Круг Раскрывается: Уличная Магия - Тэмра Пирс

Он рылся в содержимом своего кошелька. Он остановился, нахмурился, затем улыбнулся Эвви. Она моргнула. Может, надо бежать? Он никогда не улыбался ей вот так, как будто у него болели зубы. Однако она два дня назад обещала своим кошкам сушёную рыбу, и ей не хотелось их разочаровывать. Она робко вытянула ладошку, приготовившись дать дёру, если он сделает что-нибудь странное.

Он уронил в её ладонь не один медный дав или два, а… три, четыре, пять медных давов! Эвви сжала деньги в кулаке, на случай если он передумает.

‑ Ты это заслужила, девочка, ‑ сказал Нахим, выражение его глаз по-прежнему было таким, будто у него болела какая-то важная часть тела. ‑ Я не знаю, что ты делаешь, но отполированные тобой камни у меня продаются быстрее всех.

‑ Он имеет ввиду, что если ты станешь магом, он не хочет, чтобы ты думала, что он тебя надул, ‑ крикнул его сосед через проход.

За всё время, пока Эвви ходила сюда, почти год, эти двое постоянно язвили друг другу.

 ‑ Он хочет, чтобы ты продолжала работать на него.

Эвви покачала головой и спрятала монеты во внутренний кармашек своей рваной куртки. Обычно она просто брала деньги и уходила, но целых пять давов как будто требовали какого-то ответа. Она одарила Нахима улыбкой, которая была лишь на волосок менее странной, чем его собственная, и пошла прочь, пока он не попытался отнять у неё деньги. Она была так озадачена, что не увидела, как вчерашний незнакомец вышел из-за ковровой занавески на противоположной стороне прохода. Она услышала, как охранник крикнул «Эй!», но не обратила на это внимания.

Она оглянулась лишь после того, как свернула в сторонний коридор. Парень с нефритовыми глазами шёл за ней следом. Откуда он взялся, она не знала, но если он полагал, что мог её выследить, то он ошибался. За ней и раньше следили в Золотом Доме те, кто хотел узнать, как она пробиралась внутрь мимо стражников.

Она норкой метнулась к промежутку между двумя пустыми киосками. Там ничего не было кроме двух огромных свёрнутых в рулоны ковров, стоявших стоймя у стены. Она на полной скорости нырнула в щель между ними и испарилась.

Когда она побежала, Браяр бросил лозу, созданную из его собственной силы, позволив той обернуться вокруг девочки. Он мог потерять её из виду, но по-прежнему следовать за ней как угодно, не вспугивая её. Прищурившись в полумраке периферийных проходов Золотого Дома, он нашёл свою лозу и пошёл вдоль неё. Она ныряла в промежуток между двумя очень большими рулонами ковров. Только встав прямо перед ними, Браяр увидел, что ковры закрывали отверстие в стене соука, лишь едва видное в тенях.

Браяр протиснулся через промежуток и оказался на улице. Поискав свою лозу, он обнаружил девочку. Та уже была в трёх кварталах от него и сворачивала в узкую боковую улочку.

Браяр последовал за ней, переходя на бег в менее людном участке дороги. Девочка знатно его погоняла, сворачивая то сюда, то туда, зигзагами продвигаясь по городу. Она почти избавилась от него рядом с большим ха́мамом, или баней, на Улице Палаточников. Она исчезла, и Браяр, щурясь, пытался увидеть свою магию сквозь бившее в глаза солнце, когда звук разбившегося горшка заставил его посмотреть вверх. Девочка взбиралась по зданию, используя железные решётки на окнах в качестве опоры, пытаясь выбраться на крышу.

Браяр последовал, стыдясь того, что карабкался медленнее неё, и испытав облегчение, когда оказался наверху, над улицами. Слишком часто эти узкие проходы с маленькими окошками, сплошными стенами, изгибами и поворотами заставляли его чувствовать себя в западне.

С крышами проблемы были совсем другими. Эвви увеличила дистанцию. Шустро труся по крышам, она избегала столкновения с цветочными горшками, сушившимся на верёвках бельём, корзинами, детьми, женщинами и собаками. Она легко перепрыгивала через низкие бортики, отделявшие дома друг от друга, продолжая увеличивать расстояние между собой и Браяром.

Они не знали, что за ними следовал ещё кое-кто. Двое Гадюк не отставали от них внизу, на улицах, а ещё одна следовала за ними по крышам, осмотрительно держась в двух домах позади Браяра.

Женщины и дети могли кидать проклятья вслед Эвви, которая неслась по крышам, но для Браяра они приберегали кулаки и пытались схватить его, понимая, что в нём было что-то чужое. Он сбрасывал с себя детей и собак, уворачивался от кулаков, палок и корзин. Даже если бы он шёл медленно здоровался со всеми, он знал, что они всё равно бы попытались его остановить.

Эвви с лёгкостью перепрыгивала узкие промежутки улиц, редко прибегая к мостам из верёвок и досок. Браяр стискивал зубы и прыгал там, где это было необходимо, но счастливее это его не делало, и он собирался провести с ней длительную дискуссию на этот счёт. Когда он её поймает.

Он перестал следить за тем, где они находились. Пробираясь через виноградник, пытаясь уговорить лозы не оплетать его на радостях, Браяр посмотрел вверх и выругался. Впереди маячили оранжево-коричневые каменные высоты Старого Города. Девочка бежала прямо к туннелям, дырам и сотам жилищ в находившихся внутри стен города скалах. Она с самого начала туда направлялась.

«О, нет», ‑ устало подумал Браяра, уперев ладони в колени и с трудом переводя дыхание. «Только не Старый Город. Я туда за ней не полезу». Галереи, залы и ведущие в жилища тоннели в оранжевом камне были освещены лишь факелами, если вообще были освещены. Запах там стоял неописуемый. Посвящённый Земли, устроивший Браяру и Розторн экскурсию по городу, сказал, что эту часть высот люди населяли уже примерно двенадцать столетий. С точки зрения Браяра, запах у них был соответствующий.

От мысли о том, чтобы последовать за ней туда, у него пробегали мурашки по спине. Надо сначала найти каменного мага. А девочку он поймает в следующий раз, когда она покинет Старый Город. Его…

‑ Вор!

На его спину обрушилась корзина с бельём. Виноградные лозы беспокойно затрепетали. Они узнали женщину, которая за ними ухаживала и поливала их. Почему она бьёт их нового друга?

‑ Убийца! Вор! ‑ кричала женщина.

‑ Да не вор я! ‑ возразил Браяр.

‑ Экнуб! ‑ заверещала женщина.

Она начала колошматить его корзиной ещё сильнее.

‑ Экнуб, экнуб!

«Судя по её поведению, это — хуже, чем убийство и воровство», ‑ сердито подумал Браяр, закрывая руками голову. «И акцент у меня наверное ужасный».

‑ Слушай, ‑ сказал он, осторожнее произнося слова на чаммурском, ‑ я просто хочу спуститься на улицу! Я уйду, просто покажи мне…

Она шарахнула его напоследок, затем подошла к краю крыши. Взяв лежавшую в углу верёвочную лестницу, она бросила её вниз с таким видом, будто собиралась и с Браяром так поступить.