Навсегда Чужая.Любовь Агнеса - Айрин Крюкова

коснулся моей талии. От его прикосновения по моей коже пробежал трепет, сердце заколотилось быстрее.

— Что ты пытаешься доказать, Агнес? — его голос звучал хрипло, но не так холодно, как обычно.

— Ничего, — ответила я почти шёпотом, поднимая на него глаза. — Просто хочу быть рядом с тобой.

Он склонился ближе, и я почувствовала, как его тёплое дыхание касается моей шеи. Его пальцы крепче сжали мою талию, притягивая меня ближе к себе. На секунду мне показалось, что я смогла пробиться сквозь стену его безразличия.

Рэймонд глубоко вдохнул, и я услышала, как он тихо выдохнул, будто мой аромат сводил его с ума. Его лицо оказалось совсем рядом, настолько близко, что я могла рассмотреть каждую деталь его красивых черт.

Но в следующую секунду всё изменилось. Его взгляд снова стал холодным, как ледяной ветер, который пробирает до костей. Он резко отстранился, будто осознав, что позволяет себе слишком много.

— Хватит, — бросил он коротко, с глухим раздражением в голосе. — Перестань пытаться играть со мной.

Его слова ранили, как острый кинжал. Я сделала шаг назад, чувствуя, как слёзы подступают к глазам, но старалась их сдержать.

— Рэймонд... — начала я, но он прервал меня.

— Ты не понимаешь? Это ничего не изменит. Мы никогда не будем теми, кем ты хочешь нас видеть, — его голос был полон отстранённости.

Он отвернулся и направился к окну, оставив меня стоять посреди комнаты в своей хрупкой ночной сорочке, с разбитым сердцем и горьким осознанием, что я снова наткнулась на стену его безразличия.

Я стояла, не двигаясь, чувствуя, как комок подступает к горлу. Его слова эхом отдавались в моей голове, каждый раз усиливая боль. "Мы никогда не будем теми, кем ты хочешь нас видеть." Они звучали как приговор.

— Почему ты так жесток? — мой голос дрожал, но я не могла больше молчать.

Рэймонд не обернулся. Его фигура у окна казалась холодной и отстранённой, как будто между нами снова выросла невидимая стена.

— Я не жесток, Агнес, — ответил он ровным голосом, глядя на городские огни за окном. — Я просто честен.

— Честен? — мои слёзы начали струиться по щекам. — Честен в том, что ненавидишь меня? В том, что для тебя этот брак — каторга?

Он повернулся, и в его глазах мелькнуло что-то, чего я не могла понять. Вина? Сожаление? Или просто усталость?

— Я не ненавижу тебя, — сказал он тихо, делая шаг вперёд. — Но я и не люблю.

Эти слова ударили сильнее, чем я ожидала. Я хотела закричать, хотела заставить его увидеть меня, почувствовать мою боль. Но вместо этого я лишь стояла, сжимая край своей сорочки, как будто это могло помочь мне не развалиться на части.

— Я пыталась... Я пытаюсь... — мой голос дрогнул. — Но ты... ты даже не даёшь мне шанса.

— Шанса на что, Агнес? — в его голосе появилась резкость. — Шанса изменить то, что не поддаётся изменению? Шанса заставить меня забыть её?

Её. Элизабет. Имя, которое он не произнёс, но которое повисло между нами, словно тень. Я сжала кулаки, стараясь не показать, как сильно это имя меня ранит.

— Ты живёшь прошлым, — тихо сказала я, чувствуя, как боль переполняет меня. — А я живу тобой.

Рэймонд закрыл глаза, будто мои слова причинили ему боль. Но когда он снова открыл их, они были такими же холодными, как и всегда.

— Это твоя ошибка, Агнес, — сказал он. — Я не просил тебя любить меня.

Эти слова стали последней каплей. Я отвернулась, не желая, чтобы он видел мои слёзы.

— Ты прав, — сказала я, стараясь держать голос ровным. — Это моя ошибка.

Я подошла к кровати, села на край и отвернулась от него, чувствуя, как меня разрывает изнутри. Он остался стоять у окна, и между нами снова повисла глухая тишина.

В ту ночь я не спала. Я лежала, смотря в темноту, чувствуя, как моя любовь к нему становится чем-то тяжёлым, почти невыносимым.

Глава-6

Рэймонд

Я никогда не считал себя слабым. В моей жизни было достаточно испытаний, чтобы научиться держать себя в руках. Но этой ночью... я был на грани.

Когда Агнес подошла ко мне, я чувствовал, как мои барьеры рушатся. Она выглядела так, как будто вышла из сна — её волосы свободно падали на плечи, зелёные глаза искрились каким-то дерзким вызовом, а лёгкая ткань ночной сорочки лишь подчёркивала её женственность. Я не ожидал, что она способна выглядеть так... соблазнительно.

Её шаги были тихими, но каждое движение резонировало внутри меня. Когда её рука коснулась моего плеча, я понял, что проигрываю. Я мог почувствовать тепло её кожи, аромат, который сводил меня с ума. Моё тело предало меня. Я хотел её.

Но это желание разжигало во мне ненависть.

Ненависть к ней за то, что она была здесь. За то, что она пыталась занять место, которое никогда не принадлежало ей. За то, что она была не Элизабет.

— Агнес, остановись, — мой голос был резким, но я знал, что в нём слышится слабость.

— Почему? — её голос дрожал, но она не отступала. — Почему ты меня так ненавидишь?

Я резко повернулся, чтобы посмотреть на неё. Её глаза блестели, полные надежды, а в губах читалось отчаяние.

— Ты хочешь знать, почему? — прошипел я, сжимая кулаки, чтобы не прикоснуться к ней. — Потому что ты не она.

Её лицо побледнело, и я почувствовал себя мерзавцем. Но правда была горькой и неизменной.

— Ты никогда не станешь ей, Агнес, — продолжил я. — Ты можешь стараться, пытаться, надеяться... но в моём сердце нет места для тебя.

Я видел, как эти слова ранили её. Видел, как она с трудом пыталась сохранить своё достоинство, не дать слезам пролиться.

— Я люблю тебя, Рэймонд, — прошептала она.

Эти слова обрушились на меня, как камни. Я отвёл взгляд, не в силах встретиться с её глазами.

— Любовь — это не то, что ты можешь заставить, — сказал я холодно. — И моя принадлежит другой.

Элизабет. Её имя пронзило моё сознание, оставляя за собой горечь утраты. Я видел её лицо, слышал её голос, чувствовал её прикосновения. Она была моей жизнью, моим смыслом. А теперь её не было.

Агнес стояла