Последнее искушение. Эпилог - Малков Семен

— На все сто! — заверила его Лия Сергеевна, хотя и сама опасалась этого. — Хозяйка решила доказать ему, что умеет вести дела самостоятельно, и я всячески в этом ее поддерживаю.

Она еще более понизила голос и почти шепотом добавила:

— Мне удалось вызвать ее на разговор по душам, и она призналась, что он не относится всерьез к ее бизнесу, советует закрыть фирму. Даже пожаловалась: мол, зазнался, страдает манией величия и совсем с ней не считается.

Все же ее сообщение произвело впечатление на Юхновского.

— Ну что ж, — пропел он в трубку. — Похоже, настал благоприятный момент, и я дам команду своим людям, чтобы начали в СМИ кампанию по дискредитации ваших «Моделей». Когда положение станет безвыходным, она сдастся!

* * *

Большой любитель боулинга, Юхновский взял в руки шар и, прицелившись, точно направил его в цель. Стоявшие в ряд кегли разлетелись, и наблюдавшие за поединком посетители элитарного клуба дружно зааплодировали. Партия была выиграна, и когда его поздравил партнер — осанистый господин с холодным высокомерным взглядом — Лев Григорьевич, пожимая ему руку, благодушно сказал:

— Сегодня мне просто очень везло, Сережа! Пойдем в бар! Промочим горло и отдохнем. Хочу кое о чем с тобой посоветоваться.

«Сережа» — Сергей Прокофьевич Швецов — очень важная персона из администрации президента, согласно кивнул, и вскоре они уже сидели на мягких диванчиках за столиком в уголке комфортабельного клубного бара. Когда вышколенный лакей принес им коктейли, Юхновский сделал большой глоток любимой им «кровавой Мэри» и признался приятелю:

— Ты знаешь, что у меня было много женщин, и я четырежды был женат. И все же такой, как Даша Юсупова — директриса фирмы «Модели сезона», еще не встречал! Она — настоящее совершенство!

— Завидую твоему юношескому пылу, Лева! Пора бы и остыть, — довольно равнодушно отозвался приятель. — А я устал от женских капризов. Сыт их ласками! А забот хватает и от жены с дочерью.

Он отпил из бокала, критически взглянул на возбужденное лицо приятеля и цинично усмехнулся:

— Так в чем проблема? Купи ее с потрохами! Тебе это ничего не стоит.

Юхновский отставил свой бокал и отрицательно покачал головой.

— Ошибаешься, старик! Тут совсем другой случай!

— Не смеши, — небрежно отмахнулся «Сережа». — Все продается! А что нельзя купить за деньги, приобретают за большие деньги, и они у тебя есть.

Но банкир с укоризной ему заметил:

— Я же тебе говорил, старик, — ее муж фактически владеет «Алтайским самородком», и у него денег куры не клюют. И такую, по-твоему, можно купить? Ты просто не врубаешься в мою проблему!

— Прости, запамятовал, — так же небрежно извинился приятель. — Это ты у нас бабник, а мне не до них — здоровье уже не то!

Ладно уж прибедняться, — снисходительно улыбнулся Юхновский. — Знаем, какой ты импотент. Это видно по твоим длинноногим секретуткам, которых часто меняешь. Знаешь ведь этот анекдот?

«Сережа» отрицательно повел головой, и в его холодных глазах зажглись огоньки любопытства.

— У начальника из кабинета выносят диван, и перепуганная секретарша спрашивает его помощника: «Меня что, уволили?»

Оба захохотали, а отсмеявшись, заказали себе по рюмке коньяка.

* * *

Роскошный лимузин Юхновского медленно вполз через приоткрытые ворота во внутренний двор высотного здания его могущественного банка. Оно сверкало мрамором, стеклом и всеми видами современной отделки, как бы олицетворяя величие его финансовой империи. Еще не выходя из машины, он вызвал пресс-секретаря, и когда поднялся на персональном скоростном лифте в свой кабинет, тот уже ждал в приемной. Раздевшись, пригласил зайти, и когда молодой еще сотрудник с услужливым видом уселся в предложенное кресло, распорядился:

— Подготовьте публикации в двух-трех наиболее читаемых газетах о скором крахе фирмы модной одежды «Модели сезона». Характер заметок должен быть уважительным, — подчеркнул он, сделав паузу. — Как бы скорбящим о том, что из-за финансовых затруднений закрывается столь нужное народу дело.

— А зачем нам это надо: нахваливать малоизвестную фирмочку? — уточнил пресс-секретарь, хорошо знающий свое дело несмотря на молодость.

— Затем, что она потом перейдет к нам. Вопросы еще есть?

Молодой человек скромно промолчал, и Юхновский добавил:

— Подготовленный материал покажете мне лично. В ход пускать только по моей команде. Все, можете идти!

Пресс-секретарь немедленно встал, но немного замешкался и спросил:

— Если можно, Лев Григорьевич, поясните: в чем причина задержки, чтобы я лучше понимал нашу задачу.

Юхновский одобрительно посмотрел на молодого сотрудника.

— Это хорошо, что вы вдумчиво относитесь к порученному делу. Все очень просто: сначала я попробую заполучить эту фирмочку без огласки.

Когда пресс-секретарь вышел, банкир по селектору вызвал помощника — лет сорока, аккуратно одетого, с внимательным, цепким взглядом.

— Слушай, Алексей! — приказал он ему. — Купишь самый шикарный букет цветов и лично вручишь директрисе фирмы «Модели сезона» Дарье Юсуповой с моей запиской. Я ее сейчас напишу.

Помощник остался стоять около стола, пока Юхновский, покусывая кончик дорогой паркеровской ручки, неторопливо сочинял текст. Это давалось ему с трудом. Наконец, он откинулся в кресле и с довольным видом перечитал свое произведение. В записке говорилось:

«Дорогая Дарья Васильевна! Нет слов, чтобы выразить — как сильно я вами восхищаюсь. Вы — само совершенство! В вас все прекрасно — как эти цветы! Мечтаю встретиться с вами во внеслужебной обстановке, чтобы лучше познакомиться и откровенно поговорить. Мне известно, что вы находитесь в затруднении, и я смогу бескорыстно помочь.

Ваш Лев Юхновский»

Еще раз перечитав записку, он подчеркнул слово «бескорыстно» и передал своему помощнику.

* * *

Даша уже собиралась уходить и надела норковую шубку, когда дежурный охранник сообщил, что к ней прибыл посланец Юхновского. Раздеваться она не стала, а лишь присела в ожидании непрошенного визитера. Дверь открылась, и показался огромный букет пунцовых роз, за которым трудно было разглядеть вошедшего Алексея. Подойдя ближе, он поздоровался и вручил его директрисе фирмы со словами:

— Мой шеф велел передать эти прекрасные цветы как ваш самый преданный друг и поклонник. Внутри вы найдете записку — в ней все сказано!

Даша приняла у него букет, вознаградив улыбкой.

— Передайте мою благодарность вашему шефу! Он очень любезен.

— Может, все же прочтете записку и дадите ответ? — настойчиво предложил помощник олигарха. — Я все ему немедленно передам!

— Нет, спешить нет никакой надобности, — возразила Даша. — А если там что-то срочное, я ему позвоню.

Пришлось Алексею отправиться обратно ни с чем, а она, не вытерпев, достала записку и быстро пробежала ее глазами. Видно, содержание ее смутило: Даша призадумалась, потом было взяла трубку телефона, собираясь позвонить, но передумала и положила на место. Она уже застегнула шубу, собираясь идти, но в этот момент у нее в сумочке мелодично запищал мобильник.

— Да, слушаю вас, Лев Григорьевич. Большое спасибо за цветы и заботу! — дипломатично поблагодарила она Юхновского, узнав его певучий голос.

— Очень рад, что они вам понравились. Хоть не надолго, будут напоминать о том, кто не меньше, а может еще больше мужа о вас мечтает, очаровательная Дашенька!

Слушая его, Даша поморщилась, и видно, предугадав ее реакцию, Юхновский горячо заверил:

— Но не подумайте дурного. Я не собираюсь докучать вам изъявлением своих чувств и ничего не сделаю против вашей воли! Я приглашаю вас всего на пару часов в ресторан нашего клуба — предложить конкретную помощь. У нас там очень уютно, прекрасные повара, и публика — солидные люди.