Собиратель зла - Виктор Ночкин

— Мне не нужен меч, — пояснил Лажваш, — важно, чтобы он не попал к кому-то… к кому-то, кто в нем нуждается. Пусть остается у меня. Так всем будет спокойней.

— И что теперь? — осведомился магистр.

— Я отправляюсь домой. Вы — куда пожелаете.

Могвид подавил вздох облегчения. После битвы под его началом осталась лишь жалкая горстка бойцов. Граф Кордейл дрался с яростью отчаяния, да и солдаты Лорда понимали, что пощады им ждать нечего…

Пожелай Моровая Язва нарушить договор — в два счета мог бы разделаться с уцелевшими союзниками. Но Лорд Тьмы предпочел сдержать слово. А магистр замялся — не знал, что еще сказать. Вроде бы теперь, после гибели Крыла Ночи его с Лажвашем ничего не связывает?

— Надеюсь, вы поможете моему мальчику, — добавил Лорд Тьмы. — Лидвиху придется трудно, особенно поначалу. Многим не по нраву его происхождение, я понимаю.

Сын Лажваша, юный Лидвих, изъявил желание вступить в ряды воинов Ордена, странное решение для отпрыска Лорда Тьмы. Могвид обещал, что возьмет новобранца под свое покровительство. Напоследок Лажваш напомнил:

— Да, и не забудьте, у графа тоже был сын.

— Я велел отыскать мальчика с черными волосами, — кивнул магистр. — К сожалению, его придется убить.

— Убейте всех детей в замке, так выйдет вернее, — посоветовал Лорд Тьмы.

Добрый Могвид не ответил, распрощался и ушел. Но совету старательно последовал, обитатели Кордейла — все до единого — были уничтожены. Во имя Света, во имя всеобщего блага…

Все, что ни говорил Моровая Язва, оказывалось верно, Могвид в точности следовал его словам — и не пожалел. Это касалось и Лидвиха, магистр сделал юношу собственным оруженосцем. Умом парень не блистал, но был храбрым, исполнительным и честным. Потрясающе честным. Невероятно, чудовищно честным. Идеальный рыцарь вышел из отпрыска Лорда Тьмы. А Лажваш возвратился в собственные владения и сидел там тихо. Орден не трогал его, и барон не давал добрым братьям повода для вмешательства. Моровая Язва если не самый могущественный из Лордов Тьмы, то, бесспорно, превосходит собратьев мудростью. Другие Лорды всегда вели себя куда более дерзко и враждебно… но на Дом Света не посягали — считали полезным, чтоб под рукой был кто-нибудь, не меньше их озабоченный приходом собирателя. Они нанесли Ордену немало чувствительных ударов, но не смертельных, нет.

Белые стены Дома Света потемнели, покрылись пятнами, однако стоят несокрушимо… Великий магистр прошелся по кабинету и выглянул в окно — скоро осень, небо затянуто тучами, вот-вот пойдет дождик… Двенадцать лет… двенадцать лет миновало после взятия Кордейла. Да, именно так — ровно двенадцать. Может, следует отпраздновать?

В дверь постучали.

— Входи с миром, — бросил великий магистр.

Скрипнули петли, Лидвих, согнувшись, заглянул в слишком низкий для такого богатыря проем.

— Добрейший, магистры собрались.

— Что ж, идем…

Совет Ордена собирался на верхнем из жилых этажей донжона Дома Света. Таков порядок. Подняться по крутой лестнице непросто, но слабый телом не может быть магистром Ордена, так записано в уставе. Ох, основатели братства… мечтатели! Наивные мечтатели. Впрочем, Могвид был достаточно крепок и проворен, чтобы легко преодолеть знакомый подъем. Правда, перед входом великому магистру пришлось немного постоять, чтобы упокоилось дыхание…

Могвид вошел в зал, оглядел магистров и кивнул:

— Приветствую, добрые братья.

Члены совета встали, с грохотом отодвигая тяжелые стулья.

— Приветствуем, добрейший Могвид…

Великий магистр подошел к своему месту во главе стола и сел, отбросив складки просторного белого плаща. Лидвих встал позади великого магистра и замер, уставясь поверх голов. После этого опустились на стулья и остальные.

— Итак, добрые братья, что слышно в Круге?

— Ничего примечательного, — ядовито буркнул Архольд. Смутьян, вечно ищет ссоры и готов превратить заседание совета в безобразную перепалку. — Ничего хорошего, за исключением того, что солнце по-прежнему встает на востоке и садится на западе.

— Отсутствие новостей — это хорошие новости, — безразличным тоном ответил великий магистр, — разве не так?

— Я немного преувеличил. На самом-то деле новостей — хоть отбавляй. Я не хотел досаждать вам мелочами, добрейший Могвид.

— Говорите, раз уж начали, брат, — кивнул великий магистр.

— Извольте. В Раамперле, говорят, объявился волк-оборотень. С севера надвигается холод.

По Кругу шастают южане, скупают рабов… мне продолжать?

Могвид устало опустил веки. Он прекрасно понял намек — холода насылает Анела Ведьма Севера; волк-оборотень — это, конечно, очередной неудачный эксперимент Феттаха Повелителя Зверей, а южане-работорговцы — разумеется, эмиссары Алхоя Прекрасного Принца.

— Можете добавить, что Ройнгард Железная Рука по-прежнему набирает наемников, Уйгор Темный, как всегда, занят чем-то непонятным.

— Бездействует один лишь Орден, — просипел добрый Хагней. Большой, как гора, сильный телом, но безвольный человек. Сейчас он все более подпадает под влияние Архольда.

— Мы бездействуем? Это важная новость! Добрый Архольд, а вы сказали, что новостей нет! — великий магистр оживился. — Я-то полагал, что братья следят за Лордами Тьмы, стерегут появление собирателя, охраняют Круг…

— Это так, — важно склонил голову добрый Этлих. Хоть этот верен и спокоен, на него можно положиться. — Братья бдят.

— Конечно, — согласился последний магистр, Воттвульк. — Главная задача Ордена — своевременно определить и обезвредить собирателя.

— Если уничтожить Лордов Тьмы, собиратель окажется бессилен! — обернулся к собрату Архольд. — Убить их всех, одного за другим! Ныне Орден силен как никогда, так почему же великий магистр не поведет нас на их логова?

— Позвольте мне, добрый Архольд, напомнить, что никто из вас не участвовал в штурме логова Лорда Тьмы.

— А вы участвовали, добрейший.

— Именно так, брат мой. Так что позвольте мне судить о том, под силу ли Ордену этот подвиг.

— Не под силу, разумеется, — пробурчал Архольд, но глаза опустил, уставился в стол. — Именно это вы нам скажете.

— К моему большому сожалению. И прошу сегодня к этой теме не возвращаться. Поглядите на стены Дома Света, — великий магистр припомнил удачную метафору, которая накануне пришла в голову, — они были выстроены белоснежными, но теперь покрыты пятнами. Не все, что задумано основателями братства, можно исполнить. Добрые предшественники хотели видеть нашу твердыню белой, а Лордов Тьмы — поверженными. Вместо этого мы ограничиваемся решением насущных задач. Итак, волк-оборотень в Раамперле. Что-то еще?