Специалист по темным делишкам - Фиона Келли

— А вас? — обратился Морис к Питу.

— Питер Хамильтон. Счастлив познакомиться с вами, — выдавил из себя Пит. — Все фильмы с вашим участием записаны у меня на видео. И я постоянно посещаю ваш сайт в Интернете, поэтому всегда курсе ваших последних работ. У меня даже есть картотека…

— Меня зовут Миранда, — удалось наконец вставить слово девочке. Если не остановить Пита, он может говорить о своей картотеке до скончания века.

Брови Мориса Харти сошлись на переносице, когда он пожимал руку Миранде. Было очевидно, что он узнал ее: Миранда не относилась к категории людей, которых в суете можно забыть.

— Я рад, что познакомился с вами, — он вдруг улыбнулся… — По крайней мере, я могу извиниться за свой поступок вчера в парке.

— Ничего страшного.

— Ну, как же… Я бесконечно виноват, — искренне произнес Морис Харти, не выпуская руку Миранды. — Единственным оправданием для меня была смертельная головная боль. — Продолжая улыбаться, он повернулся к дочке: — Подумать только, вы оказались друзьями! Это просто удивительно!

— Они могут остаться у нас на чай? — поинтересовалась у отца Бетани.

— Конечно, — ответил Морис, улыбаясь еще шире. — Буду очень рад.

У Холли мелькнула мысль, что это уже небольшой перебор в гостеприимстве, что Морис Харти слегка раздувает свой энтузиазм, прикрывая им чувства, которые его гложут.

— Скажи Клер, что мы будем пить чай все вместе. — Харти сгреб в охапку полученную почту и отправился в кабинет.

— Отпад! — ликовала Бетани. — Змеюка умрет от злости. Чай на пятерых! Ха! Ха!

Холли с друзьями поднялась наверх, а Бетани побежала вниз сообщить Клер «приятную новость».

— Нужно позвонить домой и предупредить, что мы задерживаемся, — вспомнила Холли слова папы.

Бетани вошла в комнату с торжествующей ухмылкой.

— Ну и злюка! Она теперь будет расстроена до конца своих дней!

— От вас можно позвонить? — спросила Миранда, с улыбкой глядя на Питера и Холли. — Надеюсь, что трубку возьмут Бекки или Рэчел. Я их добью, когда расскажу, где я. — Бекки и Рэчел были старшими сестрами-близнецами Миранды и в вечном конфликте с ней.

— Конечно! — живо откликнулась Бетани. — Можно позвонить по папиному телефону.

Она проводила друзей до двери кабинета, которую открыла без стука.

Все трое вошли следом за ней. Морис Харти сидел за столом, держа перед глазами письмо, которое, видимо, только что распечатал. Лицо его выглядело бледным и расстроенным. Очевидно, в письме содержались плохие новости.

— Па, можно ребята позвонят домой?

Морис вздрогнул и перевел на детей невидящий взгляд, как будто только что пробудился от кошмарного сна.

— Очень жаль, — отрывисто сказал он. — Извините меня. Но вам нужно сейчас же отправиться домой. — Он бросил письмо на стол и резко поднялся. Он непроизвольно вытянул руки, как будто намеревался вытолкнуть их из комнаты.

Холли поняла, что письмо принесло убийственную весть.

Глава VII

Неопровержимое доказательство

Через несколько минут юные детективы вышли на улицу. Не то чтобы Морис прогнал их из дома, но настоял на том, чтобы они ушли.

Когда друзья прощались с Бетани, Холли как-то исхитрилась записать свой номер телефона у нее на ладони.

— Позвони мне, — шепнула Холли.

Встревоженная девочка в ответ просто кивнула.

Друзья безрадостно плелись по Бенедикт-авеню.

— Как вы думаете, что было в том письме? — спросила Миранда. — Судя по всему, что-то очень страшное.

— Я лично догадываюсь, — ответила Холли. — И если вы пошевелите мозгами, то тоже догадаетесь.

— Письмо от той женщины… — начал Пит, но Миранда не дала ему закончить.

— В желтом плаще! — выкрикнула она.

— Да, — продолжила Холли, — письмо с требованием объяснить, где обещанные деньги, и с новыми угрозами на случай, если деньги не будут оставлены в условленном месте.

— Ну и какой наш следующий шаг? — Пит вопросительно взглянул на нее.

— Идти домой пить чай, — невпопад брякнула Миранда.

— Я насчет мистера Харти.

— Мне удалось оставить Бетани свой телефон, — сказала Холли. — И я уверена, что нам лучше всего подождать ее звонка.

— Ты уверена? Ведь Бетани еще ребенок. Можно ли ей доверять?

— О да! Ребенок, который знает больше тебя, — съехидничала Миранда. — Не знать, кто такой Артур… как его там. Ну словом, каждый дурак его знает.

— Артур Велзли, — намеренно четко произнес Пит.

— Вот именно! Я просто хочу сказать, что Бетани — очень продвинутый ребенок, и Холли права, что нам надо подождать ее звонка.

— Будем надеяться, что долго ждать не придется, — вздохнула Холли.

И она оказалась права. На следующий день, через полчаса после того, как Холли пришла из школы, зазвонил телефон.

— Холли?

— Да. Это ты, Бетани?

— Я.

— Как твой папа?

— Не могу сейчас говорить. Змеюка ползает кругами. Нужно встретиться. Рядом с нашим домом есть закусочная. Там все и расскажу.

Голос Бетани был едва слышен, чувствовалось, что она говорит в самую трубку. Холли записала, как найти закусочную, и пообещала быть там через десять минут.

Положив трубку, она тут же перезвонила Миранде и Питу, чтобы предупредить их о встрече.

— Ма, — крикнула затем Холли, — мне нужно срочно увидеться с друзьями, ладно?

— Только не задерживайся, — раздался в ответ мамин голос, — и не впутывайтесь ни в какие истории.

Миссис Адамс постоянно просила дочь ни во что «не впутываться», но от этого ничего не менялось. Холли притягивала к себе опасность, как магнит притягивает железо.

Закусочная оказалась уютным, опрятным местечком, расположенным под железнодорожным мостом. В зале помещалось всего несколько круглых столиков и бар, тянущийся вдоль окна. Войдя внутрь, Холли сразу же увидела Бетани. Девочка сидела за стойкой на высоком табурете и потягивала через соломинку апельсиновый сок из большого картонного стакана.

— Холли! — обрадовалась Бетани и с ходу затараторила: — Я отдала папе деньги и…

— Погоди немного, — остановила малышку Холли. — Миранда и Пит будут здесь с минуты на минуту.

Миранда и вправду пришла очень скоро, а через пару минут подоспел и Пит.

— Итак, — начала Бетани, когда вчетвером они уселись за стойку бара, — я отдала папе конверт с деньгами, но он сказал, что к нему лично это не имеет никакого отношения.

— Что?! — не удержалась от возгласа Миранда. — Но конверт ведь был сначала у него в руках. Он что, не прочел нашу записку насчет того, что за ним приходила женщина? Ты рассказала ему?

— Рассказала, но записку не отдала, только деньги. Он уверял меня, что нашел конверт в вагоне метро, собирался отдать его в полицию, а потом понял, что где-то его потерял.

— Он не потерял его, а спрятал в дупле дуба, — уточнила Холли.

— Я не говорила папе о том, что вы видели, как он засунул конверт в тайник, — вздохнула Бетани. — Короче, он взял у меня конверт и сказал, что он отнесет его в полицию.

— А ты сама веришь в это? — спросил Пит.

— Не верю. Хотите кое-что посмотреть? — Бетани сунула руку в карман. Бумажки, которые она извлекла, оказались корешками банковских чеков. — Я вынула это из папиного стола. — Она посмотрела на ребят и добавила: — Только не подумайте, что я делаю что-то потихоньку от него. Просто свои денежные дела папа поручил вести мне. Он чувствует себя тупицей, когда дело касается цифр и расчетов. Поэтому, когда приходят извещения, я разбираюсь с чековыми книжками сама. Папа называет меня своим маленьким счетоводом.

Миранда с удивлением взглянула на девочку.

— А что, твоя мама не умеет это делать? Моя, например, ведет все денежные дела.

— Когда дело касается арифметики, то даже папа перед ней просто Эйнштейн. Я единственная в семье, кто умеет отлично считать. Но в последние недели папа начал убирать куда-то свои чековые книжки. Я думаю, намеренно прятал их от меня. И когда я спрашивала, не пора ли заняться бухгалтерией, он отвечал: «Не сейчас». Поэтому вчера я хорошенько пошарила в ящиках и нашла это. — Бетани положила на стойку бара чековую книжку, в которой не осталось ни одного незаполненного бланка. Девочка показала последний корешок. — Вот, — сказала она, — видите?

Трое друзей вытянули шеи, чтобы получше рассмотреть бланк. На нем было написано слово «наличные» и сумма «две тысячи долларов».

— И здесь, — Бетани пролистала остальные корешки, — тоже наличные и тоже две тысячи. За последние несколько недель четыре раза со счета были сняты деньги. Ровно по две тысячи фунтов. В последний раз — два дня назад.

— Как раз в тот день, когда мы видели мистера Харти с конвертом, — сказала Миранда. — И к тому времени им было уже снято восемь тысяч фунтов! Не хило!