапочку и я вижу голую раковину без выступающего уха.

- А как сюда попал?

- Завербовался в охранники. Вот золото перевожу. Мой напарник сразу... осколком в спину.

- И тебе доверили золото?

Я усмехаюсь.

- А что тут такого?

- Да если бы твои начальники знали, кого к золоту поставили...

- Ладно тебе. Помоги лучше мешки перетащить, Так как я ранен, сначала оттащи мешки, потом помоги мне.

- Что все-таки произошло с вашей машиной?

- Да вот он тебе скажет, - Шпора кивает на Пашку.

- Ты не поверишь, Иванов, - виновато говорит полу француз, - иду вдоль речушки и вдруг из-за сопки врезали из "стингера". Ракета взорвалась под брюхом. Одного охранника наповал, а другого спасли мешки с золотом на полу, а нашу машину спасло то, что шли низко. Так и шлепнулись на камни.

- Так может кто то рядом бродит?

- Черт его знает, у одного охранника пистолет, у другого был карабин, но он уже негоден, осколок исковеркал магазинную коробку. Этот с пистолетом, одна надежда.

- Пошли к моей машине.

Я взваливаю два мешка с золотом на плечи и говорю Шпоре.

- Сиди здесь, я приду за тобой. Паша, пошли, возьми еще пару мешков.

Мы долго бредем к моему вертолету. Наконец доходим до него и сбрасываем мешки на пол кабины.

- Паша, я пойду приведу охранника. Оставайся здесь.

Только отошел от вертолета, как вдалеке раздалось несколько выстрелов. Прыгаю с камня на камень, стараясь быстрей добежать до Шпоры, даже не думая об опасности. У поврежденного вертолета немая тишина.

- Шпора. Шпора.

Никакого ответа. Подбегаю к дверце. Голова Шпоры без шапочки свесилась наружу, пистолет и головной убор валяется рядом на камнях.

- Шпора...

Я за волосы приподнимаю его голову и вижу смерть в раскрытых глазах. Возле виска кровавая дырочка. Теперь оглядываюсь, может и меня держат под прицелом. Справа за валуном виден кончик зимней шапки.

- Эй...

Захожу сбоку. Уронив голову в камень, лежит скрюченная фигура. С валуна капают на нижние камешки красные капли. Вот так, еще один.

Иду к разбитой машине, чтобы забрать последние два мешка золота, но их нет, только след золотого песка остался из пробитого осколком мешка, который тащили мимо головы Шпоры. Под сиденье завалился неровный, величиной с яйцо, самородок. Я его засовываю в карман. Кто то все же утащил золото в тайгу.

Пашка нервно встретил меня.

- Что там стряслось.

- Шпора убит, золото утащили. Полетели.

Мы поднимаемся метров на тридцать и я запросил базу.

- Иртыш, я Чигир, ответьте мне.

- Я Иртыш, вас хорошо слышу, - говорит Катя.

- Иртыш, летчика и часть груза вывез с места катастрофы. Свяжитесь с ОВД и срочно пошлите группу на место происшествия. Там произошло убийство.

- Ой, - врывается в наушники. - Сережа сейчас все сделаю.

В штабе полка меня ждет мой старый знакомый, особист майор Легостаев с портфелем в руке.

- Здравствуйте, капитан.

- Майор? Здравствуйте.

- Пойдемте прогуляемся.

Мы идем по дорожке.

- Мне доложили, что полковник Мещеряков вас раскрыл...

- Да, это получилось нелепо.

- Если вы чувствуете себя неуютно здесь, мы можем подыскать вам новое место работы.

- Наверно не стоит. Здесь все же воинская часть, которая расположена далеко от основной магистрали и новый человек сразу будет заметен.

- Смотрите сами. Мы вообще то тоже считаем, что бегать не надо. А вот оружие мы вам все же дадим.

Майор из портфеля вытаскивает подмышечную кобуру, пистолет Макаров и обойму.

- Вот возьмите. Носите здесь, под мышкой. Вот документы на право ношения оружия. И никому не рассказывайте, что имеете личное оружие.

Я забираю все.

- Спасибо, товарищ майор.

- Как у вас здесь работается на новом месте?

- Сегодня брал летчика с подбитого "стингером" вертолета.

- Знаю. Печальный случай.

- А до этого, сбили наш вертолет другим вертолетом без опознавательных знаков.

Майор хмурится.

- Я знаю, что вас мучает. Почему в боевой части нет вооружения на вертолетах, почему нет боевых вертолетов, почему не вооружают летчиков?

- Это меня не мучает. Меня тревожит, что рядом притаился враг и об этом никто вслух не хочет говорить.

Легостаев остановился.

- Мы не знаем, где скрытый аэродром, не знаем кто рассылает по тайге отряды вооруженных людей, хорошо оснащенных современными ракетами. Зачем же орать об этом на каждом углу, нагонять панику на весь район. Всем понятно, что крупная бандитская организация старается прибрать золото к рукам. Прииск намывает золото и уже трижды исчезают вертолеты, везущие его в банк. Четвертый раз попытка грабежа, вы свидетель. Мы запросили, что бы по спутнику-шпиону пересняли весь район и представь, ничего не нашли.

- Значит, на войне как на войне.

- Может быть и так.

Катя тревожно смотрит на меня.

- Честно говоря, я не хочу, что бы ты погиб.

- Я не погибну, я везунчик.

- Помалкивай лучше и не говори ни кому об этом.

Оказывается я действительно везунчик, вот уже три раза летаю за золотом и все удачно.

- Это не может так долго продолжаться, - сказала Катя. - Понимаешь у меня такое мнение, что нас изучают. Кто то из наших связывается с бандитами и сообщает, что здесь делается.