Адские желания - Кел Карпентер

приостановленный оргазм прекратился, совершенно измученной, и все же, когда Аллистер отпустил мои руки и позволил мне опуститься к нему на колени, грубый материал его брюк натирал меня там, где под ним напрягся его твердый член. Я толкнулась в него, наслаждаясь глубоким стоном, который я не столько услышала, сколько почувствовала.

Он хотел меня. Так почему же он отказывал себе?

Аллистер наклонился и, схватив меня за бедра, легко оторвал от себя и, наклонившись, поставил на пол перед собой.

— Что ты…

— Встань на колени. — Я моргнула от тона его голоса. Он был глубже, чем обычно. Хрипловатый. Почти более… отчаянный.

Я откинулась на холодный пол, между его раздвинутых ног. Мое сердце бешено колотилось в груди, когда я смотрела на

него снизу вверх. Я никогда не считала себя покорной, но эта его сторона меня заинтриговала. С той стороны, где я почти чувствовала, как он кончает… обезумев. Он носил свое высокомерие с развязностью, на которую мало кто был способен, но под этим я чувствовала отчаяние. Он контролировал себя больше для себя, чем для меня.

— Это подойдет? — Тихо спросила я. — Да.

Мне захотелось содрогнуться, когда золотая пыль вокруг нас прижалась к моей коже, покалывая везде, где она соприкасалась. Я провела языком по нижней губе, пробуя его кровь, смешанную с чем-то сильным. Что-то… восхитительное.

— То, что ты пробуешь, называется кама. Это сексуальная энергия, которая питает наш вид. — Его слова туманно проникли в мой мозг, когда завивающиеся золотые частички притянули меня к нему. Побуждая меня подойти ближе. Взять еще.

— Кама… — Пробормотала я. — Как камасутра? Аллистер усмехнулся.

— Она самая.

Я протянула к нему руку, позволив ей зависнуть всего в нескольких дюймах. Блестящая желтая субстанция покрыла мои пальцы, и я поднесла их к лицу, чтобы рассмотреть. Это действительно было похоже на золотую пыль. Я осторожно поднесла указательный палец к губам и слизнула золотую пудру. Ненасытное желание охватило меня, и я обхватила губами этот палец, глубоко застонав и обсосав его досуха.

— Хватит, — рявкнул Аллистер, снова привлекая мое внимание к себе. Я уставилась на него, слегка прикусив указательный палец. Его зрачки расширились, а в груди зародилось низкое рычание. — Невежливо играть с себе подобными, маленький суккуб.

В его голосе была та резкость, которую я запомнила. Четкие слова, достаточно острые, чтобы ужалить плоть, но заставляющие девушку жаждать большего.

— Это ты продолжаешь мне отказывать, Голод.

Не только я позволила этому ускользнуть. Зверь была очень, очень близка к поверхности, и из-за своей потребности я не была уверена, что Аллистер это заметил. Его ноздри раздувались, а зрачки продолжали расширяться. Темнее. Полнее. Пока в его глазах не осталось ни единого белого пятнышка. Он смотрел на меня так, словно был настоящим Всадником. Зверь для обоих миров.

Но и я тоже, и он нас не напугал. — Расстегни мои брюки.

Я уставилась, на минуту разинув рот от прямоты его просьбы. Разве не я добивалась этого неделями? Играла с ним. Дразнила его. Я установила закон, запрещающий секс, но мне нужно было кормиться, а ему — трахаться. Это было ясно.

Если то, что я сосала свой палец, почти вывело его из себя… Зверь рванулась вперед и уничтожила последние мои колебания.

Я потянулась, положив обе руки на внутреннюю поверхность его бедер, сжимая его так, чтобы я могла двигаться вперед. Он застонал, когда мои руки скользнули вверх, пробегая по напряженным мышцам его ног, медленно продвигаясь к твердой выпуклости в его штанах. Он дернулся, когда моя ладонь скользнула по нему, и я дважды потерла его твердую длину вверх и вниз.

— Расстегни мои брюки, — повторил он.

Я зажала молнию двумя пальцами и потянула ее вниз с преувеличенной медлительностью. Обычно у меня наготове был бы резкий ответ, но это было не так-то просто, когда я вдыхала всю эту золотую пыль. Его… кама. Чертова пыль затуманила мой мозг, затрудняя удержание мыслей и слов, когда все, чего я хотела, это трахнуть его. У нас даже была кровать и все такое… неа. Неа. Я покачала головой.

Сосать. Не трахаться. Поняла, Руби?

Когда молния была наполовину расстегнута, я замерла, и мои губы приоткрылись, когда его эрекция опустила ее до конца.

— Уже готов? — Спросил я, мой голос звучал не так легко, как мне бы хотелось. Напряжение было слишком велико. Слишком много эмоций бурлит в моей груди. Слишком сильная боль у меня между ног.

Слишком много Зверя выходит наружу. Тем не менее, он не признал этого.

— Мне нравится быть готовым, — он пожал плечами, но, когда я провела пальцем по всей его длине, я не упустила из виду, как напряглось его тело подо мной. Я наклонилась вперед, проводя языком по тому же пути, что и пальцем.

Он вздрогнул, и на кончике образовалась одинокая блестящая капля. Я собиралась получить от этого огромное удовольствие.

Я обхватила губами его набухшую головку, пробуя ее солоноватый вкус, стараясь не обнажать зубы. Аллистер ободряюще застонал, и я взяла его в себя. Его кончик коснулся задней стенки моего горла, заставив меня поперхнуться, покрыв рот слюной.

Он обхватил рукой мои волосы и повел меня вперед. Я опустилась, принимая его глубже.

— Черт возьми, женщина, ты собираешься убить меня, — прорычал он.

Аллистер ни в коем случае не был маленьким, но, черт возьми, если бы он был еще немного больше, я бы не смогла принять его. Как бы то ни было, мои глаза защипало, когда на глаза навернулись слезы, но эта власть над ним… это чувство того, что я могла сделать с ним — отнять у него — даже находясь в его власти…

Это было захватывающе. Волнующе.

Это было… Я вдохнула через нос и оказалась не готова к внезапному нападению на мои чувства. Я могла бы описать это только как самый сенсационный опыт в моей жизни, когда я существовала везде и нигде одновременно. Мое тело покалывало от силы, энергичности, камы — я отстранилась, позволяя своему языку скользнуть по его нижней части и обвиться вокруг кончика. Аллистер дернулся у меня во рту, и, к моему шоку, ноющее местечко между моих бедер сильно запульсировало.

Я подняла на него взгляд, в глазах сверкнуло обвинение. Пока он брал мой рот, его кама заставляла меня чувствовать нечто большее. Легкая улыбка играла на его губах, когда он наблюдал за мной.

— Ощущения намного лучше, чем ты думала, не так ли? Моим единственным ответом было опустить левую руку,

когда я начала растирать себя.