Подари мне веру (СИ) - Анишкина Зоя

Глава 6. Вера

Я безразлично смотрела в иллюминатор, рассматривая облака, которые проплывали под нами. Красиво. Безумно красиво. При взлете у меня захватило и дух и началась паника, но Руслана, девушка-стюардесса, привела меня в чувство.

А когда мы взлетели, показалось, что все проблемы и события вчерашнего дня остались позади. Немного отпустило. Девушка то и дело бегала в основной зал самолета, исполняя капризы матери Дамира.

Эта женщина была еще той привередой. Хотя через пару часов стало ясно, что она просто не в духе и отыгрывается на ни в чем не повинной девочке. Я извинилась, а Руслана лишь махнула рукой:

— Не переживай, не первый раз. Я им дальняя родственница, меня не выгонят.

Это меня немного успокоило. Пока она бегала, выполняя самые разнообразные поручения, я переоделась. На борту мне любезно выделили пачку влажных салфеток, чтобы привести себя в порядок. Руслана пояснила:

— Туалет для персонала находится дальше, и надо дождаться, пока эта грымза уснет. А пока вот тебе — сотри следы крови и макияж. Ресницы я тебе попозже сниму.

Она говорила это бойко, мило, словно не было ничего необычного в девушке с бедрами, измазанными кровью и… всяким. В ультракоротком модном платье без трусов. Но я все равно смущалась. Было не по себе.

Потом мне вручили печенье и теплый чай, сказав, что до точки назначения лететь еще очень долго. Я не удивилась: вряд ли край света находится в двух часах пути от столицы.

Мне стало намного спокойнее, когда я натянула родные джинсы и хлопковый свитер, когда стерла свой боевой раскрас и завязала волосы в простую гульку. Снова я.

Хотя кого я обманываю: прежней я уже не стану. Стоило мне закрыть глаза, как воображение услужливо подкидывало картинки: его губы на моей груди, его пальцы во мне, горячее дыхание и мои стоны…

Это должен был быть просто секс. Просто секс, которым ежедневно занимаются четыреста миллионов людей. Один половой акт из четырехсот миллионов! Статистика всегда остужала, но не в этот раз.

Не получалось, не срасталось. Мысли шли совершенно в другом русле, и хотелось рыдать от чувства потери. От обиды, что это не повторится снова.

Мне было больно, очень больно физически, но эта боль не шла ни в какое сравнение с тем, что я испытывала сейчас. Я не знала этого мужчину и вряд ли когда-нибудь узнаю. Но я отдала ему единственное, что мне было доступно: себя.

И, кажется, отдала больше, чем должна была…

От этих мыслей меня отвлекла Руслана, сообщив, что я могу быстренько сходить в туалет, что я и сделала, украдкой пробравшись через общий коридор.

Зайдя внутрь, сразу стала рассматривать себя в зеркале. Первое, что бросилось мне в глаза, это зрачки: широкие, огромные, словно я находилась под кайфом. Это было недалеко от истины: определенный кайф еще плескался в моей крови с остатками алкоголя. Красные белки говорили о напряжении, а потрескавшиеся губы — о том, что я их искусала за эти часы.

От клубной шикарной женщины не осталось и следа. Она была стерта влажными салфетками с запахом сирени. Терпеть не могу сирень! Румянец на щеках пропал; вообще казалось, что с лица слетели все краски еще на взлете.

Только почти черные глаза сияли, словно принадлежали не этому телу. В них отражалось то единственное, что теперь у меня никто отнять не сможет: воспоминания об этой ночи — странной, страшной, но такой волнующей и чувственной.

Быстро поделала все дела и вернулась к Руслане. Девушка сидела на откидном кресле, скинув балетки и вытянув вперед ноги. Она держала в руках одноразовый стаканчик, кивнув мне на такой же в специальном поддоне.

Я взяла его и вдохнула ароматный кофе. Настоящий, вкусный. Мне такой с моими пятью тысячами теперь не скоро удастся попробовать. Хотя, возможно, жизнь зашвырнет меня не в самый дорогой город на свете.

— Ты знаешь, куда мы летим?

Она напряглась от моего вопроса. Наверняка получила соответствующие инструкции. Но выражение лица быстро сменилось на беззаботное.

— Ой, да все равно узнаешь! Мы будем во Владивостоке часов через пять. Была там?

Отрицательно замотала головой. Владивосток. Это ж надо было так попасть. Я знала, что город не так прост и по части работы там большая конкуренция с товарищами из ближнего зарубежья.

— Руслана, ты случаем не знаешь, как там проще устроиться на работу и где заночевать? Просто у меня такие обстоятельства…

И я выложила ей то немногое, что могла. Содержимое моего рюкзака повергло меня в шок: мои джинсы со свитером, которые я оставила в салоне красоты, второй комплект одежды из легкого синтетического материала, явно не моего размера, и… все.

Ни документов, ни личных вещей. Даже помаду гигиеническую с тампонами вытряхнули! И как с таким набором выживать в незнакомом городе?

Я словно оказалась в страшной сказке, где карета золушки превратилась даже не в тыкву, а в семечко от нее. Хотя я еще забыла про телефон. Огромный булыжник, который наверняка был моим ровесником. И здоровенная зарядка к нему.

Я даже не нашла, где там находится сим-карта!

Поэтому мне была необходима любая помощь. Хоть какая-нибудь! Наверняка они меня выставят за двери аэропорта и помашут ручкой. А дальше я окажусь один на один с незнакомым городом на краю света с пятью тысячами рублей в кармане.

Без работы, крыши над головой и — главное — без документов! Кому я буду нужна, если у меня даже паспорта нет, чтобы подтвердить свое совершеннолетие. Без макияжа, который я тоже не смогу сделать, я похожа на девочку-подростка, семенящую за пирожками для бабушки.

Это я и объяснила девушке, которая внимательно меня слушала не перебивая. Моя последняя надежда была на то, что у нее, возможно, есть кое-какие знакомые в этом городе.

Пусть поручится за меня — я готова на любую работу! Но она отрицательно покачала головой.

— Прости, Вера, я не могу. Мне вообще нельзя было даже разговаривать с тобой, не то что вот это вот все.

Она жестом указала на мое лицо и стаканчик чая в руке.

— Я не могу пойти против них, это слишком страшно. Если я потеряю работу, то меня замуж отдадут сразу. А я не хочу, чтобы родители решали мою судьбу. У нас, в конце концов, не каменный век!

Не каменный. Средневековье. Где людей ставят перед фактом, отбирают документы и отправляют на другой конец страны, только чтобы отжать квартиру у невероятно влиятельного мужчины.

А так нет. Все очень даже современно. Принялась давить на жалость.

— Руслана, но ты же понимаешь, я там пропаду! Я же за пределами столицы и шагу не делала. Да и Владивосток город не дешевый, а в моем арсенале всего-то пять тысяч!

Внезапно глаза ее засияли, и она подскочила со своего места. Подлетела к небольшому шкафчику на защелках, открыла его и стала рыться в чем-то. Вроде в сумке. Затем подбежала ко мне и вручила:

— Вот, держи. Все это может тебе пригодиться.

Я с жадностью оглядела набор в ее руках. Там была одноразовая новая щетка, духи, средства личной гигиены, расческа и бесцветный блеск для губ. Но главное, что там были еще две бумажки по две тысячи рублей.

От всего сердца обняла девушку. А она отстранилась и критически меня оглядела.

— Постой, это еще не все! А ну-ка давай сюда это страшное платье!

Я с радостью вытащила из рюкзака это нечто леопардовой расцветки. Очевидно, выбирал Арарат, намекая на то, чем я дальше могу продолжить заниматься. Ну уж нет!

Девушка скептически посмотрела на сей предмет одежды и зацокала языком, а потом запихнула его подальше от наших глаз и выкатила маленький чемоданчик нежно-розового цвета. Обернулась ко мне и скомандовала:

— Раздевайся.

Я подчинилась. Благо в моем рюкзаке было мое белье и мне не надо было сверкать своими прелестями перед Русланой. А девушка стала потрошить свой запас одежды.

Белье мы сразу отложили в сторону, ибо это совсем уж перебор. Еще там нашлось платье-рубашка свободного кроя, легинсы и парочка футболок. Одни домашние шорты. Еще белые джинсы.