Королева льда - Айрис Джоансен

– Снег не обещали до завтрашнего утра. Теперь вряд ли удастся быстро поймать такси. Они всегда исчезают неизвестно куда при первых признаках плохой погоды.

– А твоя квартира недалеко, почему бы нам не пройтись пешком? Заодно подышим свежим воздухом, – предложила Дани.

– Ты сказала «моя квартира»? – Брови Джека поползли вверх. – Дани, ты осваиваешь язык феминисток семимильными шагами. Ты что, хочешь остаться у меня на ночь?

– Нет, я только позволю тебе угостить меня чашкой горячего шоколада и развлечь приятной беседой. – Дани рассмеялась и оживленно продолжила:

– Потом я воспользуюсь твоим телефоном и позвоню в гостиницу, чтобы заказать себе номер. И еще я хочу хорошо провести время, пока буду ждать такси, которое отвезет меня в гостиницу.

– На такую обширную программу тебе потребуется целая ночь. – Он усмехнулся, глядя на нее. – Но я переживу, Дани. Мы друзья, и я готов поделиться с тобой последним. Моя постель – это твоя постель. – Он подмигнул. – Как и мое прекрасное тело, которое стоило два миллиона долларов, когда я был профессионалом. Сможешь ли ты отвергнуть такое предложение? Подумай, тебе невыгодно отказываться.

Дани на секунду задумалась, ответить ли ей серьезно или пошутить.

– Я ничего не понимаю в коммерческих делах. Поэтому оставляю это таким специалистам, как Энтони.

Снежинки падали на светлые рыжеватые волосы Джека и сразу же исчезали в его густых волосах. У Энтони, на его темной шевелюре, они бы сияли как звезды в ночном небе, подумала вдруг Дани. Она прикусила губу и постаралась не думать об Энтони. В течение последних часов ей это почти удалось, и Дани надеялась достойно выдержать это испытание еще какое-то время.

Весело болтая, она смогла не вспоминать Энтони почти половину дороги до квартиры Джека. Фары темного «Мерседеса», внезапно затормозившего посередине улицы, выхватили их фигуры из темноты. Автомобиль резко вывернул к тротуару. Этот вираж был встречен свирепой какофонией сигналов всех ближайших машин на улице. «Мерседес» неуклюже пробился сквозь поредевший поток машин и притормозил рядом с Дани. Водитель перегнулся через переднее сиденье и распахнул заднюю дверцу.

– Дани, садись в машину. – Лицо Энтони казалось белым в полутьме салона, глаза сузились от злости. – Ты же видишь, я задерживаю движение. Хватит одного талона на сегодня, который мне всучили, пока я искал тебя. – Его свирепый взгляд остановился на Джеке, который в замешательстве смотрел на Дани. – Я уверен, что вы поймете, почему Дани необходимо прервать приятный вечер, Ковальт. У нее строгий тренировочный режим, когда важны каждая минута здорового отдыха. – Его голос стал опасно вкрадчивым. – Вы сами бывший спортсмен, поэтому прекрасно знаете, как тот вид физической активности, о котором вы мечтаете, может истощить ее силы.

– Энтони! – возмущенно вскричала Дани. – Ты не смеешь так говорить…

Длинный требовательный гудок грузовика раздался позади «Мерседеса», и Энтони произнес голосом, не терпящим возражений:

– Садись, Дани. Сейчас же.

Очевидно, придется сделать это, потому что из-за «Мерседеса» уже начала образовываться пробка, с раздражением подумала Дани. Она задержала руку Джека в своей и быстро пробормотала слова признательности и извинения.

– Мне придется уступить, – сказала она смущенно. – Завтра позвоню тебе. – Дани проскользнула на заднее сиденье и захлопнула дверь. – Поехали. Этот грузовик сомнет тебя за полсекунды, если мы сейчас же не отъедем.

– Не удивлюсь, – буркнул Энтони, осторожно отъезжая от обочины и пристраиваясь в общий поток машин. – Только дураки могут садиться за руль в Нью-Йорке во время такого снегопада.

– Теперь понятно, почему ты раскатываешь в такую погоду, – язвительно буркнула Дани. – Только имей в виду, что я не убегала из дому, как непослушный ребенок. Я собиралась завтра вернуться в Брайарклифф.

– Речь идет не о завтрашнем дне. – Он пронзил ее взглядом, который был холоднее, чем снег, валивший за окнами. – Я не хочу, чтобы ты проводила эту ночь в постели Ковальта.

– Я буду проводить свои ночи так, как сама пожелаю, – сказала Дани со всей твердостью в голосе, на которую была способна. – Энтони, я ни в чем не обязана отчитываться перед тобой, кроме моей профессиональной жизни. Мне казалось, что я объяснила тебе это вполне четко.

– Очевидно, я не очень ясно выразился, – сказал Энтони. – Сейчас исправлюсь. Надеюсь, ты гораздо лучше поймешь ситуацию еще до того, как пройдет эта ночь.

– Мы возвращаемся в Брайарклифф?

– Не в такую пургу. Я не мазохист, хотя час назад сомневался в этом. Мы переночуем в моей квартире в Нью-Йорке.

– Я предпочту гостиницу, – сказала Дани, не отрывая взгляда от работающих «дворников» за передним стеклом. – Довези меня до ближайшей, и я вернусь в Брайарклифф завтра после полудня.

– Помолчи, Дани, – приказал Энтони с едва сдерживаемым гневом в голосе. – У меня мерзопакостное настроение с той минуты, как Пит вернулся домой и рассказал, что высадил тебя у двери Ковальта, как слишком нетерпеливую «девочку по вызову». Я не хочу, чтобы ты довела меня до точки. Только не сегодня.

– Энтони, ты опять ведешь себя как самый безумный диктатор. Тебе не приходило в голову, почему я вообще решила уехать?

– Приходило, – сказал он мрачно. – Я также допускал, что, возможно, спугну тебя прямо в постели Ковальта. – Энтони резко повернул и остановил машину у въезда в подземный гараж под современным зданием из мерцающего дымчатого стекла и бетона. – Я был немного на взводе, иначе никогда бы не позволил тебе уехать из дому. – Он открыл ключом ворота гаража, поставил машину на место и выключил зажигание.

– Будь уверена, я никогда больше не поведу себя так по-идиотски после всего, что пережил сегодня вечером. – Энтони повернулся к Дани с невеселой улыбкой. – Одного раза достаточно, я не разрешу тебе делать этого снова. Ни на час, ни тем более на ночь.

Обида Дани исчезла. Ей казалось, что она поняла Энтони, и хотелось сказать ему что-нибудь успокаивающее, но он уже открыл дверцу и вылез из машины.

– Пойдем, ты сможешь дать волю всему своему негодованию и вылить его на меня, когда мы поднимемся в квартиру.

Она так и сделает, внезапно разозлившись, решила Дани. Энтони открыл дверь лифта.

Квартира Энтони настолько отличалась по интерьеру от дома в Брайарклиффе, что Дани в удивлении замерла на пороге. Современный дизайн в жестком мужском вкусе, строго геометрические линии пространства и мебели. Серо-голубые стены и светлый ковер контрастировали с темно-синей обивкой дивана, кресел и стульев. Даже камин с желтыми изразцами в гостиной выглядел вполне современным. Дрова загорелись, когда Энтони нажал пальцем на кнопку подачи газа.