Долина любви - Пенни Джордан

— Но ты не волнуйся. Кроме Джини тут полно девиц, которые могут прийти к тебе, если ты передумаешь. Или когда ты сделаешь для нас это дельце. Сколько тебе потребуется на это времени?

Тарик пытался не думать о словах Чада насчет девушек легкого поведения и сконцентрировался на поставленной перед ним цели. Что же это было — тест? Ловушка?

— Насколько я свободен в выполнении своего задания? — спросил он как можно осторожней. — Я вполне могу это сделать немедленно. — Это было сущей правдой. — Однако без вопросов вряд ли обойдется…

Воцарилась тишина. Может, они узнали что-то о нем? Пауза слишком затянулась. Чад склонил голову и кивнул.

— Ладно. У тебя есть время. Но я хочу, чтобы меня информировали о каждом шаге. И знай: у нас нет места тем, кто не выполняет свои обещания.

Это угроза? Или намек на парня из правительства, который работает на них? Никто и никогда не разрешит провезти в страну проституток, ведь это незаконно. А уж тем более не разрешит им тут работать. Даже Тарик при всем желании не смог бы этого сделать, не будь он связан с делом захвата бандитской группировки.

Его так и подмывало прямо спросить, кто на них работает из правительства. Но этот вопрос сорвал бы тщательно подготовленную операцию. Нет, ему надо выждать, втереться в доверие к Чаду, а уж потом добраться до преступника.

Однако один вопрос он все же не мог не задать.

— Скажи, а какая-нибудь из твоих девушек работает сейчас? — спросил он Чада как можно равнодушней.

— Ну, не такой уж я глупец, — ответил ему тот. — Я заплатил за них хорошие деньги. Они чистенькие, хорошо обученные, прелестные на вид. Я не собираюсь терять вложенные в них средства, разрешив неофициальную работу. Каждая идет на встречу к мужчине только с моего разрешения. Джини и еще несколько девочек на яхте предназначены для особых клиентов, которым я доверяю и которые мне нужны. Так что просто невозможно, чтобы какая-нибудь из девушек работала без моего согласия. Остальные работают в безопасном местечке за рубежом, и у меня полно парней, которые охраняют их. Ты хочешь увидеть остальных?

Тарик кивнул.

Пять минут спустя шесть потрясающе красивых молодых женщин выстроились в ряд перед ним. И ни в одной он не узнал Гвинет. А ведь если бы одна из этих драгоценностей пропала, Чад давно бы знал.

— Если хочешь, уступлю тебе сегодня Джини. Попрошу одного из парней сопровождать ее, а потом он доставит ее обратно. Или ты хочешь провести пару часиков с ней сейчас? За это, однако, отдельная плата, — рассмеялся Чад.

Тарик покачал головой.

— Не сегодня. Чтобы уладить порученное тобой дело, мне нужно поговорить с парой-тройкой человек, — наконец сказал он.

Гвинет обнаружила, что кабинет запирается изнутри на ключ, и решила закрыться тут до прихода Тарика. Из мебели здесь был рабочий стол с компьютером, маленький диван, полка с книгами. Одна из книг особенно привлекла внимание девушки, это была история Зурана. В обычной ситуации она непременно взяла бы ее почитать.

Вдруг она услышала шаги Тарика. Во рту сразу пересохло. Сердце ее забилось. Она попыталась собраться с мыслями. Девушка посмотрела на запертую дверь. Здесь она сможет по крайней мере защититься, и он не выкинет ее из дома. Правда, кабинет был такой маленький, что Гвинет начала чувствовать клаустрофобию.

Тарик осмотрел квартиру: она была пуста. Неужели эта девица вняла его благоразумному совету и ушла? Кажется, он не очень обрадовался этому обстоятельству. Наверняка она вляпается в какую-нибудь нехорошую историю.

В квартире до сих пор витал ее запах — чистый, светлый, манящий. Тарик прошел на кухню и облегченно вздохнул, увидев на столике ее сумочку и мобильник. Итак, все же она здесь.

Он подошел к сумочке и вынул из нее паспорт Гвинет.

Из кабинета доносился какой-то шум.

— Гвинет? — позвал он.

Девушка напряглась, услышав его голос. Однако на этот раз причина страха была другая. Перед ней мгновенно встали образы прошлой ночи — широкая кровать, застеленная шелковыми простынями, и такой же шелковой была кожа обнаженного мужчины, который лежал на этой кровати, обнимая Гвинет…

Тарик подошел к двери кабинета, у него захватило дух, когда он понял: девушка заперлась.

— Открой немедленно дверь! — приказал он.

— Ты не имеешь права приказывать мне, — отозвалась Гвинет. — Возможно, ты считаешь, что это твоя квартира, ноу меня есть документы, доказывающие, что мой отец — владелец квартиры. Теперь, когда он умер, квартира перешла мне. И я не собираюсь подчиняться какому-то незнакомцу, который хочет вышвырнуть меня вон из моего же собственного дома! Это очень дорогая квартира. До тех пор пока кто-нибудь не докажет свои права на эти апартаменты, я могу оставаться здесь, потому что мне все равно некуда идти.

Девушка гордилась твердостью своего голоса и теми словами, которые произнесла после длительной репетиции.

Так, значит, она и правда не проститутка. Но деньги ей действительно нужны, и кажется, очень, если она осталась здесь после всех тех обвинений, которые он ей предъявил. Кроме того, горестных ноток сожаления о смерти отца в ее голосе не было.

— Нам как раз об этом надо поговорить, — сказал он ей примирительным тоном.

— Я уже попыталась сделать это, — напомнила она ему. — Но ты меня не слушал и не слышал. Из того, что произошло между нами, я делаю вывод: ты задумал все это представление намеренно, чтобы выдворить меня из страны и таким образом отобрать квартиру.

— Да это же смешно!

— Неужели? У тебя, очевидно, есть ключ от этой квартиры, так же как и у меня. И ты наверняка знаешь о квартирных мошенниках, которые проворачивают махинации с этим домом, продавая двум разным людям одни и те же апартаменты, и так зарабатывают вдвое больше. Но у тебя нет документов, подтверждающих, что ты владелец квартиры. А у меня есть. Я уже зарегистрировалась в агентстве, — с вызовом сказала она. — Если ты правда хочешь доказать, что квартира твоя, тебе нужно зарегистрировать свои права. Что касается меня, то я вообще думаю, что это не твоя собственность. Надо разобраться с этим делом. Вот увидишь, окажется, что полноправный владелец только я.

Ее объяснения окончательно успокоили его. Хорошо, что она находится за дверью и не видит его взгляда.

— Так ты собираешься оставаться там и голодать? — спросил Тарик. — Судебный процесс в Зуране известен как самая длительная процедура.

Еда! И как же она не подумала об этом, когда закрывалась?

— Человек может долго жить на одной воде.

— Некоторые члены бедуинского племени могут, но что-то я сомневаюсь, что ты одна из них. Кроме того, у меня есть запасной ключ от кабинета.