Моя дочь от тебя - Елена Безрукова

– Тогда отправляйся домой. Я попрошу свою помощницу отвезти тебя, я ей доверяю. Максим, слушайся ее и делай всё, что она скажет. Она посидит с тобой до вечера, поможет твоей гувернантке.

– Хорошо, папа. А ты не поедешь с нами?

– У меня еще есть дела в офисе. Ты приехал в самый разгар рабочего дня. Я подбираю себе помощницу, пришли люди, и они ждут, когда я проведу с ними собеседование.

– Я понимаю, – кивнул он, вставая.

Проводив ребенка и дав напутствия Инге, я какое-то время постоял у большого панорамного окна, бездумно глядя на разворачивающийся передо мной городской пейзаж. На работе было сложно сосредоточиться, все мои мысли крутились вокруг сына и его поступка.

Глава 4

Последняя претендентка покинула кабинет, и я, сжав веки, откинулся на спинку кресла, сидя какое-то время в тишине и размышляя. Надо было подумать, кого выбрать. Вереница лиц проносилась перед внутренним взором. Больше всего мне импонировала Жанна Борисовна, сорокалетняя женщина с опытом секретаря. Она полностью меня устраивала по компетенциям и внешне выглядела достойно. Более молодых девушек я отверг по причине того, что они слишком строили глазки. В своем офисе я привык работать, а не отвлекаться на длинные женские ноги и глубокие декольте. Мне и Инги, временной секретарши, хватило, чтобы понять, как мешает работе, когда сотрудница скорее хочет пробраться ко мне в штаны и в кошелек, чем исполнять свои непосредственные обязанности.

Уверен, что замужняя Жанна Борисовна будет отличной помощницей и не вызовет ревности у Натали. Я же заметил, как она будто случайно заглядывала в приемную, чтобы посмотреть, как проходят собеседования и не угрожает ли кто стать ей соперницей.

Да, Жанна Борисовна отлично подойдет. У нее есть мозги. Она ответственна, креативна и исполнительна. Отличный работник с рекомендациями от предыдущего работодателя, который ни за что бы ее не уволил, если бы его предприятие не стало банкротом.

Встал из-за стола и вышел из кабинета, положив стопку уже ненужных анкет на стойку стола.

– Инга, – обратился я к секретарше, тут же вскинувшей голову, – позвоните Жанне, сообщите, что она принята на работу и будет завтра приступать к обязанностям.

– Хорошо, Александр Николаевич, – кивнула она и взяла трубку, чтобы незамедлительно выполнить мою просьбу.

Удовлетворенный тем, что наконец определился, я возвратился к работе, а по окончании рабочего дня отправился домой, по дороге обдумывая, что же делать с сыном и новой няней. Где ее искать? Как уволить Клариссу Вульфовну, не вызвав у нее сердечный приступ? Как работать меньше, чтобы посвящать сыну больше времени, но вместе с тем сохранять лидирующие позиции на рынке?

Ненормально, что у ребенка нет матери, но что поделать, если так распорядилась судьба? Я думал, что могу заменить сыну мать, быть родителем за обоих, но сегодняшний день показал, что порой и я лажаю.

А эта девушка, что привела его и посмела устроить мне разнос, несмотря на то, что явно потеряла очки на предстоящем собеседовании, должно быть, хорошая мать.

И она, вынужден признать, права – я уделяю преступно мало времени ребёнку.

Так мало, что он приехал в офис один, чтобы просто увидеть папу.

Так тоже неправильно!

Жаль, что секретарша – эта прелесть, что умудрилась привести Макса ко мне за ручку, никудышная. Опыта работы маловато, знание английского оставляет желать лучшего. Но, очевидно, расстроилась, когда я отказал ей в должности. Будто бы даже обиделась, словно я ей личное оскорбление нанес.

Странная реакция, непрофессиональная, но очень по-женски, надо сказать.

А вообще, она ничего, красивая… Волосы жемчужного цвета, широко распахнутые голубые глаза, маленькие, но пухлые и довольно аппетитные губки бантиком.

Что-то внутри заворочалось, словно дергая какое-то смутное воспоминание за ниточки. Видел я её, что ли, где-то?

Напряг память, но вспомнить не так и не смог. Да и к черту! Что думать о какой-то несостоявшейся секретарше? Мне няня нужна, вот что важно.

Дома я отпустил Клариссу Вульфовну в ее комнату, которую она занимала на первом этаже, и еще раз решил поговорить с сыном. Мы сели на диване в гостиной за большой стол и за ужином вернулись к разговору в офисе.

– Максим, ты подумал над своим поведением?

– Да, папа, – ответил он спокойно, но я заметил, как дернулось его горло. Волнуется. Я не хотел перебарщивать со строгостью и довести ребенка до стресса, просто надо было дать понять, что его поведение неприемлемо. Я решил показать ему свои чувства.

– Я очень испугался сегодня. С тобой могло что-то случиться. Я не пережил бы такого. У меня, знаешь ли, нет запасного сына, – немного разрядил я напряженную обстановку шуткой из разряда черного юмора, и сын неуверенно улыбнулся. – Обещай, что ничего подобного больше не повторится.

– Обещаю, папа. Извини, пожалуйста, – сопел он виновато.

– Очень хорошо, что ты осознаешь ошибку. Я понимаю, почему ты приехал, ты давно просил меня привезти тебя в офис, но я пока никак не успеваю, слишком много работы.

– Как и всегда, – грустно протянул сын. – У тебя всегда много работы. И никогда нет времени на меня…

Тут я был вынужден согласиться.

– Давай не будем говорить “когда-нибудь”, а договоримся на конкретное время. До Нового года осталось всего ничего, поэтому я обещаю, что на следующей неделе мы обязательно поедем в офис.

– А на завод? – спросил Максим с горящими от азарта глазами. – Хочу увидеть, как делают машины!

– Не всё сразу, – осадил его, иначе же подумает, что никакого наказания не последовало за его проступок. – И помни, что ты наказан. Я иду тебе навстречу, потому что понимаю, что и сам не выполнил свое обещание насчет офиса. На производство поедем в будущем году, если ты, конечно, будешь хорошо себя вести.

– Я буду, папа! – горячо пообещал ребенок.

Мы с ним мирно поужинали, а потом отправились в спальню, где я решил уложить его спать. Делал я это нечасто, но сейчас с удовольствием наблюдал за водными процедурами и вспоминал, как купал его совсем еще малышом, какой он был смешной, милый и трогательный.

Пижаму он, конечно же, надел сам и улегся в постель, я же присел на край кровати и подоткнул его одеяло.

– Ну что, рассказать тебе сказку? – пошутил я, чем вызвал сморщенный нос своего такого взрослого ребенка. Конечно же, это была шутка. Сын не любил обычные сказки. Он с детства увлекался автомобилями и историей великих автомобильных концернов, поэтому я знал, что ему рассказать.

– Хорошо, тогда слушай про Феруччо Ламборгини. Когда он вернулся с войны,