Это другое 2 (СИ) - Солин Иван

И да, Лида Киреева, как только заканчивает с уроками после школы, куда теперь вновь ходит, сразу же мчит сюда и творит! Одно касание — один растительный биоорганизм. Пусть не быстро, пусть редко когда легко, а то и хоть как-то удобоваримо, но почти всегда наипричудливейшим образом измененный или даже созданный путем слияния нескольких. И вот теперь, за высокой, красивой, ароматной и действительно надежной оградой вместо грядок с луком, чесноком, зеленью, картошкой, помидорами и парничка с огурцами, как раньше, сейчас недежно укрыто от посторонних взглядов извне всё, практически, то же самое, но несоизмеримо компактнее, куда разнообразнее, порой даже диковиннее, однозначно изобильнее и уж точно продуктивнее, причем всё это в промежутках между... чудо-деревьями-домами.

Высокие, выше живой ограды, но со стороны надежно прикрытые своей вроде бы как тривиальной листвой — они представляют из себя эдакие толстенные «баобабы» со входом в виде аккуратного дупла с наростами ступеней. Вместо скучной двери, внутреннее пространство ограждается своеобразным пологом очень адаптивного подобия плюща, способного плотно затянуть вход, надежно защищая от ветра, света, непогоды. Которой тут, к слову, не наблюдается уже скоро неделю как, хотя дождики и бывают. Ну или, при необходимости, «занавесь» поворачивает листочки таким образом, дабы обеспечить проницаемость всем вышеперечисленным. Только и надо-то, что потянуть за нужную ветку, и живой дом отзовётся требующимся действием.

Внутри где-то трехметрового диаметра полого ствола с аналогично защищенными окошками-дуплами находится подобие гостиной, по желанию жильца наполняемой требующейся ему мебелью. Электричество, к слову, протянуто стараниями уже папы Лиды, давая все связанные с этим возможности. Вода так же есть, причем её, очень вкусную и всегда прохладную, подает через специальную веточку-краник или скорее «сосок» прямо из стены само дерево-дом. Повернул вниз — течёт, поднял вверх — не течет.

Правда, тот же, по отзывам дочурки, замечательный папа протянул и обычный водопровод в привычно оборудованный санузел, организовав там и небольшой душик. Хотя дерево, как сказала по-секрету Лида, впитает всё что угодно и где угодно, но для удобства жильцов организовано привычное место гигиены и, так сказать, досуга. Даже с вай-фаем!

В подведении газа нужды нет, и не столько в противопожарном смысле, сколько потому, что хозяйка, мама Лиды, очень вкусно готовит и за дополнительную плату, уж точно несравнимую с удовольствием от её чудной стряпни, с радостью приглашает к своему столу, избавляя тем самым Силина от необходимости питаться всякой ерундой, разогретой в микроволновке, или столоваться в так себе Воднинском общепите.

Мама Лиды, между прочим, обладает способностью придавать, скажем так, термообработке то, до чего дотронется. От запекания, очень равномерного и глубокого, до испепеления, не менее, прямо скажем, качественного. Жаркая, короче говоря, женщина. Папа же девочки — может склеивать или скорее сваривать всё, к чему, с такой целью разумеется, прикоснется.

Ну так вот, что касается отопления в домиках, которое здесь, как видно, уже и не особо нужно, то оно обеспечивается самим чудо-древом. Как, впрочем, и прохлада. Лето обещает быть долгим. Внутри, в общем, очень комфортно, и прошлой ночью, первой после переезда, Слава спал как младенец.

Спальня, к слову, находится на втором этаже, куда ведёт забавная и довольно компактная лесенка, как раз над санузлом. Также наверх можно попасть и снаружи, потянув за определенную ветвь, дабы опустить эдакую лесенку, по которой и подняться на почти пятиметрового уже диаметра площадку. Где, помимо прочего и стараниями хозяев, находится неплохая двуспальная кровать от недорогого, но популярного бренда. Мебели, от него же — по-минимуму. Стены здесь, кстати, сформированы уже из ветвей и листвы, работающей как и полог на входе да окнах, поэтому можно либо плотно закрыться, полагаясь на внутренний «климат-контроль», либо, ненарадуясь на отгоняющие насекомых свойства растения, наслаждаться дуновениями ветерка сквозь образованные щели эдаких «жалюзи», а то и вовсе пялиться на звёзды, когда убрал хоть целую стену, раздвинув ветви и образовав своего рода балкон.

Еще выше — несколько меньшего размера терраса с, спасибо хозяевам, уже имеющейся садовой мебелью и шезлонгом. Где аналогично можно глазеть на звездное небе тихой ночью, загорать солнечным днём, либо ненастным — наслаждаться чаем под поднятым лиственным навесом. Чудо-дерево — иначе и не скажешь.

И таких на огороде семьи Киреевых сейчас два. Оба, к слову, заняты несмотря на то, что в, как и упоминалось, также сдающейся веранде, причем с более традиционными удобствами — две пустующих комнаты. Однако есть ещё место, как понятно из заверений Лиды, для выращивания, навскидку, не менее четырех новых древо-домов. А если принять во внимание, что девочка вовсю сейчас работает над плодоносящими так называемыми мультиовощными лозами, и потому в огороде как таковом нужда отпадет, ибо ничто не мешает использовать южные и не меняющие конфигурацию участки крон жилья для «садоводства», то и того больше.

Да-да, именно на ветвях домиков можно сорвать что-нибудь к столу. Хоть яблочко, хоть бананчик, хоть огурчик, помидорчик с кинзой да петрушкой, ну или арбузоград тот же и, пока невкусный, колбаснан. Но последнее только на экспериментальной лозе, и Лида просит к ней пока не лезть, а то мало ли.

Нет, не отравишься. Схарчит. Шутка. Но кто знает, кто знает...

Между прочим, нашел это вот удивительное жилье Силин совершенно случайным образом, в результате, можно сказать, цепи едва ли не курьёзных и порой забавных совпадений, о каких принято обычно с улыбкой после вспоминать.

— Привет, дядь Слав! — отвлекая от мыслей, пронесся мимо мальчуган дошкольного возраста. А сорвав полосатое как арбуз яблоко, после смачного укуса бодро запахшее клубникой, тут же умчал, не дожидаясь ответа, видимо, по своим важным карапузным делам.

— Ой! А у него тоже кольцо на пальце? — цепко отметила деталь Рогова, когда как остальные, будучи, по-видимому, крайне увлечены планированием предстоящей меблировки ещё не выращенных апартаментов, даже не обратили внимания на младшего братика внимательно слушающей и с забавно-серьезной моськой кивающей собеседницы.

— Ага, Максу — шесть почти, — отмахнулась Лида, отвлекаясь от бурного обсуждения вопроса, где и как растить новое жильё для столь взыскательных и до ужаса притязательных будущих постоялиц, очень заинтересованных в висячих и ни в коем случае не убирающихся на ночь мостах непосредственно к апартаментам Силина.

— Да? А какая же у него способность? — поинтересовалась Кристина, что-то припомнив о правилах наделения даром подданных Её Светлости.

— А он ещё не прошел экзамен на зрелость, — снова отвлекаясь от спора с настойчивыми старшеклассницами, которым вздумалось мешать спать её ненаглядному Славику, вот подрастет и тогда уж точно её, отвечала забавная малявка. — Поэтому, вместо обещанного превращения всего и вся в прах, он пока может только папкины склейки расклеивать. Вредитель мелкий.

— Ой, это ж — как у меня способность! — изумилась, отвлекшаяся от спора Валерия Котова. — Страшное дело. Я почти всё, к чему коснусь, могу в труху да пыль обратить. Объем, правда, слабоват. Не более литров так трех. Ну, плюс-минус. Я замеряла.

— А ты думала, что у всех колдунов уникальные способности? — насмешливо выдала Сомова, успев показать кулак надувшейся от такого блондинке, готовой было, скорее по привычке, отвесить рыжей подзатыльник. — Припомни: сколько целителей известно — и это лишь потому, что они все на слуху и на виду. А если задуматься, сколько же вокруг гораздо менее крутых «превращателей», «силачей», «шустрил», «электриков», «морозильников», «поджаривателей»...

— Маме не нравится. Она предпочитает: «Огненная Леди», так что при ней — лучше по другому её не называть.

— Ага, спасибо, Лид, учтем. Так вот, если в кои-то веки подумать, Лерочка, то даже тебе, блондинка ты наша красивая, вполне очевидным станет такое вот обилие совпадений среди способностей, пусть они все и имеют незначительные, я бы сказала, косметические отличия.