Держи ухо востро - Марина Серова

— Если что, звоните в любое время дня и ночи. Не знаю, что подтолкнуло его на этот поступок, моя трагическая физиономия или пятнадцать долларов, но он, действительно, мог мне пригодиться, причем в ближайшее время.

— Спасибо, — искренне сказала я. — А кого спросить?

— Ваню, — ответил он и почему-то смутился.

На термометре было под тридцать градусов, поэтому сразу же после обеда я отправилась к себе в номер, чтобы переждать самое жаркое время и привести в порядок свои мысли.

Окна моего номера выходили на теневую сторону, и после душа я почувствовала приятную прохладу, улеглась на белоснежные простыни и подвела итоги первой половины сегодняшнего дня.

Итак, мне удалось разыскать Пауля Раушенбаха, фирму, в которой он служит, узнать место работы его любовницы или даже сожительницы и, насколько я поняла, дом, в котором живет эта самая любовница, или живут они оба. Проверить последнее было совсем нетрудно, для этого я собиралась отправиться туда сегодня же вечером, после закрытия магазина, где работает или, судя по особняку, которым владеет рыжая «киска».

Эта «киска» все больше интересовала меня. Такие, как она, чувствуют себя в современном полукриминальном бизнесе как рыба в воде. Эффектная, уверенная в себе девица, не обремененная утонченным интеллектом и чрезмерной порядочностью, она запросто могла стать организатором нелегального бизнеса. А Раушенбахов, отца и сына, она использовала в качестве курьеров и продавцов, учитывая их гражданство и деловые связи.

Чем больше я фантазировала на эту тему, тем значительнее мне представлялась ее роль во всей этой истории. Может быть, именно потому, что дело происходило в Одессе, мне уже рисовался образ некой современной Соньки Золотой Ручки, возглавлявшей мощную преступную организацию. Пауль в этом раскладе превращался в жертву роковой страсти, а Курт и вовсе приобретал черты трагического героя, вынужденного идти на компромисс с собственной совестью, дабы спасти окончательно запутавшегося и находившегося на грани самоубийства сына. Для полноты картины не хватало только портрета рано постаревшей от горя «матери», которая так и не смогла пережить семейного позора.

— Стоп, — сказала я себе, когда история приобрела все черты мексиканской мыльной оперы. — В тебе пропадает драматический талант, а может быть, твои мозги не выдержали напряжения и поехали. Но в любом случае, хватит валяться в койке. Вставай и отправляйся добывать реальные факты, а не пытайся заменить их плодами своего больного воображения.

И очень вовремя это сделала. Не знаю, как в смысле драматического таланта, но в смысле воображения мне пожаловаться было не на что. Еще в Пионерских лагерях своими вечерними импровизациями я не только лишала сна, но и доводила до полуобморочного состояния самых бесстрашных подруг.

Именно поэтому я стараюсь никогда не создавать рабочих версий, прежде чем у меня не будет объективного и абсолютно достоверного материала. И всячески ограничиваю свою фантазию. И только когда все факты сами собой выстраиваются в единую цепочку, проверив каждый из них на достоверность, я позволяю себе сделать вывод. И поэтому практически никогда не ошибаюсь.

Удачно совместив свои обновки с аксессуарами из Лондона, я приобрела некоторую изысканность. Немного злоупотребив косметикой, я добилась, еще большего эффекта и выглядела просто сногсшибательно, что и входило в мою задачу. В таком виде мне не стыдно было появиться в самом крутом злачном месте Одессы, а интуиция подсказывала мне, что я вполне могу оказаться в одном из них в ближайшие часы. И даже не столько интуиция, сколько холодный расчет.

Во-первых, сегодня была пятница, начало уикэнда. И если я правильно представляю себе образ жизни немецких бизнесменов, то Пауль непременно поведет сегодня свою подругу в какое-нибудь увеселительное заведение. А если папочка успел сообщить ему о результатах своей лондонской деятельности, то у них был серьезный повод для банкета.

Но прежде я хотела посетить златокудрую подругу искусствоведа на ее рабочем месте, чтобы окончательно прояснить ее статус.

Для проживания я выбрала себе удивительно удобное место. Моя гостиница располагалась как раз посредине между фирмой Раушенбаха-младшего и магазином его «киски». Поэтому уже через пятнадцать минут я входила в ее уютный магазинчик.

В последнее время как в России, так и на Украине появилось большое количество супермаркетов. Они чаще всего объединены в каждом городе в единую сеть и принадлежат одной мощной фирме. Но наряду с ними открылись и не уступающие им в ассортименте частные магазинчики, которые, не претендуя на звание супермаркета, пользуются у населения гораздо большей популярностью. В основном потому, что цены в них не такие высокие и сервис не такой навязчивый.

Их владельцы гораздо лучше знают психологию покупателя постсоветского пространства и не навязывают ему ни товаров, ни своего общения. Я сама чаще всего ухожу из магазина, если на меня набрасывается чересчур общительная, ни на секунду не замолкающая девица, потому что, как и большинство моих соотечественников, предпочитаю, не торопясь, приглядеться к товарам, пощупать их и не желаю, чтобы кто-нибудь при этом расписывал мне все их достоинства. Странно было бы, если бы продавец при одном моем появлении в магазине тут же принялся бы ругать на чем свет стоит свой товар и всячески отговаривал бы меня от покупки. Поэтому я, как и любой нормальный человек, склонна им не очень-то доверять и предпочитаю молчаливых продавцов, которые оставляют за мной право самой судить о целесообразности той или иной покупки.

Подруга Раушенбаха работала именно в таком социально адаптированном частном магазинчике, где со мной поздоровались и этим ограничились.

И я могла совершенно самостоятельно бродить между стендами с товарами и изучать их цену и качество.

Что мне еще нравится в этих магазинчиках, так это то, что они напоминают «сельпо» прежних времен, то есть в них можно приобрести абсолютно все от водки до купальника, потому что хозяин берет на реализацию любой ходовой товар, лишь бы это приносило ему небольшой доход.

В магазине было, по нынешним понятиям, довольно многолюдно. Очередей, понятное дело, там не было, но человек десять, сменяя друг друга, находились в зале постоянно. И редко кто уходил отсюда без покупки. Из чего я сделал вывод, что владельцы магазина процветали.

Ни одна из продавщиц даже отдаленно не напоминала интересующую меня особу, поэтому у меня были все основания полагать, что она-то и есть этот самый процветающий владелец. И это вполне соответствовало ее внешнему виду и настроению. Скорее всего, где-нибудь в недрах магазина у нее был свой кабинетик, в котором она принимала деловых клиентов и заключала сделки. Случай помог мне убедиться в достоверности моих умозаключений.

В магазин влетел плотный молодой человек, чем-то напоминающий Пауля, только пониже ростом и с более темной шевелюрой.

— Привет, девочки, — поздоровался он с продавщицами, из чего я сделала вывод, что он был здесь своим человеком. Тем более что девочки в ответ заблестели глазами и расплылись в улыбках.

— Софа у себя? — спросил он и собирался проникнуть в «святая святых» магазина, но девочки разочаровали его:

— Софьи Михайловны уже не будет сегодня.

— Она как уехала на обед, так и не возвращалась.

— Она предупредила, что не появится до понедельника, — наперебой торопились они объяснить отсутствие своей хозяйки.

Молодой человек не сильно расстроился по этому поводу, попросил записать на него ящик пива и, покраснев от натуги, вынес его из магазина, поставил в багажник своего «Мерседеса» и укатил в неизвестном направлении.

Номер «Мерседеса» я на всякий случай запомнила и обратила внимание, что пиво он взял то самое, из Германии, которым торговал Пауль.

Больше мне в магазине делать было нечего. Я купила порцию мороженого и вышла на улицу с улыбкой на лице. Улыбка моя объяснялась тем, что рыжую красотку на самом деле звали Софьей. Не случайно я сравнила ее с Сонькой Золотой Ручкой!

Я знала ее имя и род занятий, встретила ее близкого друга (судя по машине, не самого бедного человека в Одессе), ну и, наконец, узнала, что Софочка, скорее всего, до сих пор сидит дома. Вряд ли она поехала по каким-то делам. Во второй половине дня в пятницу обычно сделок не заключают.

У меня оставалось еще немного времени до окончания рабочего дня Сониного любовника, и я решила использовать его с максимальной пользой. Мне необходима была консультация специалиста по иконам, и я надеялась отыскать его в художественном музее.

В билетной кассе музея сидела пожилая сонная женщина в очках. К ней я и обратилась с вопросом:

— Извините, вы не скажете, к кому мне лучше обратиться за помощью?

Кассирша удивленно подняла на меня глаза.