Сын земли чужой: Пленённый чужой страной, Большая игра - Джеймс Олдридж

Тогда он женился на Джо. Она была возмущена его безумной выходкой — тем, что он отказался от своих денег. Она решила уговорить его взять их назад. Джо не была стяжательницей. Она просто смотрела на вещи трезво, как подсказывал ей здравый смысл. Зачем делать глупости? Она еще не очень хорошо знала мужа, и ее не покидала надежда, что рано или поздно Руперт поумнеет и возьмет свое состояние обратно. Хотя, разумеется, она любила его и будет его любить независимо от того, беден он или богат. Но Руперт твердо стоял на своем.

— Ты не понимаешь, — говорил он ей, — именно потому, что я на тебе женился, я и не хочу брать этих денег назад!

Он не хотел, чтобы ей приходилось мириться с тем, с чем всю жизнь мирилась его мать. С чем именно? На это он толком не мог бы ответить. Но твердо знал, что мать была бы намного лучше, будь у нее получше муж…

Попрощавшись с подполковником Муром, Джо опустила трубку на рычаг и позвала свою прислугу-итальянку:

— Анджелина! Вытри телефон. Он весь в сале.

— Это дети, миз Ройс.

— Дети тут ни при чем. Это от твоих грязных рук, — вскипела Джоанна. — Болтаешь день и ночь со своими калабрийками. О чем можно столько болтать? Хватит, пойди и вытри и не возражай, когда тебе говорят.

— Ладно, миз Ройс.

Ей было неприятно пререкаться со служанкой, и все-таки она каждый раз выходила из себя. Анджелина была девушка неуступчивая, с характером — дай ей только волю, она приберет к рукам весь дом. Она воспитывала непокорность и в шестилетней Тэсс, хотя Тэсс и без того, кажется, унаследовала от отца его упрямство. Впрочем, не только упрямство. Серьезное личико дочери страшно напоминало Руперта.

— Что будем готовить на обед, миз Ройс? — спросила ничуть не обезоруженная Анджелина.

— Не знаю. Поджарь рыбу, — сердито ответила Джо.

— Ладно, — согласилась прислуга. — А что делать с рисом?

— Надо было выбросить его еще вчера, — проворчала Джо, но вспомнила о собаке. — Отдай Фиджу.

— Фиджу вредно есть рис, — заявила Анджелина.

Сегодня Анджелина что-то совсем распустилась. С нее, видно, все как с гуся вода. Она-то ведь знает про Руперта! Неужели ей это безразлично? Сама Джо старалась не выставлять своего горя напоказ, но почему-то требовала этого от Анджелины. Ее раздражало невозмутимое хладнокровие девушки, это покорное, при всей непокладистости характера, смирение бедной итальянки перед судьбой. Конечно, и Анджелина умеет страдать. Умри кто-нибудь из ее близких, она будет лить ручьем слезы у черного катафалка, который потянет осел по голым, белесым холмам ее родной Калабрии, но пройдет какой-нибудь час, и тяжелая крестьянская доля возьмет свое: Анджелина опять станет такой же суровой и черствой, как всегда. Но все-таки ведь Руперта она любила, не меньше чем они! Неужели у нее и тут ничего не прорвется наружу? Она ни разу даже имени его не помянула!

█

После обеда к Джо зашла ее приятельница, доктор Мэриан Крейфорд, и спросила, нет ли каких новостей. Джо сказала, что ждет человека из Королевских воздушных сил, у которого есть для нее какое-то известие.

— Если оно плохое, я покончу с собой, — заявила Джо. — Господи, как я ненавижу все эти дурацкие затеи Руперта. Ну зачем его понесло в Арктику? Что ему там понадобилось? Кто его заставлял? Мог отказаться. И так всегда: его идиотская работа ему дороже семьи. Он стал просто невозможен…

Мэриан ласково пригладила черные волосы Джо — она была на десять лет старше и хлебнула больше горя.

— С вами бы тоже не было сладу, если бы вас воспитывали, как его, — заметила она.

— Но я была куда более своевольным ребенком, чем Руперт! — возмутилась Джо.

Она выросла на границе Кумберленда, в семье бедных, но потомственных фермеров, в краю, где бедные, но родовитые фермеры являлись хранителями древних, спартанских традиций. Ко всему на свете она относилась недоверчиво, как, вероятно, относился бы всякий ее земляк, вольный стрелок с шотландской границы, если бы войны и политические распри между англичанами и шотландцами продолжались до сих пор, а не кончились покорением Шотландии, ловко обманутой своим коварным соседом.

— Но с вами все-таки можно совладать, — поддразнила ее Мэриан.

— Ненавижу англичан. Предпочла бы быть кем угодно…

— Т-с-с! — мягко остановила ее Мэриан.

Но Джо злилась и продолжала говорить колкости, она вызвала Мэриан на спор относительно продажи дома: та считала, что его надо продать и купить дом поменьше.

Мэриан была уверена, что Руперт погиб и что подполковник Мур привезет дурные вести. Ей не хотелось при этом присутствовать. Бедная Джо! Правда, она не беспомощна и не будет нуждаться в деньгах, скорее наоборот: разбогатеет после смерти Руперта; она, вероятно, переживет свое горе достаточно стойко, и все же увидеть, как на нее обрушится этот удар, было бы невыносимо, а он вот-вот обрушится, если подполковник Мур располагает достоверными сведениями.

█

Подполковник Мур приехал (по его словам) не для того, чтобы утешать Джо, а чтобы сообщить ей правду. Он сам человек семейный — у него двое мальчишек и дочка, чуть постарше Тэсс. с которой он тотчас же подружился. «Золотко мое», — ласково обращался он к ней. Это был седой приветливый человек, по его признанию, не очень близко знавший Руперта; он с наивным любопытством разглядывал Джо, пытаясь понять, что за жена у этого чудака Ройса. С Джо он раньше не был знаком, теперь же видел перед собой внешне спокойную, сдержанную женщину, не торопившуюся выслушать его новость; она явно подозревала, что ничего хорошего не услышит.

«Она мне все равно не поверит», — думал он, глядя в ее горевшие от волнения глаза и бледное, настороженное лицо. Он начал издалека:

— В сущности, мы не очень-то много знаем…

— Ах, не говорите мне этого! — прервала его Джо. — Пожалуйста, не говорите, будто не знаете, что с ним. Я уже столько раз это слышала…

Мур ласково улыбнулся.

— Хорошо. Я не буду этого говорить.

Он только что прилетел из Туле в Гренландии и, как ему казалось, догадывался, что произошло с Рупертом.

— Тогда, прошу вас, ближе к делу, — нетерпеливо приказала Джо.

— По-видимому, в тот день разразилась сильная магнитная буря, а на борту у них была только коротковолновая рация. Понимаете, во время магнитных бурь прием коротких волн нарушается. Прямо какая-то цепь злополучных случайностей. Мы несколько часов не имели с ними связи. Но американские радары следили за их полетом, пока они вдруг не пошли на снижение. Они спустились так низко, что стали недоступны для радара. Вот что я выяснил в Туле…

— А что это означает? — спросила она. — Он жив?

— Это означает, что они либо заметили что-то на льду, либо у них что-то случилось с самолетом, — терпеливо объяснил он.

Джо смотрела на него, угрюмо насупившись. Она проклинала его тупость. Но в то же время была очень испугана.

Подполковник Мур встал, чтобы немножко размялся.

— Знаете, миссис Ройс, эти радары — вещь хорошая, но только до известного предела. Они далеко не совершенны. Человек вовсе не такой всезнайка, как он думает. Радары показали, что самолет какое-то время шел на снижение. То есть летел так низко, что за ним нельзя было уследить. Возможно, они даже совершили посадку…

— Куда? На лед?

Подполковник пожал плечами.

— Да. А может, у них была неполадка, и они ее исправили. Трудно сказать.

— Но что же это все значит? — нервно повторила она. — Я просто не пойму, куда вы клоните. Почему Руперта не оказалось среди обломков самолета, когда тот разбился в Туле? Где он? Вот что я хочу знать.

С ней надо поосторожнее, чтобы не сделать промаха, сказал себе Мур. Он призвал на помощь свой обычный такт.

— В ней столько тайн, в этой Арктике, — произнес он задумчиво, выдавая по чайной ложке свои бесценные сведения, что приводило Джо просто в ярость. — Вот в чем беда. Американцы секретничают, русские секретничают, да и мы от них не отстаем. Не знаю, что вам муж рассказывал, когда улетал на остров Мелвилл, да и что он знал сам, тоже неизвестно. Но его работа там была связана с кузницей погоды — с перемещениями воздушных масс в верхних слоях атмосферы; эти исследования имеют для нас первостепенную важность. Они, в сущности, касаются проблемы радиоактивных осадков…

— Да мне все это не интересно! — воскликнула Джо.

— Конечно, дело не в этом. А в том, что подводные лодки и самолеты обеих сторон постоянно исследуют полярные области для военных целей. Американцы, как вы, вероятно, знаете, имеют свою самую большую воздушную базу в Туле и огромную сеть радарных установок по всему Крайнему Северу…

Джо отчаялась что-нибудь выяснить и только настороженно смотрела на него. Почему он не выкладывает напрямик того, что хочет сказать?