Обретение - Бетти Лаймен-Рисивер

Пожав руку Каллену, Китти поспешила к Майку, который мирно спал на руках Сары. Ему было абсолютно все равно, что происходит вокруг.

В один из тыльных блокгаузов принесли раненного Сквайра. Жена его сидела рядом, пытаясь тряпкой приостановить кровотечение, бабушка Хоукинс склонилась над ним.

— Все это г…! — Сквайр посмотрел на брата. — Если тебя до сих пор не подстрелил индеец, то только потому, что пули от тебя отскакивают.

Дэниэл улыбнулся:

— Успокойся, братец. Сейчас я вытащу пулю.

В камине разожгли огонь, вскипятили воду. Дэниэл на несколько минут опустил в огонь острое лезвие ножа.

— Жаль, что у нас нет маисовой водки! — сказал он с наигранной веселостью. — На вот… — Вытащив из корзины возле камина небольшую веточку, он протянул ее брату. — Зажми зубами и не выпускай. Я все сделаю быстро…

Сквайр напрягся всем телом, когда Дэниэл пальцем стал определять, где засела пуля. Когда же в рану проникло лезвие ножа, он изо всех сил прикусил веточку и, дрожа, громко застонал. На его покрытом шрамами лице выступили крупные капли пота. Поддев кончиком ножа пулю, Дэниэл ловко извлек ее. Сквайр, еще раз застонав, дернул головой и выплюнул веточку. Потом тяжело выдохнул.

— По Библии, — сказал он, трудно дыша, — Господь наказывает тех, кого любит. Из этого я заключил, что он ко мне неравнодушен.

Бабушка Хоукинс, которая стояла рядом и кивала головой, по достоинству оценивая хирургическое искусство Дэниэла, теперь занялась раненым. Приложив к ране скользкую кору вяза, она забинтовала ее.

— Позовите меня, когда они снова явятся! — приказал Дэниэл Каллену и Роману, подошедшим к Сквайру узнать о его самочувствии. — Нет, они от нас не отстанут, можете быть уверены.

Теперь все поселенцы спали в блокгаузах — там по ночам было безопаснее, — но Китти, поручив ребенка заботам Сары, пошла вместе с Калленом в свою хижину.

— Сегодня ночью мне хочется побыть с тобой… — прошептала она, проводя пальцем по бровям мужа.

— Мне тоже, девочка моя… — Голос его вдруг осип, когда он, приподнявшись на локте, поцеловал ее наполненные молоком груди. Рука его скользнула по ее округлившемуся животу, по литым бедрам, чего прежде, до рождения Майкла, не было… Теперь она была ему стократ желаннее.

— Клянусь, любовь моя, — сказал он срывающимся голосом. — Пока я жив, никто не причинит вреда ни тебе, ни малышу.

Когда наступило утро, наблюдатели сообщили вниз, что индейцы ведут подкоп под берегом реки, выбрасывая ведра с илом и землей в реку, которая теперь была подернута толстым слоем грязи от одного берега до другого.

— Они роют подземный ход в форт, — с мрачной физиономией сделал вывод Дэниэл. — Наверняка их Ликандр надоумил… Дикие индейцы не приучены к тяжелому труду.

— Ну, что будем делать? — спросил Смит.

— Хотел бы я знать, черт подери! — воскликнул Кэллоувэй. — Если им все это удастся, нам останется только встретить их.

— Можно выделить группу добровольцев и внезапно напасть на них, — предложил Каллен.

— И превратить половину добровольцев в покойников… А они тут же направят другой отряд, который восполнит все потери, — резюмировал Дэниэл.

— Он прав, — поддержал Сквайр.

Роман хранил молчание, стоя возле открытой двери. Потом сделал шаг назад, скосил глаза на ближайшую хижину с тыльной стороны форта и мысленно провел оттуда прямую линию до того места под горой, где индейцы делали подкоп.

— Можно вырыть свой подземный ход, — сказал он, жестом приглашая всех выйти из темной комнаты на яркий солнечный свет. — Начнем прямо отсюда, — он указал на открытое пространство между блокгаузом и хижиной, — вот с этой стороны. Нужно вначале отрыть отрезок перпендикулярно вниз — до уровня их подкопа, а потом продолжать рыть дальше уже под хижинами — горизонтально.

— Прямо навстречу им! — воскликнул Сквайр.

Роман кивнул, а глаза Дэниэла вспыхнули от радости:

— И они напорются на нас!

— Совершенно верно, — подтвердил Роман. — Тогда мы сможем уничтожать их по одному, по двое… большему числу нападающих через узкий проход не пробраться.

Каллен улыбался во всю ширь:

— Господи, кажется, мы нашли верное решение!

— Расскажите людям обо всем, что мы задумали, и назначьте команды, которые будут по очереди копать… — И Дэниэл уже зашагал к противоположному краю двора.

— Уинфред! — заорал он, заметив крупную фигуру кузнеца. — Собери все имеющиеся у нас лопаты!

Итак, всем здоровым мужчинам, кроме дежурств возле амбразур в блокгаузах и на стенах форта, еще предстояло по очереди ежедневно копать землю на сентябрьской жаре… Они обливались потом, но старались пить как можно меньше, чтобы растянуть запасы такой драгоценной теперь влаги.

Индейцы разместили своих снайперов на высотках на том берегу реки, и теперь передвигаться по двору даже в дневное время стало опасно.

Вечером следующего дня перед наступлением темноты, когда в дозоре стоял Горас Гамильтон, шальная пуля попала в камень, закрывавший бойницу во время затишья. От удара каменная затычка рассыпалась, и все вдруг увидели, что Горас упал на колени.

— Горас! — крикнул Джон Холдер.

Китти подбежала к нему и, положив руку ему на плечо, осведомилась:

— Ну, что? Все в порядке?

Горас наклонил голову вперед.

— Легко отделались! — улыбнулась она. — Вам просто повезло, что пуля попала не в вас!

Он снова кивнул, но по-прежнему стоял на коленях, раскачиваясь взад-вперед, и Китти, наклонившись к нему поближе, пришла в ужас. У нее остановилось дыхание, когда она увидела как раз посредине лба дырку диаметром с ее мизинец. Рана была рваной, отвратительной, из нее прямо ему на переносицу текла струйка крови.

Она позвала на помощь. Подошли Джон Холдер с Калленом и еще несколько мужчин.

Подняв Гораса, мужчины отнесли его в угол и прислонили спиной к стене.

— Пойду за водой. Нужно смыть кровь и перевязать рану, — сказала Китти.

Каллен с тревогой в глазах схватил ее за руку:

— Лучше сбегай за Мэгги и приведи ее сюда!

Пришла шмыгающая носом Мэгги, из глаз ее лились слезы. Она, однако, сразу воспряла духом, увидев, что Горас сидит у стены.

— Я знала, что этим все и кончится! — напустилась она на него. — Благодари Бога, что это осколок камня, а не пуля! Он ведь мог попасть тебе в глаз, и ты бы ослеп!

Горас отталкивал любого, кто пытался обработать его рану. Сидя в своих изорванных в клочья кожаных чулках и поношенном жилете, он все раскачивался из стороны в сторону, а кровь с сукровицей все выливалась из маленькой дырочки во лбу… Мэгги сидела рядом, причитая насчет того, как ему повезло.