Рождение патриарха (СИ) - Седрик

Ближайшими ко мне были Долина Кинжала, что находилась прямо на торговом тракте проходившем через лес и Долина Теней расположенная к югу-востоку и граничащая с Корманторским лесом. Долина Теней, была примечательна ещё и тем что там с давних пор проживал Эльминстер, величайший, сильнейший и знаменитейший Маг Торила, избранный Мистры богини магии, и тот с кем не горели желанием связываться даже боги.

Вот такая у мужика репутация, а возраст, по слухам, чуть-ли не за тысячу лет. Когда я узнал об этом моменте, мне как то сразу поплохело, я конечно находился в более чем сотне километров от границы Долины Теней, но всё равно подобное соседство было мягко говоря не приятно.

На восток от Сторожевого леса, примерно в паре сотен километров располагалось Лунное Море, большое пресноводное озеро, в большинстве из окружающих его городов, процветала работорговля, корупция и страшные культы, со всеми сопутствующими атрибутами, как то жертвоприношения и кровавые оргии. Ещё дальше, на восточном побережье Лунного моря располагались, Горы свинцового блеска, за которыми в свою очередь находились земли Ваасы и Дамары, о которых Алоф только слышал и то краем уха.

Ситуация вырисовывалась прямо скажем не весёлая, Запад и Юг были для меня закрыты и могли рассматриваться только как извращённые способы самоубийства, и что то подсказывает мне что смерть в пустыне будет менее болезненна чем встреча с, упаси Великий Мрак, Эльминстером, это всё конечно разыгравшаяся паранойя, но в любом случаи до определённого момента мне следует обходить места обитания подобных фигур, по широкой дуге, так сказать во избежание. Как-то не хочется возвращаться в мёртвое состояние, хотя в нём тоже есть свои плюсы.

На север тоже не было смысла идти, сперва сотни километров Сторожевого леса (ещё не известно живут ли тут эльфы), а потом горы и опять пустыня, при этом никаких крупных поселений или государств. Только где-то уж совсем в северных горах, вроде как, живут орки и другие им подобные существа.

Можно было двинутся на восток и добраться до прибрежных городов, теоретически там можно было бы устроится, не опасаясь натолкнутся на каких нибудь паладинов или иных борцов со злом. Но длинный путь по безлесой равнине, да ещё через земли сперва Долины Кинжала, а потом какой-то Долины Теша, вызывал опасения.

Был ещё один вариант, направиться в Териамар и попытаться устроиться среди орков, или отправится в Кормантор, а конкретно в руины Миф Драннора но по здравому размышлению я решил что это будет бессмысленно, даже если допустить что я найду некую библиотеку древнего мага, что в общем вполне вероятно, так как среди эльфов каждый пятый маг, то я банально ничего не смогу прочитать. Нет в Миф Драннор имеет смысл отправляться только тогда, когда я получу хоть какое то маломальски серьёзное магическое образование и никак не раньше. Да и о ловушках забывать нельзя, в подобном месте, по определению, каждый камень опаснее сотни орков.

Всё следовало очень хорошо обдумать, а по хорошему словить ещё парочку языков или просто кого-то расспросить, только если с языками всё ясно, то обычные собеседники не предвиделись.

На пятнадцатую ночь я решил устроить себе ещё одно Диаблери, всё равно отпускать Алофа было нельзя, да и за те грешки что он успел совершить, ему так и так виселица грозила.

На этот раз всё прошло даже как то обыденно, с наступлением ночи Алоф был Диаблеирован и я действительно почувствовал эйфорию, только вот никакого помутнения рассудка или тем более безумия, аля «всех убью один останусь» и «мне море по колено» не было. Только истома во всём теле, как после хорошей тренировки, а также приятное напряжение в энергоканалах.

Взвесив все за и против, я таки решил что для меня будет лучше двинуться в сторону Териамара, во первых он находится гораздо ближе Лунного моря, во вторых вероятность напороться среди орков на какого-то сильного мага или пересечься с одной из гильдий убийц или воровским кланом, значительно, если не на несколько порядков, ниже. Да и есть надежда, что отнесутся орки к вампиру проще, чем обычные люди. Есть конечно и свои минусы, учителя нормального там тоже не найти, но сейчас меня больше волновал вопрос выживания, а основам меня любой орковский шаман обучить сможет.

Приходя не званым в гости, лучше сначала постучаться в дверь… прикладом автомата.

Народная мудрость.

Глава 3

Сборы не заняли много времени, напоследок закрыв вход в пещеру своей импровизированной дверью из лапника и ветвей, а также дополнительно её закрепив, я отправился в путь.

Ничего примечательного во время пути не случилось, тракт я пересёк на пятую ночь, разбойников или купеческих караванов не наблюдалось. Кстати отметил интересный факт, сразу после Диаблери, моя чувствительность к солнечному свету увеличилась чуть ли не в три раза, но уже спустя двое суток восстановилась на прежний уровень, а ещё спустя трое суток уменьшилась хотя проверять на сколько, у меня не было ни желания ни возможности. Однако это очень удачно совпало с выходом из леса, после тракта лес тянулся всего десять километров и сразу после выхода из него начинались предгорья. Где-то не далеко должен был находится вход в Териамарские копи.

АГА СЧАЗ! Три дня по округе ползал, сапоги совсем развалились, и всё равно нашёл случайно, никогда не догадаетесь как. По запаху! Пригодились таки навыки позаимствованные у травмированного волка. Следовало с самого начала так поступить, запашок от пещер распространялся весьма колоритный, орки и гоблины, что теперь жили в Териамаре похоже с понятием мытья вообще знакомы не были. Но тут мои привычки сработали против меня, живя в лесу я сознательно притуплял и блокировал своё обоняние, доводя его до обычного человеческого уровня чувствительности, вот и поплатился.

На следующую ночь после нахождения входа, был захвачен гоблин и проведён сеанс активного допроса. Общий язык, который я выучил в прошлый раз, гоблин знал плохо, однако это не помешало налаживанию контакта. Процесс изучения языка, путём потрошения памяти, в этот раз был до смешного прост, гоблинский язык вообще оказался на диво приземленным и злым, не предназначенным для выражения сложных чувств или мыслей. В наречии гоблинов существовало более сотни слов, обозначавших убийство и ненависть, но в нем не было ни одного, которым можно было бы выразить более сложные эмоции, например, сострадание. Термин, которым гоблины обозначали дружбу, скорее можно было бы истолковать как «временный военный союз» или «служба более сильному гоблину». Даже стало несколько страшно, от мысли, что придётся жить в столь «миролюбивом» обществе. Хотя, с другой стороны, именно за этим я сюда и шёл.