История первого дракона - Дарья Кузнецова

— Нет уж! Ты давай, объясняй! — включила барана я.

— Уж больно ловко у тебя это получилось, — улыбнулся Михаэль. — А я, к примеру, до сего дня близко миу не видел, вы же живёте очень закрыто. Точнее, видел, но исключительно мужчин. И они не настолько мне доверяли, чтобы делить трапезу.

Сложнее всего было подобрать лошадь для Сергея. Нет, они его не боялись, да и он их — тоже. Просто весил он теперь больше двух сотен килограммов.

Наконец, на рынке на деньги аванса (что-то подозрительно большой аванс) был выбран огромный флегматичный мерин настолько впечатляющей комплекции, что походил скорее на быка, нежели на лошадь. Меня, игнорируя вялые протесты, запихнули в седло к не менее флегматичной лошадке невысокого роста, обладательнице потешной растрёпанной гривы и будто бы обгрызенного кем-то хвоста.

Дело в том, что, в отличие от Сергея, занимавшегося в юности конкуром, я на лошади сидела всего несколько раз и исключительно в пределах манежа, — это Серёжка пытался меня приобщить к любимому виду спорта, но из затеи ничего не вышло. Мне элементарно не хватало времени, а выделять его в ущерб чему-то другому — не хватало желания.

— А куда мы едем, если не секрет? — поинтересовалась я у парня с холодными глазами, который выглядел даже моложе меня, и на деле оказался вполне нормальным.

— Да я, честно говоря, не помню, — беспечно отозвался он, легко справляясь с поводьями одной рукой, а другой поигрывая кинжалом. Интересно, он с ним и во сне не расстаётся? — Вроде бы, за городом мы должны встретиться с каким-то другом Ганса, который знает дальнейший путь. Я не особо интересовался конечной целью, я просто люблю путешествовать.

Сухой гравий шуршал и хрустел под копытами лошадей, навстречу скрипели редкие повозки, вокруг шумела самая оживлённая, центральная улица городка, чьё название я так и не удосужилась выяснить.

— Оригинально, — протянула я. — И ты так всю жизнь?

Он дёрнул плечами.

— Большую часть.

— А до этого?

— Есть только одна тема, которую я не хочу обсуждать, — он перевёл на меня свой пристальный холодный взгляд. — Это моё детство и начало юности. Не обижайся, просто не люблю вспоминать. Слишком много плохих воспоминаний. А после того, как я встретился с Зойром, моя жизнь достаточно однообразно интересна. Мы путешествуем; я воин, он маг, мы работаем в паре уже лет пять, и поэтому являемся крайне неплохой боевой группой.

— А сколько тебе лет? — нахмурилась я.

— Мало, — он рассмеялся. — Мне всего двадцать, так что твои глаза тебя не обманули, миу. Я просто очень талантливый, — он насмешливо сверкнул в мою сторону глазами. Как будто по лезвию клинка скользнул солнечный блик. Очень странная улыбка, но какая-то… родная? Такое впечатление, что мы уже были когда-то знакомы. Давно-давно, в веренице жизней и перерождений.

— С пятнадцати лет зарабатывать на жизнь воинским искусством? Ты слишком скромен, — растерянно хмыкнула я. Это вызвало ещё один приступ веселья; да такой заразительный, что я тоже не удержалась и захихикала.

— Вась, а кто для тебя Серж?

— Почему ты спрашиваешь? — нахмурилась я. Он неожиданно смутился.

— Да, понимаешь… Такое впечатление, что вы друг друга любите, но… Больно уж странная пара получается; до такой степени странная, что в это трудно поверить. Полукровки миу с другими видами вообще почти не встречаются, а уж чтобы с гаргульями! Ты что хихикаешь?

— Нет, ничего, — с трудом выдохнула я сквозь душащий смех. — Слышал бы тебя Серж! Мы друг друга любим, это ты правильно подметил. Но он мне как брат, он буквально меня вырастил, — я ностальгически вздохнула. — Мы выросли вместе, у одного пожилого отшельника. Я своих родителей и не помню, он подобрал меня в лесу, а Серж раненый к нему попал, тоже случайно. Ну, и потом, после смерти наставника, единственного близкого существа, стараемся поддерживать друг друга. Путешествовать вот отправились вместе.

— Извини, я не думал, что всё так грустно, — чуть нахмурился он.

— Да, всё нормально. Мы уже привыкли, — я вздохнула.

Мы действительно уже привыкли, что родителей больше нет. Они все вместе погибли в автокатастрофе, и осталось нас двое; хорошо, к тому времени оба уже были совершеннолетними. Поначалу было очень тяжело — морально, о чём и говорить нечего, да и физически. Мы оба учились, я вообще не работала, Серж на своей кафедре получал копейки. Потом мы вдвоём устроились в его квартире, мою сдали, оба нашли себе по подработке, в усталости и бытовых хлопотах топя боль потери. Человек ко всему привыкает, а пять лет — это всё-таки довольно большой срок.

— В таком случае, я не ошибусь, если скажу, что такая дружба гаргульи и девушки-миу не намного менее странная, чем любовь, — он, заразительно улыбнувшись, тряхнул головой, убирая с лица упавшую прядь. — Ага! А вот, кажется, и друг Ганса, — возвестил Михаэль, когда мы миновали ворота самыми последними, умудрившись пропустить мимо себя телегу и пару всадников, и всё из-за моего «великолепного» умения держаться в седле.

Я не знаю, что удержало меня от падения, когда я увидела этого самого «друга». До крайности ехидной улыбкой меня встречал наш с Сержем проводник. Сытый прищур зелёных глаз заставил меня нервно сглотнуть и пожалеть о том мгновении, когда я пошла в поисковики — занятие, в общем-то, благородное и полезное, вот только… Знала бы, во что всё это выльется!

— Какое экзотическое у нас нынче путешествие намечается, — весело присвистнул черноволосый воин. — Ещё один миу! Подожди, а вы что, знакомы? — удивлённо покосился он на меня.

— Я бы такие знакомства… — пробормотала я.

— Договаривай, котёнок, — невежливо встрял Прах, всё так же ухмыляясь. Ухмылка на кошачьей физиономии вообще странно смотрится, а уж такая, да ещё у данного конкретного представителя этого племени…

Я договорила и, кажется, он пожалел, что спросил: от такой скромной миниатюрной девушки таких слов кот явно не ожидал. Михаэль рядом тихонько захихикал, Ганс сдержанно улыбнулся, стараясь не обидеть товарища, а Зойр с Сержем, переглянувшись, грянули богатырским ржанием.

Одарив меня совершенно непонятным взглядом, проводник цокнул языком, понукая коня (где он его только взять успел?), и мы, выстроившись парами, двинулись вперёд. Ганс с Прахом, Зойр с Михаэлем и — замыкающими — мы.

— Вот он какой, закон подлости в действии, — мрачно хмыкнула я.

— Надеюсь, он не будет тебя доставать при таком количестве народа, — не слишком уверенно предположил Серж. — В любом случае, пусть попробует рискнуть шкурой.

Я душераздирающе вздохнула. Если наша жизнь здесь начинается ТАК, то страшно даже представить, что будет дальше. Но, в любом случае, поверишь в руку Провидения, в очередной раз столкнувшую нас с этим котом.