Рип Винклер - Рождение бога - Руслан Шабельник

– Сейчас же возвращайте их обратно.

– Да как вы смеете, вам это так...

– Быстро! - рявкнул Рип в лицо существу. - Кто из вас радист? обратился он к окружающим. Поднялась одна дрожащая рука.

– Связывайся с флайером, надеюсь, ты понял, что сказать.

– Я не могу этого сделать, - ответил гуманоид, назвавшийся радистом.

– Что ты там мелешь! - Рип начал выходить из себя. - Если не хочешь, чтобы мозги вашего шефа украсили оборудование лаборатории, скажи тем, на флайере, чтобы возвращались.

– Вы можете выполнить свою угрозу и украсить, как изволили выразиться, содержимым моего черепа все что угодно, однако это ничего не изменит. Ваша просьба невыполнима, - обрел дар речи заложник.

– Почему? У них что, нет рации или забрались слишком далеко?

– Ни то и ни другое. Слышите, какой ветер?

Рип прислушался. Действительно, за стеной прилично завывало.

– И что с того?

– Песчаные бури довольно частое явление в этом районе планеты...

– Они не смогут вернуться из-за бури?

– Буря еще не началась, однако, если вы не знаете, на Угрюмой повышенное содержание железа. Оно присутствует буквально везде, особенно в песке. Точнее, это не песок, а мельчайшие осколки...

– Кончайте лекцию! Что вы хотите этим сказать?

– Эта пыль, поднявшись, экранирует любое электромагнитное излучение...

– В том числе и радиоволны?

– Совершенно верно.

У Рипа опустились руки.

– Но должен же быть хоть какой-то выход, как-то же вы поддерживаете связь с вашими летательными аппаратами.

– В подобных условиях нет. Я не понимаю вашего волнения. Через полчаса, когда выполнят задание, они вернутся и все будет...

– Они не вернутся, - устало проговорил

Рип. - Никогда не вернутся... Впрочем, постойте, - рука юноши вновь отвердела, - у вас еще есть флайера?

– Конечно, в распоряжении экспедиции имеется...

– Где вы их держите?

– На площадке, за ангаром...

– Как можно отыскать Виктора и Сандру?

– Они должны следовать курсом юг-542, на автопилоте, однако в настоящих условиях вы можете легко разминуться, к тому же, чтобы другая машина услышала вас, нужно подойти достаточно близко...

Последнее говорилось уже удаляющейся спине Винклера.

Нихония. Хонс. Императорский дворец. За несколько дней, или через двадцать три года после описываемых событий.

– Что же, с помощью Тай-Суя я могу отправиться в любую точку?

– Практически да. Но я бы не советовал забираться достаточно далеко как во времени, так и в пространстве, неизвестно еще, как установка поведет себя на больших дистанциях.

– Риск не вернуться?

– И это тоже. Впрочем, думаю, последнее еще не самое страшное, что может приключиться. - Император Нихонии, астероидов, комет и так далее и тому подобное седобородый Таманэмон Дэнтедайси поднялся со своего места и подошел к инкрустированному золотом и драгоценными камнями бару в углу роскошного кабинета правителя.

Разместившийся напротив императора в ореховом кресле Рип Винклер в очередной раз заерзал, устраиваясь поудобнее. Кресло было насколько красивое, настолько же и неудобное.

Император колдовал с бутылками. Этого пышущего здоровьем человека с пружинистой походкой юноши сейчас уже никто не осмелился бы назвать стариком.

И уж конечно, никто не узнал бы в нем того полуголодного оборванного узника, которого они нашли в подвале дома генерала Гордона, подумать только, каких-то три месяца назад. Перед Винклером стоял уверенный в себе, сильный мужчина. Средний рост, тренированное тело, отросшие за время плена борода и волосы аккуратно подстрижены и уложены. На щеках румянец.

– Тебе налить? - Император наконец закончил возиться с бутылками.

Рип сделал отрицательный жест.

– Из ваших слов выходит, что Тай-Суй это не просто машина времени, но и, если так можно выразиться, машина пространства. - Юноша вернул разговор в интересующее его русло.

– Верно. - Таманэмон проверил на свет большой бокал с подозрительной зеленоватой бурдой, удовлетворенно крякнул и вернулся на свое место. - В конце концов, что такое пространство, как не совокупность некоторых переменных величин. Применительно к конкретной точке, за которую можно взять и человека, и планету, это, грубо говоря: длина, ширина, высота, хотя и мягко говоря тоже. Можно их назвать также осями X, У, Z, с любым знаком. А что такое время, если не еще одна переменная, описывающая положение конкретного объекта в нашем трехмерном пространстве. Мысль не новая и не моя. Сущность Тай-Суя состоит в том, что он изменяет эту переменную, доселе казавшуюся незыблемой. Причем заметь, что изменять первые три люди, да и не только люди научились довольно давно. Даже амебы, плавая в растворе, меняют свое положение в пространстве. Таким образом, для Тай-Суя, изменяющего неизменное, а именно четвертую величину, детские игрушки поменять длину, ширину и высоту для того объекта, который он перемещает во времени.

– Но ведь это же...

– Что это же?

– Просто замечательно! Если дело обстоит подобным образом...

– А почему ты сомневаешься? Кто, как не ты, переносясь в прошлое, оказывался на различных планетах. Сначала на Силен, потом на Веге, Адонисе, Каффе, наконец, на корабле Гордона. Путешествуя в прошлое, ты путешествовал не только во времени, но и в пространстве.

– Все это так, хотя в тот момент как-то не думалось об этом. Уже сама возможность путешествий во времени казалась, да и кажется настолько фантастической и невероятной, что о перемещении в пространстве просто забываешь. В конце концов, это нечто обыденное.

– Но не на такие расстояния.

– И не с такой скоростью. Скажем, полет с Адониса на Хонс в самом скоростном катере и при самых благоприятных условиях занимает примерно дней пять. Ну, пусть будет четыре... три. С Тай-Суем там можно оказаться практически мгновенно.

– Не совсем. Еще в молодости я пробовал пройти в ближайшее будущее, скажем, на пять минут вперед.

– И что?

– Ничего не вышло. Минимальный отрезок времени, на который можно отправиться, это двенадцать минут. Примерно столько же должно пройти между запусками Тай-Суя, если ты захочешь вернуться обратно.

– Двенадцать минут и три дня. Ха, сравнение не в пользу звездолетов. Вы только представьте, какие возможности открываются. Отпадет сама потребность в космических кораблях и путешествиях, ну разве что с увеселительной целью. Людям и не только людям уже не потребуется тратить недели, а иногда и месяцы своей жизни на то, чтобы попасть куда-либо. Станет возможно работать на одной планете, а жить на другой, причем находящейся на расстоянии десятков световых лет.