Ты любишь сверху? - Лана Пиратова

8. Кирилл

Настоящее время.

Приняв душ, я рухнул в постель, но сон, несмотря на усталость, не торопился забрать меня в свое царство. Стоило закрыть глаза, как передо мной всплывало лицо похитительницы щитов, лежащее у меня на коленях, ее влажные губы и капелька на пупке. А еще грудь в бесшовном лифе.

С этими мыслями мой член сразу же взбодрился, как бы упрекая меня в том, что я так и не понял, какой же там был размер. Я потер глаза. Наваждение какое-то. Какая-то девчонка, наверняка, из неблагополучной семьи, а у меня на нее такая реакция.

Надо было сразу вызвать полицию и пусть бы сами с ней разбирались.

А я не только получил по яйцам, так еще и заработал себе бессонную ночь.

Все, Кирилл, успокойся. Ты больше ее не увидишь. Надо будет завтра позвонить Антону и выбраться в стриптиз-бар. Похоже, нехватка секса не очень хорошо на меня действует. Меня начинает тянуть на извращения.

Я кое-как заснул, но со звонком будильника почувствовал, что ужасно не выспался. Всю ночь мне снились кошмары. По-другому такие сны не назовешь.

Сначала ко мне в сон пришел Куравин и, держа в руках перед собой свой рекламный щит, попытался меня им перекрестить. Но в этот момент к нему подбежал откуда-то взявшийся действующий мэр и что-то зашептал ему на ухо, тыча в меня пальцем. Куравин строго посмотрел на меня и, покачав головой, произнес голосом нашего Президента:

- Отвечай, как на исповеди, какой размер у похитительницы щитов?

Но это было не самым страшным. Следующая картинка просто выбила меня из себя. Во сне я стоял и молча наблюдал, как спит на моей кровати похитительница щитов. Абсолютно голая. Она лежала на боку и как будто почувствовала мой взгляд и проснулась. Сладко потянувшись, она повернулась на спину и приподнялась на локтях. Она с ухмылкой смотрела на меня, а я смотрел, как ее высокая молодая грудь вздымалась все чаще, а соски стали такими твердыми, что даже во сне я почувствовал, как напрягся мой член. Затем, призывно улыбнувшись мне, девчонка облизала губы. Не в силах больше сдерживаться, я шагнул к ней на кровать. Я уже почти коснулся ее влажных губ, как раздался звонок будильника.

В общем, проснулся я с таким стояком, что пришлось срочно вспоминать из юношества основные принципы кружка «Умелые ручки». И это был просто пиздец! Куда я скатился?

Кое-как успокоив плоть, я быстро собрался и, не завтракая, поехал в офис к отцу.

- Здравствуйте, Кирилл Константинович, как же давно Вас не было видно, - я думал, секретарь отца сейчас кинется ко мне с объятиями и зацелует. Настолько эмоционально она выражала свою радость, увидев меня. Я даже испугался. В Америке отвыкаешь от широты русской души в проявлении чувств.

- Константин Михайлович уже ждет Вас, - обошлось, все-таки, без объятий.

Я прошел в кабинет отца. Он вышел из-за стола и обнял меня. По отцу я действительно скучал. Он был для меня всем: учителем, партнером, близким другом.

- Как долетел? – спросил отец. – Как встретила Москва?

- Нормально, - ответил я, решив опустить инцидент со щитом Куравина.

- В твоем кабинете еще не закончили ремонт. Поэтому у тебя еще есть пара дней отдохнуть, перестроиться. Отвык от Москвы?

- Есть немного. Шумно, слякотно. Но я рад, что вернулся. Спасибо тебе, пап, что выдернул меня из американского болота.

- Лариса, я так понимаю, осталась в болоте? – поинтересовался отец.

- Это ее стихия. Болото, - лишь сказал я.

Отец все понял и решил не донимать меня больше расспросами о Ларисе.

Мы поговорили о делах и планах и ближе к обеду я покинул офис. Все равно кабинет мой еще не готов. И, пока есть время, можно встретиться друзьями, которых я не видел херову тучу лет.

Первым, кому я набрал, выйдя из офиса, был, конечно же, Антон. Мы знали друг друга с детства. Наши отцы дружили.

Мы много куролесили по молодости, но сейчас, я знаю, он остепенился и всерьез, как и я, занялся бизнесом. А еще недавно женился на своей бывшей однокурснице.

- Нет, только не говори, что ты в Москве! – услышал я голос в трубке, набрав Антона.

- Я тоже рад тебя слышать!

- Кир, сколько мы не виделись? Ты, надеюсь, навсегда?

- Увидим, - я не был пока в этом уверен. – Когда встретимся? Выведи меня в люди. Я же выпал из московской жизни.

В телефоне послушался смех.

- А ты не меняешься, - произнес Антон. – Приезжай ко мне в офис часам к шести. Сможешь?

- Буду, - твердо произнес я и, попрощавшись с Антоном, повесил трубку.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍