Дороги среди звезд - Тимофей Иванов

прочными; усиленный псионикой меч не мог их перерубить или как-нибудь серьёзно повредить, а вентиляционный короб заканчивался куда быстрее, чем мне бы того хотелось. Длина меча спасала меня недолго, в какой-то момент враг смог меня схватить, сократив дистанцию, броня на моём предплечье смялась с неприятным звуком, но монстр сделал ошибку, дёрнув меня на себя. Я нанёс встречный удар в его пасть мечом, который вышел из затылка твари. Мы завалились на пол, потому что кое-кто так и не разжал лапу.

— С@ка! — крикнул я от непередаваемых ощущений, выхватил боевой нож и, напитав его, псионикой попытался отрезать пальцы мёртвого врага, что получилось неожиданно легко. Похоже, секрет его прочности был в энергии имматериума, и как только этот урод сдох, его тело стало вполне обычными мясом с костями. — С@ка… — уже менее экспрессивно повторил я, берясь за броню.

Враг её натурально смял в ладони, заодно сломав мне левую руку. Хорошо хоть за свободную схватился, а не ту, что меч держала, иначе была бы мне кабзда. Но я был жив, а рука болела со страшной силой, пришлось срезать броню ножом с псионикой. Затем я вырвал меч из глотки врага и на всякий случай отрубил ему голову. Ну нах@р, как говорится. Тем временем шаттлы спустились с небес на землю и начали штурм, а мне пришёл вызов от Эрика на коротышах.

— Хускарл Цвергу, подавили внешние огневые точки, начинаем танцевать. Ты там как, можешь помочь изнутри?

— Не особо, меня покоцали. Но попробую что-нибудь сделать.

— Принял, будь там осторожнее.

— Вы тоже. Отбой.

Ещё раз оглядев уже точно мёртвого врага, я подхватился и побежал к вентиляторной. В прямом бою от меня сейчас может мало толку, возможно получится подключиться к местной системе безопасности с какого-нибудь терминала. Вентиляционный короб был не слабо разворочен рядом с камерой орошения, похоже, мой знакомец вскрыл его голыми когтистыми руками. Какая силища… И как много теперь вопросов, с которыми мы будем разбираться. Но строго после штурма.

Терминал, за которым сидел техник, впавший в кому, нашёлся довольно быстро, но доступа к охранной системе не имел. Зато в нём была планировка этажей и помещений, которую я быстренько скинул скандинаву, всё подспорье. Разобравшись с этим, я пошёл к комнате охраны данного этажа, отмеченной на схеме. Там обнаружились ещё два бессознательных тела. По уставу, нося шлем, стоит пристёгивать горжет, герметизируя его вместе с бронёй, но человеческое разгильдяйство неистребимо. Жёсткий воротник, способный удержать осколок и мелкий калибр, заставляет прилагать гораздо больше усилий, чтобы крутить головой. Как следствие, подчинённых приходится постоянно раздалбывать, иначе чёрта с два его кто-то будет пристёгивать в небоевой обстановке. И вот результат, так сказать, на лицо, а точнее на полу. Но мне же проще, никто не мешает глазеть по камерам на действия противника, слушать переговоры по рациям и передавать информацию штурмовикам, пока взламывается система, которая как-то подозрительно надёжно защищена.

Из-за чересчур заковыристых алгоритмов, ребята управились с защитниками раньше, чем я сумел получить полный доступ к управлению автоматическими дверями, которые можно было закрыть, отрезав защитникам пути отступления. Но и так неплохо получилось. Меня же, наконец, нашли Эрик с медиком, который занялся моей пострадавшей рукой.

— Это кто тебя так? — поинтересовался скандинав после доклада.

— Веришь, нет, а я в душе не знаю. Даже человек или ксенос не скажу, больно странная зверушка. Пошли пару ребят, чтобы притащили тушу, может наш Айболит чего-то скажет, — кивнул я на медика. — Точка на карте-схеме стоит.

— Есть.

— На ж@пе шерсть, — схохмил я. Нормальная реакция на адреналин, а потом вколотое обезболивающее, которое немного бьёт по мозгам. — Пошли лучше посмотрим на остальных псиоников и насколько они… Хм, нормальные. И что вообще за дрянь тут творится.

Глава 4

У медали две стороны — обе стороны одинаково важны. Интересно, что невозможно увидеть их одновременно.

Поговорка

Идя к внутренним помещениям псиоников, я чувствовал нарастающий зуд тревоги. Псионическое чутьё не предупреждало о какой-то конкретной опасности или чем-то вроде того, но таким знакам я привык доверять, а потому приказал Эрику вызвать подмогу. Да, всё прошло относительно по плану, да, я чувствовал, что погружённые в кому псионики по-прежнему не проявляют признаков активности, но всё же что-то было не так, существовала некая ложность происходящего. К тому же, у меня из головы всё не шёл неведомый зверь, который то ли имел какое-то отношение к людям, то ли был ксеносом, в чём-то похожим на нас… Или на демонов из древних мифов старой Земли. Кстати, это было вполне жизнеспособным вариантом, ведь существа, похожие на эльдри, засветились в человеческом фольклоре, так почему бы не быть ещё одной расе, которая отметилась в прошлом нашей прародины? Белым пятном в гипотезе было только то, что я о такой расе не знал, а уж ближних и дальних соседей по галактике успел изучить. Впрочем, наш общий дом, за комнаты в котором мы грызёмся, велик. Есть в нём куча совсем дальних или просто малочисленных видов разумных, о которых я ни сном ни духом.

Но в любом случае мы двигались, сохраняя бдительность и держа оружие в боевом положении, только из-за травмированной руки на перевязи мне приходилось использовать пистолет, а не винтовку. Зайдя в помещения местной верхушки, мы поначалу увидели всё ту же картину: стандартные секции бункера, обычные двери, лампы дневного света под потолком. Из стандартов выбивались только странные символы, которые попадались на глаза то тут, то там. Основная дверь изнутри вообще была исписана этими то ли иероглифами, то ли пентаграммами; двери в отдельные комнаты были лишь слегка украшены. Ощущение неправильности усилилось. Я подошёл к одной из дверей, где один из символов казался свежим, и провёл по нему пальцем. Знак отозвался лёгким псионическим касанием, от которого я закрылся. Рассмотрев то, что осталось на пальце, понял, чем тут пользовались местные дизайнеры.

— Кровь. Больные уб@юдки, млять.

— Может сектанты какие? — предположил Эрик. — Я слышал, что на одичавших мирах всякое встречалось.

— Встречалось, — подтвердил я, — только вот здоровенных рогатых уродов пока не замечали. Ладно, двигаем дальше.

Наконец коридор закончился. Когда мы открыли новую дверь, почему-то лишённую местных закорючек с внешней стороны, то с трудом удержались от мата. Перед нами предстало то, что стоило называть залом жертвоприношений. Крупное помещение, исписанное символами, на полу