Тень за твоей спиной (СИ) - Разина Инна

В четыре часа я накинула куртку, подхватила небольшую сумку и спустилась вниз. Колесников был точен, загрузил вещи в багажник и галантно распахнул передо мной переднюю дверь. По дороге болтал о разных пустяках и ни слова не произнёс о том, куда мы едем. Заглушая растущее внутри раздражение, я решила не задавать вопросов, а немного подождать и увидеть всё своими глазами.

Однако, место, в которое мы свернули примерно через час, было мне незнакомо. По дорожным указателям я лишь смогла определить, что это довольно известный район с элитными коттеджами, принадлежащими как нашим местным, так и столичным «новым русским». Я здесь ещё ни разу не была.

Пока наша машина медленно продвигалась по узким улочкам, я с любопытством оглядывалась по сторонам. Впрочем, разглядеть можно было лишь высоченные заборы и изредка мелькающие в зарослях огромных хвойных деревьев крыши многоэтажных строений. А после того, как на некоторых заборах я заметила что-то, отдалённо напоминающее колючую проволоку, любопытства у меня поубавилось, а вот неприятный холодок в груди появился.

Но мои опасения не подтвердились, мы остановились у вполне обычного, пусть и высокого забора без всяких мрачных дополнений. Железные ворота сразу же отъехали в сторону, словно нас тут ждали, не отходя от окна или, скорее, от экрана монитора. Шеф проехал чуть дальше по гравийной дорожке и припарковался на просторной стоянке.

Я выбралась из машины, и пока Артём Владимирович доставал вещи, с интересом осмотрелась. Немного впереди, сквозь небольшой парк, виднелся трёхэтажный коттедж. Его простая и невычурная архитектура не резала глаз. А окружающий ландшафт явно был заточен под природный стиль, слегка небрежный, но хорошо продуманный и ухоженный.

Шеф пошёл вперёд, показывая дорогу, я последовала за ним. Когда мы подошли к широкой лестнице, навстречу нам на крыльцо вышла пожилая женщина. Я поднялась на площадку и остановилась, ожидая, пока нас представят друг другу.

Женщина с интересом изучала меня, я тоже попыталась составить о ней своё мнение. Судя по спокойной уверенности, с которой она держалась, скорее всего это была хозяйка дома. Не слишком бросающаяся в глаза полнота придавала ей солидность и значимость. А волевое лицо с жёсткими морщинами почти не оставляло сомнений в том, что она привыкла командовать и принимать решения.

Артём Владимирович бросил сумки на каменный пол, шагнул к женщине и неожиданно обнял её.

— Привет, мам! Вот и мы. Знакомься — это Александра, мой помощник.

— Ну какая Александра, Тёма? Она же совсем девочка. Сашенька, здравствуй! Я — Галина Станиславовна, мать этого оболтуса.

Мне потребовалось несколько секунд, чтобы справиться с потрясением и охрипшим голосом пробормотать приветствие. Только потом я метнула на шефа уничижительный взгляд. Но меня тут же взяли в оборот — женщина аккуратно, но крепко подхватила меня под руку и повела в дом.

— Пойдём, деточка, я отведу тебя в гостевую комнату. Тёма, закрой двери и не забудь сумки.

Галина Станиславовна привела меня в комнату на третьем этаже, бегло показала, что где находится, и оставила со словами:

— Отдохни немного после дороги, Сашенька. Через полчаса будем обедать.

Минут двадцать я сидела на краешке кровати и тупо смотрела в стену, пытаясь разобраться в хаосе мыслей. Получалось плохо. Я лишь ощущала всё усиливающееся возмущение и досаду, что меня так просто обвели вокруг пальца.

В двери постучали, я крикнула:

— Войдите! — разглядела, кто это, и скорчила зверскую физиономию. Артём Владимирович невозмутимо выдержал мой взгляд и спокойно сообщил:

— Я за тобой. Мама зовёт обедать.

— Я не выйду из этой комнаты, пока вы не объясните мне, что происходит? — прошипела я сквозь зубы.

— Что ты хочешь узнать? — фальшиво удивился шеф, пряча улыбку.

— Зачем вы меня сюда притащили, конечно же!

— Разве я тебе не сказал? На переговоры.

— С кем? С вашей мамой? — задохнулась я от такой наглости.

— С мамой я сам разберусь. А к вечеру подъедут ещё гости. Вот с ними и будем общаться.

— А я-то вам зачем? Вы что, не способны справиться без меня?

— По-моему, я всё ещё твой работодатель. И сам решаю, нужна мне твоя помощь или нет. Или я что-то забыл?

Мне пришлось это проглотить, поскольку я не нашлась, что возразить на такое заявление. А шеф примирительно произнёс:

— Саш, пойдём, а? Я проголодался.

— Так идите! Я вас не держу.

— А ты?

— А я останусь здесь. Когда надо будет работать, пошлёте за мной.

— Ну что за детский сад? — вздохнул Колесников и опустился на кровать рядом со мной. — Хватит дуться, ну не сказал я тебе, куда мы едем, и что? Какая разница, где работать?

Я почувствовала, что уже готова наговорить ему кучу резкостей. Сцепила зубы и уставилась в пол, чтобы не лишиться работы.

— Знаешь, я пошёл, а ты как хочешь. Но послушай совета: оставаться здесь бессмысленно, мать придёт и притащит тебя силой. Предупреждаю сразу, если ты ещё не поняла: спорить с ней бесполезно. Она всю жизнь командовала и отцом, и мной, и менять привычки не собирается. Я поэтому и сбежал в город, хотя очень люблю этот дом. Всё-таки я в нём вырос.

Несмотря на раздражение, я ощутила, как меня охватывает любопытство. Хотелось подробнее узнать обо всём, но задавать вопросы я не решилась. Артём Владимирович поднялся и протянул ладонь.

— Ну что, пошли? Ещё немного, и мама придёт сюда сама.

Я встала, игнорируя его руку, и молча направилась к двери.

— Какой же ты ещё ребёнок! — со смехом раздалось за моей спиной.

Обед был накрыт в большом зале на первом этаже. В гостиной присутствовали только мы трое, а вся еда уже стояла на столе. Я ела и размышляла о том, что не видела ни в доме, ни на улице никого из обслуживающего персонала. Интересно, куда они все попрятались? Ведь ясно же, что Галина Станиславовна не в состоянии в одиночку держать в порядке такой большой дом и участок.

Поскольку я отмалчивалась, разговор вели в основном мать с сыном. Лишь иногда женщина задавала мне, казалось бы, безобидные вопросы. Но я отлично видела, что все они имеют целью хоть немного больше узнать обо мне и моей семье. Не желая в этом участвовать, я отвечала односложно и без всяких подробностей.

Ближе к концу обеда Колесников поинтересовался у матери:

— Так когда обещал приехать Петровский? Сколько у нас времени?

— К восьми вечера. Не беспокойся, Тёма, он точно приедет, уже звонил и подтвердил.

— Петровский? — переспросила я, услышав известную фамилию. — Это что, рекламное агентство «Гром»?

— Он самый.

— Ничего себе! И он готов с нами беседовать?

— Готов, готов, — энергично кивнула Галина Станиславовна.

— Здорово! Да ещё после «Этно». Только, Артём Владимирович, что ж вы меня не предупредили, я же не подготовилась.

— Ну, у тебя есть ещё пара часов. А потом, мы сегодня просто почву прощупаем. Пока без конкретики, — успокоил меня шеф, но я всё равно побыстрее закончила обед и побежала к себе за ноутбуком.

В полдвенадцатого я вернулась в комнату, сняла деловой костюм, натянула джинсы, джемпер и куртку и отправилась в сад немного прогуляться перед сном. Правда, спустившись с крыльца, дошла до расположенной недалеко беседки и решила остаться там. Бродить ночью по незнакомой местности, пусть и хорошо освещённой, было как-то неуютно.

Присев на широкую деревянную скамью, я вспоминала переговоры. На мой взгляд, прошли они исключительно удачно. Я понятия не имела, на какой почве познакомились Галина Станиславовна и Петровский, но последний был настроен к нам очень доброжелательно и вовсю показывал заинтересованность в совместной работе. Похоже, здесь и делать-то ничего не надо, можно сразу контракт составлять.

— О, вот ты где! Не замёрзла?

Задумавшись, я не заметила, что Артём Владимирович меня ищет, и вздрогнула, услышав его голос. Колесников подошёл ближе, поднял лежащий на плетёном кресле плед и набросил мне на плечи. Завернул меня в него поплотнее и не отпустил, а притянул к себе. Мои ладони упёрлись ему в грудь.