Беспощадная страсть - Дмитрий Щербаков

Мила молча, покорно пошла в ванную. Вскоре вернулась, растирая полотенцем голову.

— Мне не во что одеться, — заявила она мрачно. — Здесь только костюмы для выступлений. В них по городу не пройдешь, первый же мент остановит. Да и опознают… А все мои платья Иван держит у себя. Это чтобы я не сбежала.

— А ты собиралась сбежать? — усмехнулся Белов.

— Нет. Но Иван страхуется. Я ведь главный капитал заведения. Огромную прибыль приношу. К тому же я все равно никуда не ходила без Ивана… Он запрещал.

— Понятно. Значит, так. Ты Геллу знаешь?

— Гальку? Конечно, знаю. Я всех наших девочек знаю.

— Как думаешь, подойдет тебе одежда Геллы?

— Подойдет. У нас с нею фигуры одинаковые, она так гордится этим, чудачка… Всегда просит меня примерять ее новые тряпки.

— Хорошо. Теперь скажи мне: оргия в зале уже кончилась? Сколько она обычно длится?

Мила взглянула на часы.

— Как раз на излете. Но еще тлеет. Мое колдовство действует долго… растормаживает половой инстинкт часов на четыре-пять.

— Я испытал это на своей шкуре! — зло фыркнул Север. — Ладно, сиди здесь, я скоро.

Он вышел из Милкиной «квартиры», спустился в зал. Там было вполне безопасно: охранников не наблюдалось, а клиенты частично разбрелись по комнатам проституток, частично спали прямо за столами в обнимку с девками — видимо, истощились. Правда, кое-кто продолжал трахаться, но эти ни на что не обращали внимания. Север подошел к своему столику.

Гелла все еще дрыхла. Белов подхватил девчонку на руки и двинулся обратно к Милке.

Сбросив проститутку на кровать, он обернулся к жене. Та была необычайно бледна.

— Что еще?! — стегнул вопросом Север.

— Меня рвало, — призналась она. — Из-за этих… — Мила кивнула на трупы. — Еле до туалета добежать успела…

— Что-то больно нежная ты стала! — оскалился Север. — Или первый раз жмуриков видишь?!

— Да не первый… Но трахаться при них… — Она конвульсивно передернула плечами.

— Заткнись! Хватит болтать! Будешь трахаться со мной, где я захочу, поняла?! Ну-ка одевайся! — Он стащил с безвольной Геллы ее наряд. — Костюмчик, конечно, блядский, ну да сейчас мода такая, сойдет.

Мила послушно оделась. Даже нижнее белье подружки натянула безропотно.

— Ты готова? Идем! — приказал Север.

— Стой! А как мы выберемся из здания? — всполошилась Мила.

— Через будуары проституток. Они, кажется, в другом крыле?

— Они такие же глухие, как моя квартира. Без окон, — пояснила девушка. — И на крышу не выберешься, неоткуда… Выход через кухню охраняется не хуже, чем главный… Кстати! — испугалась вдруг она. — А оглушенный тобой часовой не очнулся?

— Я его клофелином с водкой накачал! — скривился Север. — Так что не очнулся, не боись. Спит, сердяга, как младенец!..

— Хорошо. А бармена за стойкой не было? — спросила Мила, успокаиваясь.

— Нет.

— Правильно, он всегда сматывается на кухню, едва начнется оргия… Заправляется на дармовщинку… Но как же нам выбираться? Стоп! Придумала!

Она подлетела к бесчувственной Гелле, быстро и внимательно взглянула на ее лицо, метнулась к своему трюмо и торопливо начала краситься.

— Что ты затеяла? — буркнул Север недовольно.

— Намалююсь, как Галька, отведу охранникам глаза нашим с тобой способом, они примут меня за нее! А тебя — за ее клиента! Захотела телка побольше заработать, повезла парня к себе домой, это не возбраняется!

— Дура! — воскликнул Север пренебрежительно. — Баба безмозглая! Чем ты соображаешь — дыркой своей?! Гелла блондинка, а ты темная! Шатенка! Тебя сразу расколят, никакие наши гипнотические фокусы не помогут!

— Север… — Мила обернулась, глаза ее наполнились слезами. — Почему ты так со мной обращаешься?.. Чем я провинилась?..

— Блядством своим провинилась и тупостью! — сорвался Север. — Ну скажи, ублюдина, как ты за пять минут станешь блондинкой? Скажи, скажи!

— Север, ну не надо так, а? — тихо и робко попросила Мила. — Знаешь же, ненавижу я свое блядство… А насчет блондинки я все предусмотрела… Сейчас!

Она поспешно закончила накладывать макияж, порхнула к шкафу. Вытащила оттуда свой алый плюмаж, надела и ловко подобрала под него волосы — так, что их совсем не стало видно.

— Точно такой же есть у Гальки, она его иногда надевает для клиентов, — пояснила Мила. — А откуда охранникам знать, что Гелла нацепила в своей комнате, придя на работу? Правда, плюмаж совсем не соответствует этому платью… Ну да у нашей братвы вкус питекантропов, сойдет.

— Хорошо, что ты так подробно изучила нравы своего бардака! — процедил Север глумливо. — Может, мы даже живыми останемся… Ладно, ша! Пошли! — добавил он жестко.

Алая Роза покидала квартиру, в которой провела какой-то период своей жизни, без сожаления. Девушка знала, что впереди ее ожидает ежедневный смертельный риск — это если еще удастся выбраться из борделя. Но зато теперь рядом был Север — единственный любимый и родной для нее на всем белом свете человек. Правда, страшный он какой-то стал, чужой, безжалостный — но, может, таковы остаточные явления его психоза? Но они пройдут? Конечно, пройдут, успокоила себя Мила. Конечно. Сейчас Север абсолютно здоров, иначе Павел не выпустил бы друга из клиники. А его злоба, агрессивность — от стресса: от первого боя и первой встречи с любимой женой после затяжной болезни, плюс к этому естественная ревность, от которой он всегда страдал сильнее, чем от чего-либо иного, хотя и старался не подавать вида… Тут Мила одернула себя: не стоило вдаваться в подробности страданий Севера, напоминать себе о причине этих страданий — слишком больно и стыдно… Лучше радоваться моменту. Север успокоится и вновь станет прежним, обязательно станет! «Не сомневаюсь в этом!» — подумала девушка, сразу повеселев.

…В зале было пусто — дотрахавшиеся клиенты благополучно слиняли в «номера» к телкам, спавшие проснулись и удалились по тому же адресу, а уборщики и охранники еще не появились. Север и Мила без помех дошли до выхода. Алая Роза забарабанила в дверь. С противоположной стороны открылось смотровое окошко. В нем появилась рожа начальника караула — типичная физиономия бандитского бригадира. — Чо? — спросил он девчонку.

— Открывай, Стас! — воскликнула Мила, мастерски копируя голос Геллы. — Я отчаливаю! Клиент щедрый попался, сейчас мы с ним поедем ко мне, а завтра продолжим. Завтра я выходная!

— Ох и оторва ты, Галька! — произнес парень с пренебрежительным одобрением, явно поверив, что перед ним Гелла. Милкин гипнотический «маскарад» работал пока безотказно.

Стас открыл дверь, быстрым взглядом прошелся по залу. Его могло насторожить отсутствие у входа в «покои» Алой Розы часовых. Но бригадир не счел нужным бить тревогу. Должно быть, решил, что ребята просто отошли потрепаться с молодыми поварихами. Такое не запрещалось под конец смены — все равно бояться больше нечего, дело идет к утру…

Беловы вышли в холл. Теперь до свободы оставалось шагов десять. Но пройти их нужно было под взглядами пятерых вооруженных бугаев.

— Отпирай! — развязно произнесла Мила, кивая Стасу и пьяным движением указывая на последнюю дверь, ведущую уже на улицу. Бандит достал ключи.

— Вы забыли забрать свою поклажу, господин хороший! — неожиданно заявил он Белову, гаденько ухмыляясь.

— Ах, да… — спохватился Север. — Совсем из головы вон…

— Ничего! — осклабился бандит. — У нас такое бывает с клиентами. Немудрено. После танца Алой Розы и после наших девочек любые мозги временно протухают, даже самые светлые. Не расстраивайтесь, милорд! Все мы мужчины, у всех у нас нижняя голова вперед верхней думает!

Он откровенно насмехался. Видимо, подобная ситуация являлась типичной для борделя, и Стасу доставляло удовольствие слегка — о, совершенно безобидно — потоптаться по самолюбию бывающих здесь сильных мира сего. Все равно предъяву хозяину никто сделать не сможет. За что? Ведь бригадир благородно напомнил о забытой клиентом собственности…

Впрочем, о сумке своей Север вовсе не забыл.

Просто ему так хотелось поскорее увести отсюда Милку, что он решил оставить на память Ивану Саратовскому и свой револьвер с глушителем, и боезапас. Ствол можно и новый купить, деньги пока есть…

— Эй, Бармалей! Займись господином! — приказал между тем Стас одному из бойцов. — А вы, сэр, — обернулся он к Белову, — дайте Бармалею свой номерок, он принесет вам ваше имущество.

Север подчинился. Бармалей притащил его сумку.

— Проверьте, пожалуйста! — предложил он.

— Незачем, — буркнул Белов.

— Нет уж, проверьте, пожалуйста, все ли на месте, таков порядок, — попросил Бармалей. — Чтобы потом никаких претензий не было.

Север нехотя расстегнул сумку. Револьвер, заранее оснащенный глушителем, лежал сверху, на коробках с запасными обоймами. Застегивать сумку Белов не стал.