Убийство на шабаше - Светлана Алимова

Джеральд рассмеялся столь спокойно и уверенно, что Валери совсем взбесилась. Попыталась спрыгнуть с колен Калунны, но та ее не отпустила.

— На самом деле ему есть чем похвастаться, — заметила она, — Джеральд хорошо справляется с моими заданиями. Он добился любви женщины, которую всю жизнь ждал. Хотя иные на его месте лишь ноют, а потом лелеют жалкие мечты о «недоступной деве» до самой смерти. Но тебя больше впечатлит иное, мой боевитый котенок: Джеральд уничтожил хисширского демона. Того самого, что напал на вас в детстве.

Валери остановилась.

— Без магии? То страшилище? Демоны же до фига сильные! Как ты это сделал?

— Захотел и сделал. А ты и дальше ищи отговорки собственной трусости.

Валери швырнула в него пустую кружку, но он увернулся.

— Я не хуже тебя, козел! Я тебе это докажу!

— Докажи. Узнай, кто украл твой дар, и я стану тебя уважать.

Беата с силой наступила ему на ногу.

— Я тебе эту кружку сейчас на голову надену! — зашипела она и повысила голос. — Как жаль, что это невозможно! Тебе ведь нельзя покидать Хисшир, Валери, а та ведьма может находиться где угодно.

Калунна шаловливо улыбнулась. Ее явно забавляла вся ситуация.

Валери слезла с ее колен и выпрямилась.

— Я поняла. Я больше не буду глупить и искать отговорки. Рано или поздно культ Калунны будет везде, и я доберусь до той воровки. А не смогу сделать это лично, кого-нибудь пошлю за ней. И ты будешь меня уважать, козел! Понял? Все, пойдемте домой! Спасибо за компашку, Калунна, ты очень клевая. Потусим еще вместе, ладно?

— Обязательно, малышка. Расти большой и сильной.

Валери остановилась и обернулась.

— Почему у меня глаза стали синие? Это ведь ты так сделала.

— Я хочу, чтобы ты взглянула на мир другими глазами, — ответила Калунна, — твоя новая жизнь не должна стать такой, как старая. Я срастила трещины, расколовшие тебя после потери дара, и убрала всю порожденную ими грязь, но какой ты вырастешь, зависит только от тебя. Синий — цвет бескрайнего неба и бесконечности. А глаза — зеркало души. Ты свободна, Валери. Земные границы не для той, что способна покорить небо.

— Но я даже Хисшир не могу покинуть! — возразила Валери.

— Подумай, котенок, и ты поймешь, о чем я говорю, — мягко ответила Калунна, — вспомни, что я тебе показала. Ответ лежит на поверхности.

***

Позже Джеральда ждал громкий скандал. Беата едва не выгнала его из дома.

— Ты что натворил, идиот?! Я собиралась держать втайне сделки девочек с демоном, а ты мне все испортил!

— Я ничего ей не выдал. Просто подтолкнул в нужном направлении.

— Кому нужном?! Ты хочешь, чтобы они поубивали друг друга?! Демон и так перессорил нас, а ты продолжаешь его дело!

— А тебе не кажется, что это честно? Разве Валери не заслуживает знать, что возле нее притаилась подколодная змея? Ты ведь собираешься поселить их в одном доме. Хотела бы ты жить с человеком, способным навредить тебе исподтишка, а потом улыбаться в лицо?

— Я уже живу с ним! — рявкнула Беата. — Как я могу тебе доверять после такого?! Притворяешься тихим и послушным, а потом портишь мне все!

Джеральд глубоко вздохнул, явно подавляя гнев.

— Беата, ты смотришь на своих бывших подруг через розовые очки. А я готов поклясться, что ни одна из них не попыталась бы вернуть тебе потерянные годы жизни. Но у Валери еще есть шанс вырасти в кого-то нормального, если она будет слушать тебя, а не Адалинду и Голди. Для этого ей нужно понять, кто в ее окружении друг, а кто враг. Да и долговременная цель не повредит. Она придает сил и помогает развиваться. Как и желание утереть нос неприятному человеку.

Беата немного остыла.

— Хочешь сказать, что ты сделал это ради Валери?

— Отчасти. Но больше — для тебя. Две другие тебя точно предадут, но она будет преданно служить Калунне и навсегда останется рядом с тобой. Калунна исправила ее, а значит, есть шанс, что гнусной предательницей Валери больше не будет.

Беата закатила глаза и устало устроилась на диване. Скинула обувь и вытянула ноги. Джеральд тут же сел рядом, положил ее ступни себе на колени и принялся разминать. Знал, чем подкупить, хитрец.

— Джеральд, ты когда-нибудь примешь тот факт, что демон напал на десятилетних детей? Ты в этом возрасте швырялся грязью и обзывал меня рыжей дурой. Я же не виню тебя за это. Демон заставил всех нас заключить с ним подлые сделки, не дав возможности избежать их.

— Есть только одно «но», Беата, — Джеральд взглянул на нее с сочувствием, — Адалинде было семнадцать, когда она подставила тебя ради парня, которого считала своим настоящим возлюбленным. Ты не вредила ей и не пыталась его увести, однако она уничтожила вашу многолетнюю дружбу, чтобы избавиться от потенциальной угрозы, используя при этом самые подлые методы.

— В семнадцать лет влюбленные девицы творят и не такие глупости.

— Ты не творила. Но получила нож в спину от той, кому доверяла. Про Голди и говорить нечего. Она видела, как Валери страдает и сходит с ума, потеряв возможность колдовать. И знала, что является причиной этого. Но продолжала «дружить» с ней. Я — не праведник, Беата, но меня бы на ее месте сожрала совесть. Я бы не смог долго хранить этот скелет в шкафу. Но Голди… Предательство Адалинды вскрылось из-за ее глупости. Предательство Голди было тайной тридцать лет. Я бы на твоем месте трижды подумал, прежде чем возвращать к жизни такого человека.

Беата вздохнула. Она расслабилась и пригрелась. Спорить с Джеральдом ей было откровенно лень. Силы на скандал тоже закончились.

Она знала Голди. И знала, что Джеральд упрощает и очерняет ее, так и не вырвавшись из детской веры в добрых и злых ведьм.

— Хорошо, что решать мне, а не тебе, — зевнула она, — все, неси меня в постель, укладывай, раздевай и что там еще положено делать хорошим мужьям. И, может быть, к утру я забуду, на сколько недель собиралась сослать тебя спать в гостиную.

Джеральд тихо рассмеялся.

— Я же говорил, что ты добрая. И все-таки любишь меня.

***

С того дня Валери больше не меняла цвет глаз и читала еще больше книг по колдовству. Начала собирать личную библиотеку, в которой преобладали детективы. А еще постоянно рисовала в тетрадке кошек. И думала, прикидывала, рассуждала, бубня что-то себе под нос. Потом выгребла из копилки все деньги, заработанные колдовством для местных, и попросила Трэвиса Джонсона привезти ей из Морланда пакетик паприки, пучок